Отныне и навсегда

На следующее утро, когда я проснулась, Хогвартс уже опустел. В моей комнате остались только мои вещи, в гостиной было пусто. Выйдя на завтрак, я увидела, что за моим столом одиноко сидит второкурсница. Вздохнув, я оглянулась. Слизеринцев тоже было немного, но Панси и компании среди них не было. Стол Когтеврана был пуст. В Гриффиндоре было довольно много народа, но все они были мне незнакомы и учились на курс-два позже меня. Перекусив в одиночестве, я направилась в библиотеку, по пути захватив с собой яблоко. Оказавшись там, я набрала несколько книг, уселась за почти родной стол у окна и начала изучать трансфигурацию. СОВ подступает, а я почти пустая в этой области. Мои глаза медленно переехали на стоящий рядом пустой стул. Вздохнув, я перевела взгляд на книгу. Раньше место рядом со мной в библиотеке никогда не пустовало: его занимала Сьюзан. Из-за чего мы всё-таки поссорились? Ах, из-за Симуса... Вот глупость. Как могло ей взбрести в голову, что между нами с ним что-то есть? Глупая Сью. За спиной у меня кто-то кашлянул. Обернувшись, я с удивлением взглянула на Драко Малфоя, который собственной персоной топтался рядом с злополучным стулом. Переступив с ноги на ногу, он спросил: -Можно я присяду? Мои брови уползли вверх, как тараканы на разведку. Даже дар речи на секунду пропал. Малфой спрашивает меня, можно ли присесть рядом? Ущипните меня. Поспешно вернув брови на место, я молча кивнула. Слизеринец примостился на стуле и, бухнув на стол такую же стопку книг, как у меня, поставил локти на стол и на меня уставился. Я подняла взгляд от книги. Увидев, что я обратила на него внимание, он протянул руку: -Драко Малфой. Пару раз моргнув, я пожала его руку. Что-то мне это напоминает. -Джейн Торнтон. Только не спрашивай, чистокровная я, или нет. Блондин непонимающе прищурился, и я пояснила: -Мы уже знакомились, и после приветствия ты спросил меня о моём статусе. Малфой склонил голову набок и раскрыл книгу, пробормотав: -Я и так знаю, что ты полукровка. Надо же. Полукровка. Полукровка, а не грязнокровка, как Грейнджер. Я незаметно ущипнула себя за руку. Нет, всё вполне реально. Тогда какая муха его укусила подходить ко мне, осквернительнице крови, как он нас называет? Опустив голову, я с головой ушла в книгу. Пусть слизеринец делает, что хочет, мне в конце года сдавать СОВ, а я ещё ничего не сделала, чтобы сдать его на отлично. Как ни странно, этим обменом любезностями всё закончилось. Я даже не заметила, как прочитала первую книгу. Затем вторую. Сидевший рядом со мной блондин не сказал ни слова, занимаясь тем же, чем и я. Взглянув на часы, я отметила, что уже почти два часа и, собрав книги, отнесла их на место. Затем вернулась за сумкой. Малфой не сдвинулся ни на дюйм. На ходу пытаясь догадаться, что бы это вообще могло значить, я направилась в сторону большого зала. А всё-таки скучно, когда не с кем поговорить. Надо сходить в совятню и проведать Рейн. Может, у неё есть что-нибудь для меня. Следующий день прошёл практически так же, как и предыдущий. Затем наступило Рождество. Проснувшись рано утром, я со всех ног побежала вниз. И не ошиблась. В гостиной лежали четыре свёртка. Радостно взвизгнув, я потащила их к себе. Один от Симуса, один от Демельзы, один от Мариэтты и один от Джорджа. Финниган прислал огромное вкусное пирожное (знает, что я люблю), Мэри - дневник с красивой обложкой, Демельза была более оригинальна и прислала большой постер Beatles, которых я так люблю. Расхохотавшись, я покачала головой. Ну и куда мне его вешать? Затем взяла в руки посылку от Джорджа и задумчиво уставилась на обложку. Почему-то сердце зашкаливало ударами, как будто мне вручали индульгенцию. Предвкушающе закусив губу, я развернула посылку. Внутри оказались очень милые дамские перчатки. К ним прилагалась записка: "Не скучай. Джордж". Улыбнувшись, я с некоторой опаской взяла подарок в руки. Не скучать? Ну и чего он с ними сделал, чтобы я не скучала? Сунула палец внутрь. Ничего. Натянула одну перчатку на руку, затем вторую. Перчатки начали медленно менять цвет. С интересом наблюдая за процессом, я попыталась согнать с лица глупейшую улыбку. Ничего не получилось. Нагревшись от температуры моего тела, перчатки стали светло-коричневыми. Приятный цвет. Надо будет поблагодарить парня, наверное долго старался. Я даже подумав не смогла придумать, как можно добиться такого эффекта. До приезда однокурсников оставалось ещё несколько дней. Раздражённо вздохнув, я улеглась на кровать. Хоть иди и с Малфоем разговаривай. Хотя зачем мне разговаривать? Мне надо готовить зельеварение и трансфигурацию, это единственные предметы, по которым я полный ноль. Сказано - сделано. Поднявшись с кровати, я осторожно свернула постер в трубочку и убрала в шкаф. Дневник положила в тумбочку. Перчатки, подумав, сунула в карман куртки. Затем, взяв с собой сумку, направилась в библиотеку. После того, как я одолела пол-учебника зельеварения и более-или-менее разобралась во всей той информации, которая вылилась на мою бедную голову, мне ужасно захотелось пойти и поразмяться. Быстренько сбегав к себе за курткой, я накинула её на плечи и, спустившись по лестнице, вышла на улицу. Снега было по колено, и от его абсолютной белизны у меня заболели глаза. Несмотря на зиму, ярко светило солнце, делая воздух почти тёплым. Одев куртку полностью, я застегнула её до самого подбородка и, порывшись в карманах, натянула перчатки Джорджа. Тепло теплом, а болеть не хочется. Затем, оглянувшись по сторонам и никого не увидев, я медленно пошла по дорожке в сторону озера. Снег приятно скрипел и хрустел под ботинками. С прохудившегося неба падали маленькие снежинки. Остановившись, я покопалась в рюкзаке и достала плеер с наушниками, который подарила мне на шестнадцатилетие мама. Включив песню Beatles, я более бодро зашагала к озеру. Когда я достигла своего места назначения, то не смогла сдержать удивлённого вздоха. Я никогда не была на озере зимой и, признаться, многое пропустила. Его поверхность сковывал толстый слой льда, делая её ослепительно белой, только кое-где виднелись маленькие тёмно-синие лужицы. Обалденное зрелище. Восхищённо выдохнув, я положила сумку на землю и уселась на неё, вытянув ноги. Мой организм положительно реагировал на свежесть, влажность и прохладу этого места. Прикрыв глаза, я растворилась в очень кстати заигравшей Yesterday. Никакого шума, никакой суеты, только голос Пола Маккартни и лёгкая, приятная мелодия. Музыка играла почти на полную громкость, и когда кто-то заслонил собой солнце, я подскочила от неожиданности. Вытащив из уха один наушник, я с осуждением испепелила взглядом Малфоя. -Ты меня напугал. Проигнорировав мои слова, он повернулся лицом к озеру, по-прежнему заслоняя меня от солнца. Полюбовавшись на его симпатичный, можно даже сказать красивый профиль, я опустила глаза на плеер. Yesterday успешно закончилась, теперь играла не менее любимая мною Help!. Я уже хотела вернуть наушник на место, но блондин опередил меня вопросом: -Что слушаешь? Сказать, что я удивилась - значит, не сказать ничего. Я просто выпала в осадок. Чем я удостоена такой чести? Ладно, его поведение в библиотеке я ещё как-то могу понять, но дружеский вопрос выходил за все рамки. Его что, гриффиндорец укусил? Или Снейп ввёл тенденцию дружить со всеми факультетами? Хотя нет, про Снейпа это я глупость сказала. Он бы под страхом мучительной смерти такого не сделал. Тогда в чём заключается подвох? Может, мне следует встать и уйти от греха подальше? Пока я предавалась удивлению, парень повернул на меня голову и посмотрел на меня. Его пронзительные серые глаза остановились на моём лице, отчего я почувствовала себя несколько неуютно. У него было совершенно невозмутимое лицо и странный, словно прожигающий насквозь взгляд. Мысленно я честно призналась себе, что он ему идёт. Я ещё немного поразглядывала его, затем ответила: -Битлз. Мотнув головой, отчего на его лицо упала белая прядь волос, он отвернулся от меня, вновь глядя на поверхность озера. Я молча ждала его реакции на мой ответ. Прошло некоторое время, и он заявил: -Я тоже их слушаю. Теперь я просто впала в ступор. Разум категорически отказывался принимать действительность. Я, наверное, ещё сплю. Ущипните меня. -Здорово, - наконец нашлась я. У меня создалось впечатление, что он тщательно подбирает слова, поэтому подолгу молчит. Вскоре моё предположение подтвердилось. Сложив руки за спиной, он спросил: -Я присяду? -Располагайся, - щедро разрешила я, твёрдо порешив больше не удивляться, а то он подумает, что я умственно отсталая. Парень осторожно приземлился рядом со мной прямо на снег, особо не заморачиваясь насчёт его холода. Я еле удержала себя от того, чтобы брезгливо подвинуться, одёрнув себя, что это ребячество. Словно услышав меня, плеер внезапно включил People are strange, композицию группы The Doors. Покосившись на блондина, я сложила руки на коленях и попыталась расслабиться. О нём говорили, что он самый ужасный парень, который вообще может существовать на свете. Джордж и Фред периодически высмеивали все его недостатки, Симус называл его "поганым хорьком" и говорил, чтобы я ни под каким предлогом не водилась с ним. Естественно, после такого наставления мне ничего не оставалось, как послушаться. Но сейчас мне жутко захотелось посмотреть, действительно ли он такой, каким мне его расписывали. Вновь сверкнув на него глазами, я опустила голову вниз и, выключив плеер, убрала проводки в карман. Мне остро хотелось что-нибудь сказать, начать разговаривать, но я даже не представляла, с чего можно начать. Некоторое время я молча собиралась с мыслями, после чего ничтоже сумняшеся сказала: -Хороший сегодня день, правда? Малфой удивлённо повернул ко мне голову. В его глазах отразилось столько непонимания, будто я сказала что-то на древнеарабском. Какое-то время он молча смотрел на меня, затем сказал: -Замечательный. И, отвернувшись, уставился на озеро. Иронично подняв бровь, я вздохнула, погрустив насчёт того, что слишком рано убрала наушники. Блондин продолжал упорно молчать. Решив не обращать на него внимания, я прикрыла глаза и откинула голову назад, полной грудью вдыхая холодный воздух. Мысли как-то сами собой перенеслись к Джорджу. Почему к Джорджу? Это странно, но по нему я скучала гораздо больше, чем по остальным. Даже больше, чем по Симусу. Он уже прислал мне несколько маленьких записочек, в которых говорил, что скучает и ждёт встречи. И мне это безумно нравилось. Нравилось, что он уделяет мне внимание, несмотря на то, что вокруг него вьётся куча девчонок, которые желают с ним отношений. Я даже считала это несколько забавным, но в то же время мне это льстило. Вот и сейчас, стоило мне вспомнить о нём, я почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Наверное, я сейчас улыбаюсь. Не знаю. Такое приятное чувство. -О чём думаешь? - снова подал голос слизеринец. Приоткрыв один глаз, я увидела, что он вновь смотрит на меня, причём выражение его лица изменилось на более благодушное. -Наслаждаюсь передышкой, - соврала я, закрывая глаз, - В кои-то веки всё так хорошо. Малфой что-то промычал, затем через некоторое время тихо сказал: -Передышка - это хорошо. Я сам в последнее время чувствую себя уставшим. -Из-за уроков? - я обрадовалась тому, что собеседник начал говорить более-или-менее внятными фразами и решила поддержать разговор. -Из-за них тоже, - Малфой фыркнул, - Могу поспорить, ты не знаешь, что значит быть первым красавцем школы. Сдержать смех было не в моих силах, и я придушенно хихикнула. -Что? - тут же спросил слизеринец. -Ничего, - поспешно сказала я, чтобы его не злить. Разрушать то хрупкое равновесие было глупо, тем более что он сам его наладил. Но Малфой закусил удила: -Ты считаешь меня некрасивым? - грозно спросил он. Улыбнувшись, я покачала головой, - В этой школе нет никого красивее, чем я. Симус говорил правду. Наверное, такое поведение вызвано детским комплексом неполноценности. -Я тебе сочувствую. -Почему? -Сложно быть первым красавцем школы. Слизеринец примолк, а я, чувствуя себя чуть ли не властелином планеты, поднялась на ноги, отряхивая с джинсов успевший растаять снег. -Ты куда? - спросил он. -Я замёрзла. Пойду, погреюсь. Подняв с земли сумку, я закинула её на плечо и потопала к замку. Малфой остался сидеть на том же месте, где и был. Вздохнув, я обернулась и громко спросила: -Ты со мной? Кажется, прошла целая вечность, пока он ответил: -Я посижу ещё. Дёрнув плечом, я направилась по дорожке, ведущей к главному входу. Странный он какой-то. Хотя я бы, наверное, от безысходности поступила так же. Лучше говорить хоть с кем-то, чем всё время молчать.