Доверься мне

Первый день был весёлым: оба парня, что Рик, что Крис, ревновали его, Лиса, друг к другу. Ричард, от которого так настойчиво тянуло страхом, даже пару раз зарычал на соперника, думая, что старший брат ничего не слышит. А что я, думал Лис. Мальцу нужно учиться постоять за себя. Увы, Кристофер избрал тот же путь и тоже глухо зарычал. В наказание за такое поведение мужчина отправил обоих выносить мусор. И, вероятнее всего, они там подрались. Как иначе объяснить их внешний вид и запах, которым можно убить стадо слонов? И откуда ему было знать, что завязавшаяся потасовка прекратилась почти сразу, потому что стае дворовых собак она не понравилась? Ричард после этого притих. Едва не плача ушел в свою комнату. Лисандр не пошел вслед: что-то, наверное, здравый смысл, подсказало, что братишке нужно побыть наедине. И результат не заставил себя ждать: это маленькое, но такое родное чудо позабыло о том, что звукоизоляции давно нет и начало крушить комнату и что-то кричать. Судя по всему, на французском. Кристофер повёл себя как… кто? Кто приносит ремень и, встав на колени и опустив голову, просит наказать, потому, что «не сдержался, переступил законы морали, подрался с младшим братом Господина, тем самым выказав неуважение к нему»?  — Господин? — юноша умоляюще снизу вверх смотрел в глаза Лисандру. Мужчина тяжело вздохнул. Он уже знает, к чему могут привести недопоротые «провинившиеся» сабы. Хотя умнее было бы объяснить мальчику, что он не виноват, что… Вместо этого Лис обречённо уселся на стул посреди кухни. Парень поднялся с пола. Вот уже на коленях у Господина, в страхе ёрзает. Назначено десять шлепков. Тяжёлая ладонь опускается на светлую кожу ягодиц. Ещё, медленно, с расчетом, с расстановкой.  — Всё, Кит, всё….– мужчина аккуратно провёл ладонью по покрасневшей коже. — Молодец, выдержал и даже не заплакал. Какой-то странный сдавленный звук… Лисандр поднял голову и встретился взглядом со стоящим в дверном проёме Ричардом. Днём в квартире царила напряженная атмосфера. Оба подростка как по волшебству вдруг сдружились. Это, конечно, не помешало им яростно спорить о том, кто будет готовить чай Лису или о каких-то других пустяках, которые к Лису не имели никакого отношения. И это было даже к лучшему, потому что Лис не мог посмотреть брату в глаза. Позвонил Максу. Близнец явился быстро, будто сидел под дверью подъезда. Что не исключено.  — Что случилось? — шарахнулся он от Лисандра. Взгляд загнанный, съежился, так же, как Крис вчера под внимательным взглядом Вика.  — Пойдём в комнату, расскажу. Психолог с плохо скрываемым интересом пошел следом за близнецом. Что такого натворили эти два проказника? Вон, на диване сидят, спорят. Вскочили:  — Привет.  — Добрый вечер, сэр.  — Привет, ребята. Лисандр остановился возле окна, с силой вцепившись в подоконник. Лисимах окинул взглядом комнату: а вот и вещи Криса. Какой прогресс!  — Что случилось? — уже которая попытка выяснить в чём дело. Лис вздохнул. Начал рассказ. Рассказывал недолго, история коротенькая. Но впечатляет! А учитывая то, что знал Макс, так вообще! Ходячий анекдот, а не брат!  — Смейся-смейся… Я и тебя под ремень положу, — обиженно пробормотал Лис, недовольно поглядывая на близнеца.  — Помилуйте, Хозяин! — едва просипел сквозь смех Макс. Смех оборвался. Мужчина поднялся с пола, отряхнулся и с деловым видом забрался на кровать.  — И ты не знаешь, как объяснить это Рику? — осведомился он.  — Ну не Крису же! — проскрипел зубами Лисандр.  — Я поговорю с ним. А пока о…  — Слушай, Крис, как ты их различаешь сходу? Они же одинаковые! — Рик с подозрением смотрел на старших братьев: когда пришел Макс, он не обратил внимания на одежду, поэтому сейчас не мог сообразить, кто есть кто.  — У сэра Лисимаха волосы длиннее, — просто улыбнулся Кристофер. Ричард прищурился. Ага, слева — Лис, справа — Макс. Или наоборот.  — В каком месте длиннее? — без задней мысли спросил Рик.  — На голове, — откашлявшись, ответил Крис.  — Я ж говорю, привычка у тебя вырабатывается! — возбуждённо шептал Макс. Правда он всем нутром чувствовал, что брат не разделяет восторга.  — Какая? — безразлично обернулся близнец. Что-то с этим психологом нечисто…  — Привычка доминировать, — как само собою разумеющееся, сообщил брат. Лисандр нахмурился:  — А ты не заметил, что когда я сказал «подойди сюда» дёрнулся и Рик, и когда только добавил «Крис», Рик опустил глаза?  — Я на Рика не смотрел, — тут же отмахнулся Макс. О, он заметил! Пока трудно, но не всё же ещё так плохо… А вот вечер был откровенно паршивым. Лис не мог не оценить юмора ситуации, хотя положение дел было отчаянно паршивым. Крис, как и днём, постоянно ёрзал, морщился, порывисто втягивал в себя воздух. Потом краснел и старательно пытался изобразить статую. А Рик, как только сверстник ушел в душ, закрылся в комнате. Ну да, был бы у меня старший брат извращенцем, я бы тоже закрывался, мрачно подумал Лис. И только глубокой ночью, когда Крис, смущаясь как девственница, увидевшая оргию, признался, что порка была болезненной, но вот послевкусие возбуждает… После долгих объяснений Лиса, после спора между несформировавшимся Доминантом и полусабом… После того, как Крис, злясь на себя, попросил прощения и получил его… Когда уже почти уснули оба… В дверь постучали.  — Входи, — тихо отозвался Лисандр. Как Рик вообще расслышал это — загадка. — Что? Юноша остановился у открытой двери, опуская голову так, как это раньше делал Леро.  — Можно? Лис, можно я здесь… с тобой? Переночую? Я возьму свою подушку! — быстро добавил он, пытаясь в темноте разглядеть лицо старшего брата. Лис вздохнул. Ну причём здесь одноклассники? Какая депрессия? Да парень же боится!  — Заходи, закрой дверь, приоткрой окно и ложись, подушек хватает… Утро воскресения. Прекрасное, если с обеих сторон вас не душат два молодых, растущих организма. Слева уцепился за руку Кристофер, справа прижимался Ричард, да ещё хватка у обеих такая, будто их вот-вот сейчас должно ураганом снести.  — Ребят, ну что за наглость? Говорил же, не цепляться ко мне, — попытался выкрутиться из стальных объятий мужчина. Не получилось.  — Хозяин? — Крис поднял голову, сообразил, что уцепился за Господина, хотя ясно было сказано, чтобы на расстояние вытянутой руки не подползал, и тут же откатился к краю кровати.  — Тс-с-с! — зашипел на него Лис. Не хватало ещё Рику услышать, как он обращается! Вчерашней картины хватило! И всё же… Пришел же он к старшему брату за помощью? Пришел. Хоть брат и извращенцем в его глазах был, хоть и Рик не рассказал, что за проблема. Но пришел же.  — И вам доброе утро, — пробормотал Ричард, не открывая глаз и, вероятно, даже не подумал о том, что надо бы от брата отлепиться. Просто хватка стала слабее, чем была во сне. Лисандр едва не взвыл.  — Рик…  — Хозяин… — робко перебил его Крис. — Я ему сказал вчера. Вечером, когда мы говорили после ужина. Простите, пожалуйста. Или накажите, — покорно попросил мальчик. Мужчина снова тяжело вздохнул. Чёрт, да за всё то время, пока мальчишка у него, он вот так тяжело вздыхал больше, чем за всю свою жизнь до этого! И такое настырное чувство, что они издеваются. Ну точно, издеваются же. Ну и что? Что… Лис шевельнулся, чувствуя, что за ночь в объятьях вспотел. Вот и решение проблемы.  — Я в душ первый! — воскликнул он и мигом подорвался с постели, умудрившись вырваться из рук Рика.  — Нет! — в один голос завопили подростки, но где уж там, если они всё ещё были на кровати? Иан выглядел плохо.  — Jorana*, — приветствовал его Макс.  — Bonjour**, — кивнул тот в ответ и отступил, приглашая гостя внутрь дома. Лисимах удивлённо осмотрелся: в доме царил полный прядок, чего он совершенно не ожидал. Но чисто было настолько, что хоть с пола ешь. Фу, какое сравнение, подумал гость. К счастью, Рик таким не занимался с Юлианом… Или просто не рассказывал? Иан провёл гостя в гостиную.  — Могу предложить только сок и кофе, — почти любезным тоном сообщил он.  — Спасибо, не надо, — таким же притворно-вежливым тоном ответил Лисимах. Мужчина обернулся и несколько мгновений молча смотрел на психолога.  — Как Ричард? Гость усмехнулся: всегда выдержанный, спокойный, сейчас в голосе Иана явно проступали нотки волнения и вины.  — У тебя как дела, mon ami***? — не желая раскрывать все карты сегодня, поинтересовался Макс.  — Ты же и так видишь, — развёл руками Юлиан. Лисимах ухмыльнулся ещё шире: собеседник выглядел похуже Ричарда. Покрасневшие, скорее от недосыпа, нежели от слёз, глаза, посёревшая кожа, отросшая за несколько дней щетина и помятая рубашка. Да вообще вид помятый.  — Да нет, выглядишь, вроде, как обычно… — почти пропел Лисимах.  — Mon Dieu****, скажи, ради всего святого, как он? — не выдержал Иан. Психолог равнодушно наблюдал, как друг мечется по комнате. Упал на стул.  — Он в больнице. На грани, — почему-то солгал Макс. Ответ был заготовлен заранее, но, чёрт побери, Юлиан должен пройти сквозь этот ад! Видимо, перестарался всё же. Иан побледнел.  — Что? Настолько… Настолько плохо? — прохрипел и вдруг закашлялся Юлиан.  — Э-э-э, всё, всё, я ж шучу… Ну-ка не умирать! — прикрикнул гость, подавая другу стакан сока со стола. Мужчина одним махом осушил его и злобно посмотрел на психолога.  — Идиот… Партизан ненормальный, — прошептал он. — Хоть бы думал, что мелешь. Макс осклабился:  — Возможно. Скажи, это Рик виноват? А то парнишка думает, что он.  — Он не виноват! — возразил Юлиан, вновь поднимаясь и подходя к окну.  — Тогда расскажи мне, Юлиан. Как всё было? Как ты, опытный Доминант, позволил себе сорваться? Да с несовершеннолетним сабом? — вкрадчиво прошептал Макс. Это был будто другой человек: хищный блеск глаз и полубезумная улыбка вряд ли могли принадлежать психологу Лисимаху Меркадеру. Психологу, который лечит… Впрочем, может и покалечить психику. Юлиан вздрогнул, услышав вопрос. Но вид друга его не испугал: он смотрел на него, как на равного.  — Ты знаешь, как было сначала. Я не хотел связываться с несовершеннолетним. А потом связался. У него душа полна страстей, — вздохнул Иан.  — Ближе к делу, — поторопил его Макс, продолжая скалиться. Мужчина отвернулся и продолжил:  — У меня проблемы на работе. И с родителями. Я был на нервах и не хотел проводить сессию в таком неуравновешенном состоянии. Просто взял его, чтобы он отдохнул, расслабился. А он просил. И я… сорвался, дурак, — тихо закончил он свою исповедь.  — А потом что? Так и оставил Рика, чтобы он сам, избитый и изнасилованный, добирался домой? — всё так же продолжал допрос психолог.  — Нет! — возмутился Юлиан, вновь оборачиваясь к гостю. Вид друга сбивал с нужных мыслей. — Ушел за аптечкой, она на кухне всегда. И решил успокоиться, боялся ещё что-нибудь натворить.  — Ну да, ты и так немало дел наделал, — съязвил Лисимах.  — Он сбежал, пока меня не было, — вновь возразил Иан.  — И сколько ты успокаивался? Час? Два? — не преминул и тут ударить близнец.  — Мне надо было его ещё и бинтом связать, и шприцом изнасиловать? Десять минут меня не было! Макс! — рявкнул он. Психолог поспешно отскочил от стола, на котором сосредоточенно выцарапывал ногтём кем-то, вероятно, младшим братишкой, незаконченный трискель.  — И как ты умудрился потерять окровавленного подростка на почти пустой дороге днём? — мило улыбнулся психолог.  — Я искал, Макс… — устало ссутулился Юлиан и почти без сил снова упал на стул.  — Он был в кустах малины, — пробормотал Лисимах.  — Чего ты хочешь, Макс? Я знаю, я виноват. И очень жалею, — тихо, почти шепотом произнёс мужчина.  — Я приду ещё, — бросил Макс, уже стоя у двери. Юлиан так и остался сидеть в комнате. Полуденное солнце пробивалось сквозь лёгкие занавески. Мужчина сидел, не шевелясь, как сломанная кукла. Лишь тяжёлое дыхание нарушало тишину. Иан откинул голову назад и закрыл лицо руками:  — Ричи, милый, прости дурака, если сможешь, — в отчаянии прошептал он. Опять сходили в магазин. Сладостей-то накупили, а вот запасы обычной еды кончились! Хотя, видимо, парни не прочь были обедать и ужинать конфетами. Ричард просил поговорить, когда придут. Что ж, вот ещё совсем ничего до дома осталось. А братишка всё заметнее нервничает.