Шут-2

Ни много ни мало — прошло тридцать дней С момента безмолвной потери, Для нищих он мертв, на балу королей Знать колется правдой, как звери. Герой в лучах славы, ему все равно. Поток обличающих слов: Имеет он право и быть высоко, И рухнуть в погибели ров. «Ничтожная тварь, слишком умный дурак!» — Его величал знатный двор. «Прекрасный артист, самый лучший простак!» — Попробуй с монархом поспорь… Теперь богачи, словно поле для битв, Разбились на две стороны, И в центре наш шут безусловно стоит, «Прозрачный», как капля росы. * * * Логично подумать, он был одинок, Однако давно все не так, Прекрасный на лошади юный ездок Общение давал прям за так. Логично помыслить, что мирный канон Прекрасную дружбу сберег, Придется сказать — вступит в силу закон И пламя всех бед разожжет. Быть может, неверно себя повели Герои отдельных моментов, Но нам ли судить, как же грешны они, Копаясь в их личных предметах? * * * Вопрос на века: пред судом стоит шут, Его заключили в тюрьму. И стороны воин дворцовых все ждут: Гнить будет в Раю иль в Аду? Убийство тот грех, что нельзя просто смыть, На нищих же долг с тем большой: Конечно, богатого легче покрыть И выдать за слух все простой. Но вспомним сначала, кем шут был давно, Когда еще не был шутом, Сын проданных в рабство, а это равно Бесценности прав пред судом. Напрасно доказывать — он виноват, Пусть только свидетелем был, Пытался помочь, ведь ему друг как брат — В суде разгорается пыл. Виновника в смерти наездника нет - То место на роль пустовало, Логично, логично, что нечто во вред Свои показанья давало! Бесспорно, в гадюшнике против шута, Но он это понял и так. Нет смысла снимать подозрений венца, Ведь вел он себя, как дурак. * * * Один против многих, все на одного — Такой пересказ упрощенный, Шута больше нет, стерлась память его, У знати же вздох облегченный.