Любовь на спор или как влюбиться в "Изгоя"

      Pov Автор       Вдох. Выдох. Держи себя в руках Иккинг, держи себя в руках...       Хэддок мертвой хваткой держал Кевина за футболку держа над "пропастью". Скулы были напряжены, а глаза горели диким огнем, пелена ярости захлестывала с головой, но Иккинг всеми силами цеплялся за отголоски разума и контроля, которые кричали ему что если он отпустит, то его друг может разбиться. Иккинг держал Кевина одной рукой за край футболки, которая могла порваться в любой момент. Он держал его над лестницами, пути отступлений не было, а ноги ели упирались в край первой ступеньки, все остальное тело было в воздухе и отправилось бы уже в свободный полет, если бы не мертвая хватка Хэддока, ну и конечно свою роль играет, то что Кевин сам вцепился в запястье Иккинга, хотя это мало чем поможет если Иккинг надумает отпустить. Самым страшным было то, что кроме звуков тяжелого дыхания, больше звуков нет. Хотя нет, есть. Кевин мог слышать как бьется собственное сердце, ведь как бы там ни было, падать - страшно, высота все таки не маленькая, да и разбить себе голову о лестничные ступеньки не очень-то и привлекательная перспектива. Иккинг же наоборот не слышал абсолютно ничего, ни сбившегося дыхания, ни бешеного стука собственного сердца, ни чего бы там ни было. Его хватка была такая же яростная и цепкая, как и взгляд, только глаза были куда страшней, вглядываться в них было жутко, но Кевин смотрел, не прерываясь ни на долю секунды, смотря прямо и твердо. "Так мало кто может" - всегда думал Иккинг, многие отворачивались, боялись, страшились, а он нет, всегда смотрел прямо, даже с каким то укором.       Держись Иккинг, держись, он твой друг Иккинг, твой друг! Ты себя контролируешь, себя контролируешь, контролируешь... — Никогда. Не смей. Так. Больше. Делать, – Иккинг наклонился немного корпусом вперед, из-за этого Кевин тоже наклонился назад, свесив одну ногу, что заставило его вцепится рукой в запястье сильней. Положение было очень неудобное и опасное, но было оно таковым недолго, ибо Иккинг резко дернулся назад не забыв прихватить собою Кевина. Как только ноги целиком и полностью ощутили твердую поверхность Кевин отпустил запястье Иккинга незамедлительно, тот сделал тоже самое.       Иккинг постарался отойти от Кевина как можно дальше, не хотелось никого и ничего видеть, нужно успокоится, прийти в себя, он смог дотянутся до ниточки рассудка, нельзя ее упустить, нужно тянутся за нее словно за спасательный круг, но согласитесь это весьма трудно сделать когда лучший друг, которого так и хочется укокошить в данный момент, то и делает что злит тебя и бесит и уже не важно кто виноват. — Чего мне не делать Иккинг? Ммм? – предварительно отойдя от края развел руки Кевин, Иккинг, который до этого просто старался смотреть в пол, отвернулся от парня и зажмурил глаза. "Неужели он не понимает как мне хреново?!" – Перестать говорить правду правду в глаза? Может держать свое мнение при себе? О! А может мне стать таким как ты Иккинг? – Иккинг сжал челюсти, ногти впились в ладони, его чуть ли не трясло от гнева переполнявшего его. Стать таким как ты?. Хах, рассмешил. — Как по мне, ты уже давным давно как я, – голос был хоть и твердым, но спокойным. "Я себя контролирую, я себя контролирую." Иккинг стоял спиной к Кевину и поэтому не увидел как брови того подпрыгнули вверх от удивления, а после удивление сменилось тенью страха. "Он не может знать, точно не может, он из ума выжил. Он не знает, точно не знает, это полный бред". — Понятие не имею о чем ты, –пыл Кевина заметно поубавился, чему Иккинг не мог зловеще ухмыльнутся. Где-то в краю сознания он кричал себе что этого делать не стоит и что от этого может стать хуже, он Кевина уже невозможно будет вернуть, но он рискнет, он же чокнутый, по крайней мере сейчас. – Что правда? Неужели тебе совершенно нечего мне, а точнее нам рассказать Кевин? – Иккинг уже полностью развернулся и с довольной ухмылочкой облокотился о дверь (как она еще не упала?). — Ты больной, – констатировал факт брюнет с совершенно невозмутимым видом, Иккинга это не убедило, хотя можно и похлопать, не знал бы он всех деталей, возможно и поверил бы, ключевое слово "возможно". Шатен издал смешок и поднял бровь в виде "Ага, конечно. Подожди, лапшу с ушей сниму". – Не смотри на меня так, мне от друзей скрывать нечего, – сказал с упреком брюнет, сделав акцент на последних словах, дабы хоть как-то увести тему в другое русло. — Что, правда? Тогда скажи пожалуйста, где был я, когда ты нам всем дружно рассказывал что тебя похитили?       

***

— Так ты мне наконец объяснишь, что за фигня у вас тут происходит? – когда Хедер отстранилась от Зака, после удушливых дружеских объятий. Когда Хедер уже открыла рот, ее перебили (что конечно не могло не взбесить) — Я кстати тоже не откажусь от объяснений, – Хедер и Зак повернули головы к сидящей Астрид, которая до того как зашел в Зак, вжималась в кресло и возможно что-то кричала, она от шока уже и не помнит что, но когда на всех парах сюда залетел Задира, вот тогда она оцепенела. Нет, Хедер упомянула что позвонила некому Заку, они с Иккингом по этому поводу повздорили, Иккинг даже получил пощечину, но откуда же она знала что это ихний Зак? Брат близнец ее лучшей подруги,, да и ее друг собственно. — Астрид?! Какого черта?! – Зак уже полностью отпустил Хедер и та вспомнила что он как и она, состоят в одной элите, тем более что его родная сестра, лучшая подруга Астрид, а еще хедер вспомнила что Зак скрывает от своей сестры, да и впрочем ото всех с кем он общается. Поэтому отстранивший от Задираки, она произнесла никем незамеченное "упс". — По моему я должна спрашивать "какого черта", а не ты. – сама же Хофферсон выглядела весьма устрашающе. Сложив по быстрому в своей весьма умненькой головке что к чему. Спина была ровной словно струна, руки под грудью и взгляд, который она отрабатывала годами: а-ля – злая Хофферсон. — Так, ребят! С этим я думаю можно и потом разобраться, сейчас есть проблема по важ... — То есть все это время ты все знал и общался с Хэддоком? – Астрид даже не посмотрела на Хедер, которая аж зубами скрипнула, ох и не любит же она когда ее перебивают, ой как не любит. Но Астрид и Зака это не очень волновала на данный момент, ибо эти двое не замечали Харвел и смотрели друг другу в глаза непрерывно, вот только Зак метался и пытался найти способ отступления или спасения, а вот Хофферсон же смотрела со всем своим гневом. — Астрид, эм... – Задирака понятие не имел что делать или даже думать. Его поймали с поличным, и теперь он не отвертится. — Я. Задала. Вопрос. – Астрид поднялась с кресла на котором сидела и угрожающе начала надвигаться. — Ладно-ладно! – Зак поспешно сделал шаг назад и поднял руки в примирительном жесте. – Да, это так! – взорвался он, не выдержав ее пытливый взгляд. Хедер следившая за этим пару минут потеряла интерес, так как увидела возле двери Беззубика. Он словно верный Хатико сидел и ждал, только вот отличие было в том, что Беззубик все время ерзал, издавал утробный звуки, переминался с лапы на лапу, а временами скреб лапой под дверью, рыча. Хедер с подозрением на него взглянула, было бы там что-то реально страшное у него бы уже крыша поехала и он бы в окно прыгнул, если через дверь не получилось, а так он только ерзает и скребет, может просто волнуется? Или что-то предчувствует... — Ах! Так уже больше трех лет!!! – Харвел с недовольством посмотрела на кричащую Хофферсон, которая била подушкой Зака, тот же всеми силами пытался защититься, но куда ему против хофферсконого гнева? Хедер поморщилась взглянув на них. Нет, это определенно выглядит забавно, но не сейчас когда она пытается прислушаться и понять что происходит там. "Ох, эти долбаные секреты, секреты! Ай! Пусть сами разбираются!", – Хедер бы очень хотелось пойти и посмотреть что там происходит, но это плохо кончится, она может обострить ситуацию и у нее не получится выйти не выпустив Беззубика, а это уж тем более плохо кончится. Впервые за все годы он ее так напугал, такого в жизни не было. Зак понятное дело не может держать Беззубика и отбиваться от Хофферсон, это понятно, тем более он его не удержит... нет, его никто не удержит. Остается самое невыносимое - слушать и ждать. Первое вообще проблематично, из-за этих двух идиотов, так что Харвел решила последовать примеру Беззубика и сидеть и ждать у двери. — Успокоиться?! Ты говоришь мне успокоится?! Да я тебя выпотрошу! – Харвел закатила глаза и зло выдохнула, нашли момент ругаться, когда там творится черт знает что! — Что там? – Хедер села в позу лотоса и стала гладить Беззубика по шее, тот дернул ухом, но от своей цели взгляда не оторвал. – Эх, – она обняла его за мощную накаченную шею и прикрыла глаза. – И я за них беспокоюсь, – произнесла она после нервного скулежа пса. Хоть и было произнесено за них, Беззубик беспокоился лишь за одного человека - за своего человека. – Как ты думаешь они... — Ну все Зак! Ты меня достал! – сказала разгневанная Хофферсон, у которой чуть пар из ушей не шел. Зак был не лучше: немного покрасневшим и выбешеным, но отлично державшим себя в руках, в отличии от Астрид. Беззубику быстро надоела эта картина быстро и он снова отвернулся к двери, а вот Хедер задержала на них нахмуренный взгляд. Астрид расхаживала по комнате, а Зак стоял подальше скрестив руки на груди и внимательно следив за ней. – Я сейчас же звоню Зое, ясно?! – Астрид резко развернулась, да так что ее коса перелетела на другое плечо и сдула челку, которая лезла в глаза. — Да хоть президенту! Меня это не волнует и спрашивать разрешение с кем мне общаться, тем более у нее, я не собираюсь! – "Мне хана...", – думал Зак, пока Астрид набирала с сердитым и сосредоточенным видом знакомый номер подруги. Задира сложив руки на груди скрипел зубами и нервно поддергивал ногой, стараясь выдать гнев вместо беспокойства. "Этого еще не хватало!", – подумала Хедер закатывая глаза и вставая с места. Этот день официально нужно назвать - днем скандалов и разборок! и если сюда присоединится еще один человек, то Харвел не выдержит и по все новости будут трещать о том, что в доме Хэддоков было совершенно убийство. Хедер направлялась к этим двоим, Астрид только положила трубку к уху, прошло пару гудков и Зоя как на зло не брала трубку и Зак, не выдержав, уж слишком резко сорвался с места и с криком "Немедленно отдай!", отнял телефон и сбросил вызов. — Задирака! – воскликнула возмущенная Астрид, пытаясь выхватить злосчастный гаджет, но так как Задирака был выше и чтоб девушка не смогла достать аппарат, вытянул руку вверх, стараясь сдерживать Астрид, чтоб она его не достала, да так еще чтоб по морде не получить, Хофферсон в гневе... этож... Ух! — О! Один, за что?! – воскликнула Хедер. Весь дом стоит на ушах! Эти дерутся, Беззубик сейчас выбьет эту несчастную дверь, а там на улице вне дома, один Локи знает что творится! – Астрид, угомонись ты в конце концов! – на Хедер вновь не обратили внимания, сегодняшний день просто пропитан негативом! "Держись Харвел, держись. Бешеных и так в этом доме и вне его хватает, во всем этом дурдоме должен быть хоть один адекватный человек. Вдох, выдох", – Хедер пыталась разнять этих двоих и не дать Астрид забрать телефон ибо сейчас она была полностью на стороне Зака, но это плохо получалось, так как Хофферсон была в бешенстве! Это выглядело весьма устрашающе. Как бы Хедер не старалась, но разнять и успокоить этих двоих не получалось, у нее не получалось.       Видимо Беззубику это все окончательно надоело и он не выдержав громко и очень устрашающе залаял, встав и развернувшись к ним, сделав вид что сейчас прыгнет. Астрид, услышав лай сразу замерла и ее кулак, так и не долетел до носа Зака. Она опасливо покосилась на рычащего пса и ее желудок перевернулся. Увидев эту махину в бешенстве, рычащую и в стойке, Астрид побледнела и молилась все Богам, которых только знала, чтоб сюда поскорей зашел Иккинг. — Спасибо, Беззубик, – облегченно сказала брюнетка, выведя Астрид из оцепенения. Пока Астрид стояла в шоке, Зак отошел подальше, предварительно засунув телефон в задний карман, а Хедер встала между ними. Беззубик же просто недовольно фыркну и снова отвернулся к двери. Честно сказать Хедер с Заком тоже вздрогнули, то есть, Беззубик - добрейший пес. Даже когда кошек гоняет, если ловит отпускает чтоб побегать за ними, он может полаять или даже укусить, подыгрывать, но вот при таком свете друзья видели его впервые, он готов был убить Кевина, лезть на пролом, даже через Иккинга, было страшно, особенно Астрид. – Теперь, когда все успокоились... КАКОГО ЧЕРТА ВЫ УСТРОИЛИ?! – Хедер все же не сдержалась, это нужно было выплеснуть, хоть как-то, даже Беззубик дернулся. — Я... Я... Мы... – пытался сформулировать мысль Зак, но это плохо получилось. — Можешь не стараться, я все и так из ваших криков поняла, я имею ввиду - какого Черта?! Вы реально не понимаете что там твориться?! – Хедер указала руками на дверь и на рыкающего Беззубика. – Ладно она, но ты же должен понимать! – блондин мотнул головой от негодования и метнулся взглядом к Хофферсон. — Да это я что ли? Это она с кулаками полезла! – Зак всплеснул руками на Хофферсон, нахмурившись смотря на Хедер, отошедшая Астрид же в свое время, стояла и буравила взглядом парня, да буравила, но уже молча, спасибо Беззубик! — Это я то! – в гневе сказала Астрид и если бы не препятствие в виде Хедер, то она определенно снова бы пошла тараном! — Ну не я же! – в тон ей крикнул Зак. – Я пытался поговорить, а ты мне глаза выцарапывать! Откуда у вас девушек это долбанная привычка в лицо лезть? – Астрид знает что полезла первая, но признавать свою не правоту не собиралась. — Жаль что не выцарапала! – выплюнула она, сжав кулаки и сделав шаг вперед. Хедер стояла словно барьер и вытянула руку в сторону нападавшего, а в нашем случаи - нападавшей. — Ребят, ну хватит у... — Ну все Астрид, ты нарвалась! – Зак закатил один из рукавов кофты и решил идти на таран, Хофферсон тоже в долгу не осталась и тоже решила пройти напрямик, но снова не заметили одно - Хедер. — А НУ-КА, ХВАТИТ!!! – весь гнев, который она держала в себе все это время просто бомбой вылетел наружу. Зеленоглазая оттолкнула их с такой силой, что оба попадали кто куда, Зак на диван, Астрид вновь на кресло. – А теперь послушайте меня внимательно. Вы оба заткнете свой гребанный рот и будете молчать в тряпочку, пока все не уладится, а после хоть в асфальт друг друга закатайте, я мешать не буду, – все было ровно, четко и внятно сказано, но вот нахмуренные брови, гнев в глазах, сжатые кулаки до белых костяшек делает все куда устрашающе, чем есть на самом деле, а ледяной тон только добавляет остроту. Блондин только хотел открыть рот чтоб, что-то сказать, но Хедер его опередила резко развернувшись к нему. – И я обещаю, что человека еще хоть раз перебившего меня, я заставлю съесть его свой позвоночник, – притворно нежно, то в то же время ужасающе произнесла Харвел с маньяческой улыбкой, ибо нефиг! Достали уже! Зак лишь промолчал и кивнул опасливо сглотнув. И плевать что это не возможно, он поверил. Каждый бы поверил...       

***

Знаете, то чувство оцепенения, страха, безвыходности, даже безумия. Когда страхи воплощаются, от безвыходности некуда бежать, а от безумия не скрыться... Когда все переворачивается верх-кармашками и холодок бежит по спине, то вверх, то вниз. Не знаете? А вот Кевин знает, ибо ощущает все это на собственной шкуре. То что он скрывал ото всех два года, никто не знал и не мог узнать - НИКТО! Как? Откуда? Почему? — Откуда ты знаешь? – сжав и разжав пальцы, спросил синеглазый. Отпираться нет смысла, это глупо, и если уже начнет эти выкидоны, то возможно никогда не узнает откуда Хэддок знает его "маленький" секрет. — Не правильные ты вопросы задаешь ты Кевин, ой, какие неправильные, – Иккинг опустил наигранный, разочарованный взгляд и цокнул несколько раз языком, для пущей убедительности. – Вопрос состоит в том, не откуда я знаю, а почему спустя два года ты даже и попытки не принял рассказать? – Иккинг оторвался от двери и словно хищник начал расхаживать вокруг. Кевин сжал челюсти от злости, а ведь он задавал точно такие же вопросы и был просто в невероятной ярости, по Иккингу тоже видно что он не в восторге, но он был спокоен, интересно как долго он знает? Рассказал ли еще кому? Нет, это навряд ли. Но дело в том что он не кидается с кулаками, не кричит, он словно обороняется этой информацией, это был словно его козырь на случай если кто-то раскроет его, так по крайней мере думал Кевин. – Ну? И чего же ты молчишь? Давай Кевин! Расскажи мне, что случилось два года назад? – Иккинг начал ходить быстрее, толкая Кевина в плечо. – Давай, рассказывай! Чего же ты? Ты же у нас такой праведный, ничего не скрываешь, все время делишься своими тайнами, – Иккинг остановился на секунду чтоб посмотреть в глаза собеседнику, и в этом взгляде так и читалось: Да как ты смеешь осуждать меня, когда сам не лучше? – Давай Кевин! – снова толчок в плечо, от которого он отшатнулся, но отступил. – Поделись со мною своей тайной! – Иккинг остановился прямо перед лицом брюнета. Сложно было определить его состояние, замешательство, боль, страх...вина? Возможно чуть-чуть, возможно всего на секунду, но во взгляде синих глаз проскользнула вина, почти так же быстро как и появилась. Кевин старался этого не показывать, поэтому пытался заглушить проблески гневом, воспоминаниями, любыми другими чувствами и это конечно же не ускользнуло от Иккинга. – Так чего же ты молчишь? Ты же сам хотел поиграть в правду, ведь так? – уже куда спокойней было сказано. Ответить на это было невозможно. Кевин облизал губы в попытке что-то сказать, но это не вышло, он разозлился на самого себя, от этого сжал кулаки и отвернул голову. – Не смей отворачиваться, ты начал это. Ты уже все про меня узнал, конечно не из моих уст и даже скорее всего неправильную версию происходящего, но знаешь. Теперь твоя очередь. Давай же, это же совершенно не трудно! Расскажи как проснулся неизвестно где привязанный к стулу и с мешком на голове, давай! – Кевина словно током пробило, он несколько раз открыл и закрыл рот, словно рыба. "Откуда он все это знает?! Откуда?! Откуда?! Откуда?!" – Чего ты ты молчишь?! Рассказывай! Рассказывай про людей в масках, которые избивали тебя автоматами и даже прострелили ногу! Давай я же слушаю! — Хватит, – Кевин не понимал что происходит, он был в шоке и замешательстве. Он запутался. Об этом никто не знает, никогда об этом он никому не рассказывал, откуда просочилась информация? Кто еще может об этом знать? Зак? Хедер? Его... его отец? — Чего хватит, Кевин? Правды? – шатен ухмыльнулся, "процетировав" ошарашенного парня. Иккинг видел состояние друга и знал что многое придется объяснить, но сейчас он должен добить. – Еще раз повторяю, это начал ты. Так не молчи, а начни издавать хоть какие-то звуки! – Иккинг всплеснул руками и замолчал, осознание пришло позже что он перегнул палку, но сделанного не вернешь. — Да откуда ты все это знаешь, – Кевин запустил руки в волосы. Его состояние было просто невозможно описать. Это просто шок, огромный шок того, о чем он себя убеждал полная чушь и все куда страшней чем кажется. – Говори откуда! – гаркнул он. Иккинг прикрыл глаза и потер переносицу. А ведь рассказать все надо, и если не сейчас, то уже никогда. — Просто пойми, что не все дяденьки у которых на жилетках написано "ФБР" ими и являются. — Что? ЧТО?! Нет! Быть не может! Меня похитили... — Люди отцовских "конкурентов", чтобы твой отец подписал все их контракты и обанкротился, – осознание всего происходящего просто не доходило до сознания. Сложно, слишком сложно... — Так сказали ФБРовцы... – промямлил под нос Кев с нахмуренными бровями, метаясь глазами по полу. — Это не ФБР, – Кевин резко поднял взгляд на Иккинга в ожидании продолжения, и он продолжил, хоть и нехотя, но продолжил. – Тебя "спасли", люди из той же группировки, которая тебя похитила. И да, они ни каким боком к твоему отцу не относится. – с минуту воцарилось молчание. Кевин думал, нужно все переварить, слишком много за раз. Иккинг ждал, терпеливо и ненавязчиво, он знал что для всего этого нужно время, но времени нет, а сказать еще нужно многое, если он не хочет потерять друга, то придется рассказать. Реакция Кевина была неожиданной. Он просто молча развернулся и спустившись на пару ступенек вниз сел на них и вытащив из кармана пачку сигарет, закурил. — Что происходит? – совершенно спокойно спросил синеглазый, когда Иккинг тоже молча сел рядом. Иккинг проигнорировал вопрос, смотря себе под ноги, молчание угнетало, оба знали что надо разобраться и не потом, сейчас, прямо сейчас! Кевин сделал ее одну затяжку и пытливым взглядом прожигал Иккинга. — Скажи, непросто рассказывать о том, о чем рассказывать нельзя, – неожиданно произнес Иккинг, повернув голову к другу. Тот попытался что-то сказать, но возразить не получилось, поэтому он снова сделал затяжку и выпустив дым через нос, отвернул голову. Сейчас он и не так уж сильно и пытался скрыть вину, хоть и осознавал, что от части был прав. Иккинг смотрел на него, а Кевин делал все что угодно, лишь бы не встретиться с Икингом взглядом. Пока он не захочет, он не расскажет, зачем играть в гляделки? — Я расскажу все что ты хочешь узнать, но тебе придется меня выслушать и никому и никогда не говорить, – Кевин резко поднял взгляд. Нет, он не может, ему и одной тайны хватает и то, похож что он сам всего не знает, о своей же тайне. — Не смотри на меня так. Если ты хочешь узнать, то ты должен поклясться что никто об этом не узнает, ни Зак, ни тем более Хедер. Решать тебе, – снова секреты, снова ложь, снова эта ноша, но теперь эту ношу могут нести двое, вместе легче. Вот же она правда, ты только руку протяни, но за правду платить нужно и в этом случае оплата - ложь. Чтоб узнать правду, придется лгать и недоговаривать. А по сути, нужна ли ему эта правда? Возможно без нее будет легче, не придется думать, не придется себя терзать. Ведь быть в неведении это просто прекрасно, не каких марок, лишних мыслей, никакого осадка в душе, еще вчера, все же было просто идеально, как и последние пять лет, но это было вчера, это было тогда когда он ни о чем не догадывался... Нет, он узнает правду, всю! Как бы больно и тяжело не было. — Клянусь, – Иккинг боялся этого ответа, но он расскажет, сегодня, сейчас. — Что ты хочешь знать? — Все, – ответ был незамедлителен, кто бы сомневался? — Ты многого не знаешь, большую половину, кое что я уже вам всем рассказывал, не полностью, – Иккинг не знал с чего начать и как правильно объяснить. Почему все так сложно?! — Дай угадаю, мы опять вернулись к Гнезду? – Иккинг обречено усмехнулся и кивнул. — Ты скорее всего слышал фразу - "Что было в Гнезде, остается в Гнезде"? – Кевин задумчиво кивнул. Люди которые попали туда до него, то есть , когда там еще заправляла Красная Смерть, постоянно так говорят, это их девиз. И он тоже его не единожды употреблял и не только он, многие кто туда попадают, дают эту клятву, чтоб сохранить секретность и это уж и не казалось чем-то подозрительным, ну до этого момента. — Это же просто клятва, которую дают люди в ступившие в наши ряды, чтоб лишние люди не узнали, что в этом такого? – Иккинг отвернулся прикусив язык, он не хотел ни говорить об этом, ни тем более вспоминать. Кевин не отрывал взгляда от шатена, терпеливо ждал продолжение, делая иногда новые затяжки, что-то до боли странно было в его поведении, даже пугало. — Это не просто "клятва" Кевин, может для новеньких так оно и есть, но для те кто был там, когда заправляла Красная Смерть... Это не просто слова, это намного больше чем ты думаешь. – слова давались с трудом, не хотелось говорить, не хотелось вспоминать, не хотелось думать. — Да что же там произошло? – не вытерпел брюнет, ему надоели постоянные паузы, он должен был узнать что произошло, но Иккинг не отвечает, даже в его сторону не смотрит. – Ладно чувак, говори! Да, я знаю, что это ваша чокнутая красная баба была жестокой наркодилершей и ты ей помогал только потому что она угрожала отцу, в этом нет ничего такого чего бы можно было стыдится, ты защищал своих близ... — Гнездо было не просто местом в которое доставляют наркотоу и деньги, – Иккинг оборвал Кевина на полуслове, так же не смотря в его сторону. – Это было рабство. – время на секунду остановилось, возможно остановилось даже дыхание. Рабство? Кевин не ожидал такого, он и понятия не имел. Да он знал, что Иккинг просто пробивал инфу, следил за всеми и уводил копов, все же остальные занимались поставкой, но рабство? Это слишком. — Ч-ч-что? – Кевин, аж подавился табачным дымом. – Ты че несешь! Какое рабство?! – у Кевина чуть крыша не съехала от такого громкого заявления. Этого он не ожидал, никто такого не ожидал! Кевин просто был в шоке и недоумении, а вот Икинг как не странно был абсолютно спокоен, как будто он только что и не рассказывал своему другу что какое-то время в жизни провел в рабстве. Он ожидал эту реакцию, так что удивляться нечему было. — Никто не знал кто она, ее настоящее имя или фамилию, откуда она приехала и вообще как она всего добилась, – Иккинг продолжил как ни в чем не бывало, Кевин молча слушал ибо сказать было нечего. – Она знала все и про всех, каждую слабость, каждую мелочь, страхи, все без утайки, у нее был компромат на все, абсолютно на все и на всех, на меня в том числе. Мы делали все что она говорила, любой приказ, любое задание, беспрекословно, – Иккинг вновь замолчал, он был как будто и не тут вовсе, было больно вспоминать, в горле стоял ком, нужна была передышка, а Кевину минутка обдумать. — А если приказы не выполнялись? – через минуту молчанья не выдержал он. Иккинг поднял на него взгляд, брюнет потерял дар речи, по коже прошлось стадо мурашек. Лицо никаких эмоций не выдавало, но вот глаза... они, они... было страшно. Они не выдавали ничего, абсолютно! Это словно смотреть в пустые глазницы, что они есть, что их нет. — А если приказы не выполнялись, – Кевин уже пожалел что задал вопрос и ответ честно сказать получить не так уж и хотелось, но слушал он завороженно, не перебивая. – То ты получал наказание. Наказание было в зависимости от поступка, но абсолютно каждое наказание было жестоко и болезненно, как физически так и душевно, хватало любой оплошности, – Иккинг облизал пересохшие губы и увильнул взглядом в сторону. Гением быть не обязательно чтоб догадаться, а Кевин кстати говоря, совершенно не глупый парень, так что сложить два и два труда не составило. — И какую "оплошность" совершил ты? – Задал очередной вопрос синеглазый, показав рукой кавычки. Он знал что ответ ему не понравится, но он обязан был узнать. Иккинг усмехнулся догадливости и опрометчивости друга и спустя пару секунд продолжил. — Как я и говорил, у Смерти был компромат на любого, но никто не знал как она это делает, а вот я узнал. Я тоже был простым поставщиком на то время и совершенно случайно узнал, я шел к ней с пачкой денег за доставленный кокаин и у нее был кто-то, она на него кричала, это был какой-то компьютерных хакер. Оказывается она создала программу, с помощью которой могла узнать ВСЕ, где угодно, о ком угодно, где угодно. ФБР, ЦРУ, все власти и преступники они охотились за этой программой, но никто не мог и близко подойти даже зная ее место нахождение, она была самой сильной, самой умной и самой страшной, – Иккинг сложил руки в замок и "уткнувшись" носом прикрыл глаза. Он знал, нужно довести дело до конца и до рассказать, но воспоминания били через край, сильными потоками, он уже очень много лет пытался не помнить, заглушить, но ничего не получалось, можно было чем-то притупить, другими эмоциями, алкоголем, адреналином, можно было, но потом, когда наступала ночь, когда ты лежишь в своей постели, то просто нет никакого выхода, кроме как вспоминать, прокручивать все заново, он помнил всех и каждого, он все помнил, он должен помнить... – Эту программу невозможно было уничтожить, то есть нельзя было, пока я не создал вирус, который мог очистить всю информацию, весь кэш, все абсолютно! Я работал над этим вирусом неделями и у меня бы все получилось, я бы уничтожил программу,она бы осталась бессильной, ее люди бы от нее отвернулись и ее бы просто убили, это могло закончится, но... – Иккинг так и нет открывал глаза, если от воспоминаний нельзя избавится, то кроме как погрузится в них выбора не было. Кевина был тише воды, ниже травы. Он не перебивал, не задавал вопросов, возможно это из-за шока, который он испытывает из-за каждого слова Иккинга, а может он просто знает что тот ему все расскажет и без его вмешательства. – Но я оказался не в то время, не в том месте, – он тихо рассмеялся себе под нос. "Как? Как я мог так просто спалится?!", у Иккинга иногда попросту начинается истерика, когда он об этом вспоминает. Эх, пришел бы он на 15 минут позже... – Я спрятался у нее в кабинете, где был центральный компьютер, ты даже не представляешь каких мне стоило это трудов! И она ушла, она реально уезжала домой! Я выждал несколько минут, вышел из своего "убежища", включил компьютер, запустил вирус, оставалось лишь ждать. На моих глазах вся информация просто исчезала! Я стер больше половины! – дай бы ему волю он в голос заржал, но он просто тихонько содрогался от смеха. Кевин смотрел на друга словно умалишенного, как будто это и не он вовсе, будто в него что-то вселилось, что-то страшное, уму не постижимое. – И еще бы чуть-чуть. Ты понимаешь?! Оставалось процентов сорок если не меньше, но меня спалил один из ее шавок. Охрана, которая следовала за ней по пятам. Они должны были уехать вместе с ней и они бы уехали, если бы она не забыла ключи от машины в кабинете. Ты представляешь?! Я мог покончить с этой тиранией раз и на веки еще много лет назад, но все к чертям провалилось, потому что она забыла ключи! Ты представляешь?! – поняв, что он сорвался на крик, Иккинг успокоился, спокойно вздохнув, опустив руки, которыми он размахивал. – В общем, меня спалили. – Кевин, то открывал, то закрывал рот. Он себе подобного ужаса и представить не мог, все было слишком запутанно, слишком сложно и слишком много. Это была невероятная история, которую не каждый смог бы переварить, но Кевин знал что это не конец, он должен узнать еще пару вещей. — И... Какого же было наказание, за разрушение всей системы и попытки свергнуть ее с "престола"? – Иккинг снова усмехнулся, и взглянул насмешливым взглядом на Кевина. От этого взгляда он вздрогнул, он вообще не понимал что в этой ситуации могло быть смешного, но Хэддоку как-то удавалось видеть это в другом, более ироничном свете. — Смерть, – ударило по ушам. Кевин сидел словно громом пораженный. Не было слов, не было эмоций, хоть он и ожидал что будет в этом всем что-то ужасное и что-то более страшнее чем Иккинг рассказывает, но он и представить не мог что все на столько запущено, что все настолько страшно. Иккинг сидел как ни в чем не бывало, он привык к этой системе, для него это не было чем-то особенным, да не правильным, но совершенно обыденным. — И почему же ты еще разговариваешь, если тебя таки поймали с поличным? – Кевин все же попробовал взять себя в руки и перестать изображать рыбу, которая только и может что открывать и закрывать рот. — Понимаешь ли, Кевин, по воли судьбы, почему-то оказалось я единственный человек на белом свете, который целый день прятался у нее под носом и ни она, ни кто либо еще не мог меня заметить. Это моя особенность, она была всегда, с самого детства - прятаться, быть незаметным, скрытным, невидимым. Она предположила, что это очень полезное и занимательное качество. Как она однажды сказала: "Не хотела чтоб твой талант умер вместе со тобой". – Иккинг вновь усмехнулся такому стечению обстоятельств. Ведь по сути его в ту же ночь уже должны были везти в багажнике в лес, чтоб он вырыл там себе могилку. – Да и огромный плюс я себе заработал тем, что создал вирус, который может уничтожить не уничтожаемою программу, – Кевин усмехнулся и покачал головой, все знали что Иккинг немного не от мира сего, но чтоб настолько... Он снова сделал глубокую затяжку и громко выдохнул, выпуская клуб дыма из легких. – Так я и стал Ночной Фурией. Самый бесстрашный, самый неуловимый и самый опасный, – Иккинг вытянул ноги и подставил локти на ступеньку выше, чтоб можно было облокотиться корпусом назад. Последние слова были сказаны задумчиво, растянуто и с легкой смешинкой. — Скромность это явно не твое Хэддок, – докуривая сигарету протянул Кевин смотря задумчиво в даль. Иккинг не выдержал и запрокинув голову громко рассмеялся. Кевин кинул на него взгляд и пытался сделать все что бы не улыбнутся тоже, но как бы он не старался усмешку подавить не смог. Понемногу воздух вокруг разрядился, даже дышать легче стало, даже несмотря на все тягостные мысли и ужасающие истории, от которых мурашки по коже идут. История может быть страшной и ужасающей, без всяких монстров, без кишок и крови и без живых трупаков. Рассказ может вселить страх и ужас, просто очень плохими вещами, которые случаются ежедневно во всем мире и страшно становится не от жестокости и тягости этого мира, любая жестокая история может стать пострашнее книги Стивина Кинга, если в ней замешан человек, который тебе не безразличен, человек за которого ты беспокоишься, человек, которого ты называешь другом. — Знаешь, я всегда думал что пачка сигарет в кармане, это так просто, позлить родителей, – выпалил Иккинг, смотря как Кевин достает из пачки еще одну сигарету . — Так и есть, – спокойно произнес он, вновь выпуская дым из легких. – Я не курю, просто случай тяжелый, – так же смотря на линию горизонта задумчиво произнес парень, вытаскивая из кармана пачку и зажигалку, и не глядя протягивая ее Хэддоку. Тот покосился на протянутый ему "антидепрессант", с тяжелым вздохом вытащил из пачки одну штуку и покрутив ее меж указательным и большим пальцем, закурил. — У меня есть еще несколько вопросов, – Иккинг тоже выпустил клубок дыма изо рта, подняв голову и задумчиво посмотрев на потихоньку темнеющее небо. — Валяй, – Иккинг знал что за вопросы и знал на них уже ответ. — Кто и зачем меня похитили? – это было давно, он шел с тренировки, почувствовал укол в шее, потерял сознание, а проснулся в темном подвале с мешком на голове. Его сняли и парень мог лицезреть каких-то людей в масках и с огромными автоматами, ему не задавали никаких вопросов и не отвечали на его. А когда он начал им угрожать, его избили, а чуть позже кому-то из них пришла СМС и после этого ему прострелили ногу. Спасли его люди, которые ворвались в помещение через небольшое количество времени, как он думал это были ФБР, они объяснили ему что это люди его отцовских конкурентов и что до отца еще не дошел слух что его похитили, должно было пройти больше времени, но они отыскали эту группировку быстрее чем пошел "слушок". Они запретили ему говорить о похищении, даже самым близким в особенности отцу, так как тот мог поднять шумиху и те кто его подставил, могли улизнуть. Это был его секрет и он думал что это закончилось еще два года назад, и ФБР со всем разобралось, но он по сей день молчал обо всем случившимся. — Тебе сказали, что это из-за врагов твоего отца, но это не так, – Иккинг смотрел себе под ноги не зная как рассказать обо всем, хоть он и клялся что расскажет всю правду, но кое о чем стоило умолчать. – Эта сука приказала мне наказать одного провинившегося парня, а я не мог, он не был виновен в том что совершил, точнее того, что совершить не мог, а я должен был наказать его. Я отказался. – Иккинг смотрел себе под ноги, оперевшись локтями о колени. – Сказал что мне все равно что она со мной сделает, я не сделаю того что она просит, но она была бы не собой, если бы у нее не было запасного плана. Она включила мне прямую трансляцию с камеры того подвала в котором тебя держали и показали как над тобой издеваются, выбора у меня особого не было и мне пришлось это сделать. — Что сделать? – Кевин сжал кулаки и сглотнул. Он злился, очень. Но это была не злоба из-за того что он промучился и испытал страх из-за оплошности Иккинга. Эта часть истории его совершенно не волновала, его больше интересовало, что пришлось сделать и пережить Иккингу, если же он решил пожертвовать собственной жизнью, лишь бы не выполнять приказа. – Отвечай! – Кевин был на взводе, а вот Иккинг был совершенно спокоен. Он медленно вдыхал в себя никотин, метаясь взглядом по полу. — Пятьдесят ударов кнутом за то, что он просто отказался застрелить пятилетнюю девочку, – скулы Иккинга сжались в безмолвной ярости, он ненавидел тот день больше всего на свете, он ненавидел себя, за безвыходность, за то что его принудили это сделать. – Она заставила меня, хоть это и не входило в мои обязанности. Я уводил копов, втирался в доверие к ее врагам, доносил, узнавал, охранял ее, но в мои обязанности не входило наказывать по ее счету виновных! Но она хотела чтоб это я сделал, именно я, – последние слова Иккинг сказал совершенно себе под нос и их было почти что не слышно, но Кевин услышал, он выслушивал все, любую мелочь и деталь, он хотел это знать, хоть и знал, что будет жалеть после. — Но почему именно ты? — Она сказала, что это есть во мне, что оно живет внутри меня и пытается вырваться. — Что? — Тьма...