Xie Xie Ni De ai

      В темноте можно видеть, что хотел,       Что невидимо при свете и не встретится нигде.       В темноте можно падать и лететь,       Не боясь прикосновений обнажённых душ и тел.       Но когда поднимается Солнце       Над внезапно притихнувшим миром…       Да, вот тут-то и начинаются сложности. Камиля разбудило жужжание его телефона на тумбочке. Будильник, предусмотрительно заведённый ночью, извещал о том, что на часах уже семь утра. Надо вставать. И убираться отсюда. Потому что он не знал, как смотреть в глаза Анри, когда тот проснётся. Был просто не готов к такому.       А пока можно посмотреть на него. Такой милый, прямо Ангел… Пока спит зубами к стенке. А вот стоит этому «Ангелу» открыть рот, так сразу хочется его заткнуть. И в кого он только такой язвительный?       Камиль практически бесшумно встал, собрал свои вещи и покинул комнату, отправляясь досыпать к себе. После тёплых объятий Анри было не очень приятно ложиться в холодную постель, но поступить иначе он не мог, не мог так рисковать. Надо настроиться на язвительно-негативный тон в сторону репетитора и сделать вид, что этой ночи, где его просто разложили по полочкам, не было. И откуда он только взялся такой умный на его голову? Но сейчас спать.       Никогда не уйду и не отдам.       Всё проходит в этом мире, только это навсегда.       Не отдам. Пусть не гаснет никогда       Над твоею головою путеводная Звезда.       Но когда поднимается Солнце       Над внезапно притихнувшим миром…       Вот тогда-то и начинаются проблемы. Надо отдать Камилю должное, свалил он очень тихо. Но, несмотря на это, Анри слышал, как он уходил. Просто не подал вида, что проснулся. Лишь только когда закрылась дверь, парень посмел открыть глаза. Не хотелось ставить Камиля в неловкое положение, Анри понимал, почему он сбегает ни свет, ни заря.       Камиль бы не промолчал, если бы ночью Анри нёс пургу. Значит, это не пурга. Все размышления безмолвно подтвердились.       Ночью его никто не видит, ночью он может быть самим собой, ночью он не боится делать то, чего действительно хочет. Но наступает рассвет – и Камиль тут же прячется в свою раковину, надевает маску того, кем все привыкли его видеть, изображает в его сторону какую-то непонятную агрессию, которой на самом деле нет. Потому что так надо. Так правильно. За это не осудят. Тьфу, чушь собачья!       Анри попытался улечься поудобнее, но без крепких объятий Камиля сделать это не особо получалось. Надо снова настраиваться хамить ему, язвить, выводить из себя, бесить и раздражать. А в душе так хочется просто быть с люб… кхем, с человеком, который безумно нравится… который буквально сводит с ума… который совершенен во всех отношениях… Анри тепло улыбнулся своим мыслям.       Конечно, он сдержит своё обещание не напоминать Камилю об этой ночи. Это будет сложно, но он справится. Доверие превыше всего. Все их перебранки – по сути, детский лепет. Если смотреть серьёзно, становится совершенно понятно, что Камиль не видит в нём врага. И вот это ценно. Вот это нужно сохранить. А чтобы это сохранить, надо почаще действовать ему на нервы. Парадокс, но факт.       Зато ночью можно оторваться. Теперь Анри знает, что иногда Камиль может быть очень ласковым и нежным. Хотя с ним всегда хорошо: будь он заботливым, как вчера, или наоборот властным, подавляющим, требовательным, как обычно. Анри не важно, каким он будет. Важно лишь, что это будет ОН. Камиль. Единственный и неповторимый. Анри рад принять его любым. Именно с этим приятным осознанием он и отправил себя обратно в царство Морфея.       Я иду по твоим следам.       Может, сплю, может, снится, но       Никому я тебя не дам.       Это всё, что мне нужно.       Никому не могу сказать       Столько слов. И не сосчитать       Всех дорог, что к тебе ведут,       Всех огней, что к тебе зовут. __________________________________________________ Вера Брежнева - Доброе утро Roma Kenga - Там, где любовь