За любовь

Три часа утра - удивительно спокойный час в сравнении с обычной суетой в больнице Сторибрука. Делать было нечего. Ему приходилось отвлекать себя чашкой маслянистого горячего кофе из аппарата с напитками. Он полагал, что несколько капель из его фляги, добавленных в кофе, стали бы куда лучшим источником энергии, но пить в сложившейся ситуации не считал правильным. Он крутил чашку в руке, стараясь думать о чём-то другом, кроме как о событиях, произошедших несколько часов назад. За грязным окном темно. Всё, что можно было видеть - множество домов под покровом ночи, в которых, несомненно, люди спали в обнимку со своими вторыми половинками. Совсем как и он несколько часов назад. - Крюк! - раздался громкий, отчаянный голос из другого конца коридора. Крюк резко вскинул голову, чтобы увидеть Мэри Маргарет и Дэвида, на всех парах нёсшихся по коридору туда, где сидел он, не отрывая взгляда от двери, за которой исчезла Эмма несколько часов назад. Как и ожидалось, на Киллиана сразу же посыпались вопросы. - Что случилось? - потребовал ответа Дэвид, а его руки уже инстинктивно были сжаты в кулаки. Несмотря на то, что в Неверлэнде между ним и Киллианом установилось некое подобие дружбы, взыгравшие сейчас отцовские чувства Дэвида говорили о том, что эта дружба может рухнуть в считанные секунды. А Крюк не мог его винить; от одной только мысли о том, что его маленькой Аве кто-то может причинить вред, его сердце билось быстрее от злости. Как бы хотел Киллиан, чтобы его дочь сейчас была рядом, однако события последних часов показали, насколько он плохо может защищать близких людей. Аве лучше с бабушкой и Руби. - Я... - начал Крюк, но обнаружил, что продолжить говорить не в состоянии. - Это... был грабитель... - неопределённо сказал он, не уточняя. - Я не совсем уверен, приятель. Но он знал, что это была ложь. - Только ты был с ней! И сейчас ты говоришь, что не знаешь, как случилось так, что моя дочь сейчас вынуждена бороться за жизнь за этой дверью! - кричал Дэвид, размахивая руками. Он надвигался на Крюка, который уже мог чувствовать дыхание Дэвида на своём лице. - Да, - Киллиан медленно попятился назад. - Я знаю не больше, чем ты. Ложь. Дэвид посмотрел на Киллиана так, будто собирался сказать или сделать что-то ещё - например, хорошенько ударить пирата по печени, - но передумал и со вздохом опустился в кресло. - Как долго она там? - спросила Мэри Маргарет. Неудивительно, что её глаза были полны слёз. По крайней мере, на этот вопрос он мог ответить. - Пару часов. Пара часов скоро сменилась несколькими, а потом Крюк уже перестал считать. Солнце взошло, оранжевый свет пронзил облака. Все в городе просыпались, пили кофе, находились в ожидании этого дня. Все, кроме неё. Единственным положительным моментом было то, что Генри остался у Реджины на ночь. Крюк понятия не имел, что бы делал, если бы и он тоже был там. От количества белого цвета вокруг рябило в глазах. Киллиан слишком долго сидел здесь, расхаживая по этим стерильно-чистым полам, вдыхая запах антисептика. Но это было лучше, чем просто сидеть и смотреть на дверь, страстно желая, чтобы кто-то вышел с хорошими новостями. Около пяти Мэри Маргарет встала, чтобы купить кофе. Крюк оставался неподвижным, словно приклеенным к пластиковому стулу. Ещё час спустя Дэвид пошёл купить что-нибудь на завтрак, несмотря на то, что никто не был голоден. Крюк оставался неподвижным, словно приклеенным к пластиковому стулу. Если бы он мог на кого-нибудь накричать, то, наверное, стало бы немного легче. Но кричать было не на кого - разве что на белые стены больницы. Не очень-то хотелось просто беспомощно сидеть здесь, но Киллиан заставил себя остаться в кресле, здоровой рукой инстинктивно поглаживая острый металлический крюк. Кто-то вдруг ткнул его в бок. - Крюк? Он дёрнул головой и увидел Мэри Маргарет, глядевшую на него сверху вниз. - Тебе нужно поесть что-нибудь. - Я в порядке, - он покачал головой и тут же почувствовал себя нехорошо. - Не мне, а тебе стоит беспокоиться об этом. Мэри Маргарет печально улыбнулась. - Во всём виноват материнский инстинкт. О ком ещё я сейчас могу заботиться, - её взгляд случайно упал на руку Киллиана и она отвернулась, уткнувшись лицом в плечо мужа. Несколько секунд спустя коридор наполнился звуком рыданий. Не глядя, Крюк знал, что заставило Мэри Маргарет отвернуться. Кровь. Кровь, которая всё ещё оставалась на кончиках его пальцев, сколько бы он ни оттирал. Тёплая, липкая кровь, окрасившая их белоснежный ковёр в тёмно-малиновый, оставалась на его руках в качестве напоминания о том, как она задыхалась в его объятиях. Ещё несколько часов прошли, как в тумане. Люди проходили мимо, но для Крюка всё это были безликие фигуры. Он был истощён, но несколько чашек кофе всё ещё заставляли его оставаться в сознании. Крюк смутно удивлялся прочим взволнованным лицам, эгоистично полагая, что никто не находится в таком же опасном состоянии, как Эмма. Как наиболее известная пара Сторибрука, Мэри Маргарет и Дэвид привлекали внимание, вызывали много вопросов. Но ни на один из них невозможно было дать ответа без того, чтобы снова разрыдаться или испытать острое желание ударить кого-нибудь излишне навязчивого. Около девяти дверь, наконец, открылась. Оттуда вышел светловолосый мужчина в белом халате, запятнанном кровью. Крюк старался не смотреть на эти бурые пятна на белом халате, глотая застрявший в горле ком. - Доктор Кит. Как она? - спросила Мэри Маргарет. Крюк мог видеть, что задавать этот вопрос не имело смысла. Лицо доктора Кита было искажено, но вовсе не усталостью. Киллиан воздержался от того, чтобы что-то сказать. Надежда - единственное, что сейчас есть у них всех. - Её увезли из хирургии, - начал доктор и указал на пластиковые стулья, на которых Крюк, Мэри Маргарет и Дэвид провели несколько последних часов. - Вам стоит присесть. - Мы достаточно насиделись. Как моя дочь? - потребовала ответа Мэри Маргарет. - Как вам известно, она получила пулевое ранение грудной клетки. Эмма находилась в состоянии асистолии в течение пяти минут, прежде чем её доставили в отделение скорой помощи. - Что, чёрт возьми, значит эта... асистолия? - резко спросил Крюк. - Это значит, что её сердце остановилось. Мы смогли запустить его снова прежде, чем отвезти Эмму в хирургию. Повезло, что пуля прошла только через артерию. Однако... - доктор остановился и вдохнул в лёгкие побольше воздуха. - Однако что? - зарычал Дэвид. - Кит, речь о моей дочери. - Она находилась без кислорода в течение шести минут. Есть вероятность, что Эмма не очнётся.