Спасибо тебе за все

      Жаркая летняя ночь не предвещала ничего хорошего. Мокрое тело, жара под лёгким одеялом, частое влажное дыхание, и не только своё. Дыхание этого идиота над ухом можно было, наверное, услышать даже на первом этаже дома, что же говорить о том, если он лежит прямо под боком и никак не может улечься. Вертится, крутится из стороны в сторону, пихает локтём в спину то и дело, раздражая больше и больше.       — Ты можешь лежать спокойно? — не выдержал Рен, лишь немного повернув к парню голову, так как лежал к нему спиной.       — Блин, почему тут так тесно? — проигнорировал Хоро его раздражение и лёг ровно на кровати, положив руки за голову, и близоруко всматриваясь в потолок. Было слишком темно, чтобы что-либо различить, например, узор или мелкие тени, которые попадали сюда с улицы.       — Тогда вали на свой футон, — терпеливо ответили ему с другой стороны постели.       — Как же было классно, когда мы были детьми, — улыбаясь, Хоро повернулся на бок и облокотился на руку, чтобы различить в темноте профиль самого близкого друга в его жизни. — Но мы уже не маленькие… Хотя, я намного больше тебя, — хитро протянул он.              Рен скрипнул зубами.       — Заткнись. Завтра я буду выше, так что давай спать, — Тао спрятал покрасневшие от ярости щёки в подушку.       — Что-то я сомневаюсь, что мы заснём… Эй, Рен, погоди секундочку, — Хорокей явно что-то задумал, судя по тону его голоса. Рену это не понравилось, и он немного повернулся к нему, чтобы посмотреть, что тот намерен делать, но сделал ошибку.       — Чего тебе? Блин, Хоро, прекрати!       — Тихонько, просто иди сюда…       Возня в узкой кровати прекратилась только через несколько секунд. И Рен не сразу осознал, что произошло.       — И что это значит? — он поднял голову вверх, чтобы посмотреть на глупо улыбающегося Юсуи. А тот был доволен, что теперь они лежат компактно в постели: удобно расположившийся Рен на его плече раздражённо сопел ему в ключицу, а его рука невесомо поглаживала мягкие тёмные волосы, что сейчас не были уложены в острое тонгари.       — Ну… Просто я подумал, что так менее тесно будет, но… — неуверенно попытался объяснить Хоро.       — Если бы! И почему я оказался в этой позе? Давай поменяемся! — не согласился с ним Рен и перекинул его руку через себя.       — Что? А какая разница?       Не успел Хорокей возразить, как китаец его тут же уложил к себе на грудь, а руку поднял вверх, считая, что положить её ему на плечо или голову будет излишне сентиментально.       — Хоть так, хоть эдак… Всё равно неудобно. И жарко к тому же, — откликнулся с его груди Юсуи. Пару минут молчания не привели ни к какому компромиссу, но позу парни не поменяли. Нужно исключить излишние движения в такую жару, иначе никакой холодный душ не спасет.       — Рен, — тихо позвал Хорокей, положив руку тому на грудь. — У тебя так бешено сердце бьётся.       Тао опять скрипнул зубами и отвернулся, чтобы этот придурок не заметил его румянца на щеках, если вдруг поднимет голову. Хотя, в комнате очень темно, если не считать слабого света луны через окно.       — Я буду спать. Отвали, — наверное, чересчур грубо ответил Рен и отвернулся на другой бок, отстранив от себя Юсуи. Если он ещё скажет хоть одно слово, Тао поклялся себе, что свяжет его, заткнет кляпом рот и пошлёт вниз на футон, а кровать будет вся в его распоряжении. Но вместо этого Хоро, как чувствовал, лишь приблизился и обвил его талию руками, прижимая худое тело китайца к своей крепкой груди.       Рен широко открыл глаза от такого неожиданного и слишком откровенного действия, но с места так и не смог сдвинуться, по крайней мере, в первые секунды от шока. Да как он?..       — Рен, — тихо позвал его Хоро, явно намереваясь начать серьёзный разговор.       — Отлезь. Я так заснуть не смогу, — а Тао его начинать совершенно не хотелось. Не то время, чтобы о чём-то серьёзном разговаривать. Ночью все нормальные люди спят, а они значит… Ненормальные.       — Рен, — Хорокей явно не собирался сдаваться. Китаец шумно выдохнул через нос. — Спасибо тебе… за все.       Голос Юсуи был вкрадчивым, но в тишине дома Рен его отлично слышал. И, естественно, различал каждые нотки в нём, ведь он говорил ему практически на ухо.       — Да ладно, давай уже спать, — решил отделаться Тао и потянулся за тонким покрывалом, чтобы накрыть обоих, потому что знал, что после такого Хоро его точно не отпустит. И, возможно, проспит с ним в такой позе всю ночь. А он и не был против, лишь бы не доставал разговорами и дал спокойно заснуть.       — Тоже мне, стесняшка, — коротко выдохнул ему в шею Хорокей, даже не улыбнувшись. Сейчас было не до шуток — всё серьёзно. — Эй, ты всё такой же тощий… — свободная рука случайно скользнула под ночную футболку Рена, которая открыла слабый пресс и оголившиеся от лежания правые ребра. — Ты уверен, что правильно тренируешься?       — Я сказал, отстань уже от меня!       — Так не годится! Ты должен есть больше мяса!       — Время от времени ем. Тогда почему бы тебе не попробовать хотя бы каждое утро пить молоко?       — Сегодня же пил.       — Да что с тобой?       Рен на всём протяжении этого короткого спора пытался вырваться из хватки Хоро, потому что его пальцы уже щекотали бока, пока изучали выпирающие ребра на наличие хоть каких-нибудь признаков мышц.       — Ничего. Просто я как бы счастлив быть вот так вот с тобой рядом… — Юсуи сильнее сдавил китайца в своих объятиях, чтобы тот так рьяно не вырывался.       — Ты… Ты хоть понимаешь, как смущающе это звучит? — покраснев, взревел Тао и сжал руку в кулак, хотя в таком положении дотянуться до лица этого идиота было немного затруднительно. Всё же он был сильнее него, как ни крути.       Сделав ещё одну попытку, чтобы освободиться от его хватки, Рен устало лёг на кровать и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы отдышаться. Всё-таки жара сделала своё дело — теперь даже укрываться летним покрывалом не надо, да и тепло от тела под боком давало о себе знать.       — Эм… Хоро? — Тао неожиданно уставился в окно, через которое лился холодный свет луны, а Юсуи уткнулся лбом тому в лопатку и шумно выдохнул.       — Вот чёрт… — слегка покраснел он. — Ничего не могу с этим поделать, это естественная реакция.       Щёки Рена также залила краска, когда он осознал, в какой позе они находятся: Хорокей полностью обнял его поперек живота и крепко прижал к себе, отчего даже спина намокла от пота, но не это сейчас оказалось важным. Раньше Тао никогда не попадал в такую ситуацию: это было слишком неожиданно, незапланированно, не входящее в понимание стандартизации китайца, а оттого неизведано, пугающе и волнительно.       — Думаю, я слышал, что мужчины могут возбуждаться в тесном контакте с кем-то ещё, — решил разрядить обстановку и поумничать Рен. Если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны, то Хоро прав — в этом нет ничего постыдного. С мужчинами такое бывает… Особенно с молодыми…       — Сдаётся мне, что это не только у меня… — а Юсуи решил поддержать разговор и накрыл пах друга горячей и влажной ладонью: то ли от жары, то ли от возбуждения…       — Заткнись. И хватит лапать, — смущённо проговорил Рен и уткнулся носом в подушку.       — Кстати о птичках, — после минутного молчания, Тао вдруг заинтересовал один вопрос. — В нашей компании одни парни… Как же ты справляешься с такого рода вещами?       — Ну… Иногда в туалете, иногда отхожу от вас подальше, — признался Хоро, поняв, что терять ему уже нечего. Если что, гореть в аду будет вместе с ним. Хех.       — Значит, ты возбуждаешься, находясь в нашем присутствии? И из-за кого? Из-за меня? — догадался Тао и дёрнул головой в его сторону, но так и не смог увидеть его лица, лишь пряди светлых волос, что в тёмной комнате и при слабом свете луны казались белыми.       — Ну, а как у тебя? — решил не оставаться в долгу Юсуи, — вы с Йо занимаетесь этим?       От такого вопроса покраснели оба. Рен опустил взгляд и уткнулся лицом в подушку, а Хоро ему в спину, вдыхая запах молока и геля для душа с его футболки.       — Даже если бы и могли, то нет, — почти шёпотом проговорил Тао и сглотнул.       Тяжело ли об этом говорить? Возможно, но Хоро об этом знать ни к чему. У Йо много своих проблем: его самой главной целью является брат, и кроме него он вокруг никого не замечает. Пусть даже и его самого, однако, это уже проблемы Рена, и никто о них из посторонних знать не должен.       Осознав, что сболтнул лишнего, Тао прикрыл глаза и приложил ладонь к лицу. Зачем всё это? С какого момента это началось? Можно это всё отмотать назад? Хоть как-нибудь, неважно как.       — Я в туалет, — китаец резко встал, вырываясь из объятий Хоро, чтобы поскорее скрыться в соседней комнате и прийти в себя. Возможно, когда он вернётся, Юсуи будет уже спать и ему удастся избежать неловкого продолжения.       Но Хорокей неожиданно схватил его за руку и дёрнул на себя, роняя того на постель и нависая над ним сверху.       — Хоро… — Тао удивлённо уставился на него, не желая признавать то, что тот хотел сделать прямо сейчас.       — Да Рен? — ласково, с лёгкой улыбкой на губах отозвался Хорокей.       — Мы же не можем!.. — не успел он возразить, как Юсуи оттянул резинку его спальных штанов и проскользнул внутрь.       — Эй, — со смешком выдохнул тот, — это же не первый раз, когда я ставлю тебя в неловкое положение.       — Хоро! — уже порядком пришедший в себя Рен догадался возмутиться на полном серьёзе, но было уже поздно: Хорокей сжал его плоть в своей руке.       Нахмурившись, Тао с прищуром всматривался в затемнённые черты лица и немного нагловатый взгляд друга, который и не собирался останавливаться. Посчитав, что это очередное соперничество — кто, сколько времени выдержит и первым не сдастся — также приспустил его штаны и нырнул туда рукой. Хоро оскалился: этого он и ждал. Обнажив ровный ряд белоснежных зубов, он нагнулся к лежащему под ним парню, но Рен вдруг резко толкнул его в плечо и отстранил от себя, меняясь с ним местами. Юсуи снизу смотрел на то, как китаец, спеша неизвестно куда, трясущимися руками стягивает с себя футболку и отшвыривает её куда-то в сторону, на пол.       — Правильно, не стоит футболку пачкать, — сделал намёк Хоро, после чего и сам остался без одежды. Причем, стоит заметить, помог раздеться ему сам Рен. И что на него нашло, интересно?       Освободившись от лишней одежды, парни улеглись на постели абсолютно голые. В темноте комнаты этого не было видно, также как и их румянца на щеках, который продолжал пылать всё сильнее с каждой секундой их откровения. Дыхание участилось не только из-за того, что их близость была, по крайней мере, ненормальной для них, но и летняя жара продолжала напоминать о себе. Рен чувствовал дыхание друга на своей щеке, но поднять взгляда на него так и не мог: он и так позволил ему слишком многое. А Юсуи похоже был рад всему этому, потому что лёгкая улыбка не сходила с его губ, которые немного подрагивали от того, что Рен вытворял своей рукой в районе паха.       — Умеешь же ты настрой сбить, — тихо усмехнулся Хорокей, когда увидел, как стесняется Рен и как он недоволен тем, что всё-таки позволил ему сделать это. Как же, гордость великого Тао оказалась затронута!       — Зачем тебе вообще это? — сбито выговорил тот, не отводя взгляда от ключицы друга, на что тот ещё раз хмыкнул, но по-доброму. — Я же действительно смущаюсь…       — Хочешь остановиться? — подзадорил его Хорокей.       — Ни за что! — «Только не сейчас», — подумал Рен, стиснув зубы от накатывающего толчками удовольствия. — Просто… поторопись и кончи.       — Ты первый тогда, — Юсуи нравилась эта ситуация, как и затея в целом.       Он знал, что именно сегодня с Реном у него всё получится. Именно сегодняшняя ночь послужит отправной точкой в их долгих, Хоро надеялся, отношениях, которые, хоть и будут наполнены ссорами, драками, примирениями, даже очень жаркими примирениями, но всё же любящими и искренними. И сейчас он был действительно счастлив, что Рен делает это именно с ним, а не с кем-нибудь ещё.       — Теперь давай… Вместе, — перехватив инициативу в свои руки, Юсуи сжал оба члена в ладони и стал с особым усилием двигать вдоль них, вверх-вниз, настолько быстро, насколько мог.       Он видел, как Тао было хорошо: дыхание сбилось, тело начало выгибаться навстречу ему, голова непроизвольно откинулась назад, а их губы были в сантиметре друг от друга. Китаец приоткрыл глаза, не переставая глубоко дышать, и отпустил взгляд на его губы, которые были приоткрыты и немного покусаны.       — Ты…       Хорокей видел, как он смотрит на него и его губы, так и желая коснуться их поцелуем: влажным, трепетным, нетерпеливым и жадным, словно всегда хотелось ощущать только их. Сжав пальцами его подбородок, Хоро, так и не договорив, приблизил к себе покрасневшее лицо Рена и поцеловал так, как всегда представлял себе в собственных фантазиях: страстным, обжигающим и долгожданным, такой, какого ещё ни разу и не было ни с кем и никогда.       Пальцы сильнее обхватили головки на последних секундах, после чего Хоро почувствовал приятную негу и слабость по всём теле, а руку обожгло горячим семенем обоих парней. Рен, чтобы громко не простонать и не разбудить всех в доме, прикусил плечо того, кого раньше терпеть не мог и называл идиотом и придурком недоделанным. Сейчас почему-то кажется, что он никогда и не был таким, раз довёл его до крышесносного оргазма одной рукой. Что же будет тогда, когда у них будет настоящий секс?       — Как же это утомительно, — улыбнувшись, выдохнул Юсуи и перевернулся с бока на спину, вновь глядя в потолок. Но, насколько бы утомительным это занятие не было, всё отходит на второй план до главного момента.       — Кто бы говорил, — устало буркнул Рен где-то у него под боком. — Сам это начал.       Хоть его тело и устало не только от сегодняшнего дня, но и от недавно произошедшего случая, которого он точно не планировал, сон как рукой сняло. Ой, кто бы про руки сейчас заикался…       — Хоро? — Рен, не услышав ответа, поднял взгляд вверх и заметил, что тот уже почти провалился в сон, совсем вымотавшись, и не только на дневных тренировках. — Хоро? — ещё раз позвал его он, но в ответ ему была тишина. Нахмурившись от какого-то шума над ухом, Юсуи перевернулся на бок и обнял Рена, удобно пристроив свою голову у того на груди. Тао даже не успел сообразить, как из него сделали своеобразную подушку.       — Хоть бы в ванную сходил да руки помыл, — возмутился он, но Хорокей окончательно заснул, найдя Рена мягким и прохладным в такую-то жару.       Лежа посредине постели с обузой на себе, Тао пытался сообразить, как же ему выбраться из крепкой хватки и пойти хотя бы в ванную за мокрым полотенцем, но в такое время ни одна здравая мысль не лезла в голову. Хоть ты разломись да тресни. Услышав тихое сопение Хоро, Рен вздохнул и пообещал себе, что утром с ним разберётся, причём в этом ему поможет старое доброе гуандао.       — Ну, и что это было? — задал он сам себе вопрос и решил вернуться к началу, с чего всё это началось. Ведь раз ему не спится, значит у него вся ночь впереди, чтобы подумать обо всём без суеты.