Моя Принцесса.

      Оставив экзамены позади, я принялся готовиться к университету. Мне уже пришло письмо с подтверждением моей заявки на поступление и, естественно, мама закатила по этому поводу праздник. Так сказать, проводы. Уже завтра вечером я улечу в Берлин навстречу новой жизни. Даже не верится, что все кончилось. Собрав всю семью за столом, мама открыла бутылку шампанского и разлила его по бокалам. Кэтрин тоже присутствовала на этом ужине, так как уже давно считается членом нашей семьи. По лицу Камелии сразу видно, что она мечтает просто встать из-за стола и уйти, лишь бы не находиться с «соперницей» рядом. После того разговора возле кафе, когда Кэтрин держала меня за руку, мы с Камелией ни разу даже не поговорили. Я потерял слишком много времени, и буду жалеть всю оставшуюся жизнь, если разговор с сестрой не состоится до моего отлета. Но пока что любая попытка завязать с ней разговор кончалась полным провалом. Она просто игнорирует меня, а когда я пытаюсь к ней прикоснуться – уходит. - Кэтрин, ты же поедешь завтра с нами провожать Билла? – Говорила мама, вытирая губы салфеткой. - Конечно, - улыбнулась девушка. – Я очень рада за тебя, - она перевела взгляд на Билла, - и буду очень скучать. - Это так мило! – Воскликнула мама и принялась вновь наполнять бокалы шампанским. Пока родительница расхваливала Кэтрин, Камелия сидела обиженная на весь мир. Она не привыкла находиться без внимания, и явно из-за этого злилась. Мне очень ее жаль, ведь она осталась совсем одна.       Вечер пролетел незаметно. После торжества я вышел с Кэтрин во двор, провожая ее до такси. - Жаль, что ты уезжаешь. Я так много не успела тебе сказать… - Так говори сейчас. – Я приподнял одну бровь. – Говори, пока есть возможность. - Думаю, словами это не описать… - Девушка приподнялась на носочки и, обняв меня за шею, накрыла мои губы поцелуем, с каждой секундой углубляя его. Поцелуй был приятным и сладким на вкус, но люблю я одну и никогда не предам ее. Отодвинув Кэтрин от себя за талию, я тяжко вздохнул. - Кэт, я уже влюблен… В другую. - Я знаю… Думаешь, я не замечала как ты смотришь на свою сестру? Как она смотрит на тебя и как реагирует когда я рядом с тобой? Это видно, Билл… В общем, удачи тебе в Берлине. – Подруга вяло улыбнулась и, сев в машину, уехала. Не успев ничего ответить, я наклонил голову и пошел в дом. Проводив Кэтрин, я заглянул в комнату к сестре. Она сидела за столом и вырезала какие-то фигурки из цветного картона, слушая музыку в наушниках. Убедившись, что все разошлись по спальням, я вошел в комнату принцессы, подойдя к ней сзади, обнял за плечи. Та сразу же вынула наушники из ушей и убрала мои руки, посмотрев на меня с горящей ненавистью в глазах. - Зачем пришел? Не мешай! – Девочка поспешно закрыла блокнот, лежащий на столе. - Я хотел провести эту ночь с тобой. Завтра я улечу и буду сильно скучать по тебе. Прости за то, что уделял так мало времени и вовсе забывал о твоем существовании на время… Ты же знаешь, что я люблю тебя и буду проклинать себя, если так и не смогу побыть с тобой хотя бы часик. Мне не хватает тебя… Ты так близко, но одновременно так далеко, и это невыносимо. Два месяца я уже живу без твоих прикосновений. Ты перестала заходить ко мне в комнату, звать вместе обедать или гулять… А я хочу этого больше всего на свете! - Надоело! И что будет, если я тебя прощу? Спокойно уйдешь в свою комнату и ляжешь спать, даже не волнуясь о том, что завтра уедешь, оставив меня одну? Хотя… Тебе же не привыкать. - Ты же знаешь, что я терпеть не могу сарказм… - Твои проблемы. Выйди из моей комнаты. – Сестра вновь принялась вырезать фигурки, не обращая внимания на меня. – Уходи, Биб. Сердце больно сжалось, а к горлу поступил горячий ком. Поднявшись с корточек, я пошел в свою комнату, мысленно проклиная себя. Я виновен в том, что последнюю ночь дома я проведу один. И тому, что любимая сестра даже не желает смотреть на меня, тоже я виной. Раньше я хотел прекратить все, что между нами было, но теперь это желание ушло. Я не хочу уезжать от нее, не хочу потерять ее окончательно. У нее ужаснейший характер, который я не могу понять уже в течении шестнадцати лет, но все равно люблю ее безоглядно.       Проснувшись рано утром, я решил исполнить заветную мечту сестры и купить ей котенка, который будет напоминать ей обо мне. В зоомагазине было множество котят, которые при виде меня сразу замурчали и начали демонстрировать всю свою красу, обтираясь о край коробки, и лишь один маленький рыжий комочек сидел в углу, напоминая пушистый шарик. Он напомнил ее… Одинокий и потерянный. Они станут друзьями друг для друга. Печально вздохнув, я поднял малыша на руки и, расплатившись с кассиром, пошел домой, чтобы скорее обрадовать свою малышку. У дома стояла реанимационная машина. Сердце ушло в пятки. Я просто замер, смотря, как вывозят тело, накрытое белой тканью. Следом за врачами идет рыдающая мама, а за ней брат. Ноги подкосились, а по щекам потекли слезы. Что произошло? Занеся котенка в дом, я подошел к Тому, который вытирал слезы, нервно прикуривая сигарету, наплевав на то, что недалеко стоит мама. - Ч… Что произошло? – Дрожащим голосом спросил я. Том, было, собрался ответить, не вместо этого стиснул челюсти, играя скулами. Глаза его были мокрыми и покрасневшими из-за слез. Сделав глубокую затяжку, он прерывисто выдохнул дым, вновь смахивая слезы с щек ладонью. - Кам… - Брат сделал глубокий вдох и выдох. – Ее нет…       Прошло некоторое время, со дня смерти Камелии. В университете мне дали отсрочку, из-за данных обстоятельств. После похорон мама ушла в себя, рассматривая целыми днями семейные фотографии, Том, зная всю историю, возненавидел меня, обвиняя в смерти сестры. Если бы я только мог это исправить… Я никогда не прощу себя за то, что оставлял ее в одиночестве. Никогда. Получается, что я убил ее? Она покончила жизнь самоубийством из-за меня? Я не успел с ней поговорить… Я ничего не успел. Пройдя в комнату любимой, я нашел ее личный дневник и, взяв его в руки, сел на кровать. Находиться здесь больно. Слезы вновь навернулись на глаза, а сердце словно проткнули кинжалом несколько раз. До сих пор слышу ее голос, который нежно шепчет, что любит меня… До сих пор слышу ее смех. А перед глазами до сих пор ее силуэт. Я бы ушел за ней, но боюсь, что еще одной потери мама не вынесет. Воздух в вену… И все… Тебя нет. Слезы начали капать на блокнот. Открыв последнюю запись, я долго просто смотрел на слова, не пытаясь вникнуть в текст. Я узнаю те вырезанные картонные фигурки, вклеенные в дневнике… Она вырезала именно их тогда, когда я говорил с ней в последний раз. Собравшись с мыслями, я принялся читать. «С первой ночи, проведенной с ним, я была счастлива. Он не только мой любимый, но еще и друг. По крайней мере, он им был раньше. Сейчас я вновь одна. Все его попытки попросить прощения – не то. Как я могу простить предателя? Он врет, говоря, что они с Кэтрин просто друзья. Я все видела. Они целовались прямо во дворе. И тогда, когда выходили из кафе, они держались за руки. Я знаю, что я очень ревнивая и у меня ужаснейший характер, но он тоже поступает плохо. Как он может говорить, что любит меня, совсем забывая о моем существовании? Он готовил ее к экзаменам, ходит с ней в кафе, кино и просто на прогулки… А я сижу либо дома, либо в зоомагазине. Мой малыш Чипик, наверняка ты никогда меня не простишь за то, что я сейчас сделаю. Смерь – слишком легкий выход. Всего лишь воздух в вену и все. Вот он, выход. Нет, это не выход. Это избавление. Избавление других от тяжелейшего груза, и этот груз – я. Я не приношу никакой пользы и ничего не могу дать взамен маме и братьям. Я лишь обуза, которая везде мешается и все портит. Когда папа был жив, по утрам он говорил: «О, солнышко взошло над горизонтом», когда я спускалась вниз на завтрак. Раньше я была солнышком, а теперь я – «Камелия, не мешай!», «Не заставляй меня жалеть о том, что Том нашел тебя», «Идиотский характер». Так зачем же я такая нужна? Лишний рот в семье. Ненужный мусор. Чипик, я надеюсь, тебя заберут в семью хорошие люди, которые будут любить тебя. И я надеюсь, что ты не будешь для них обузой. Я люблю тебя мой маленький рыжий комочек. Спасибо тебе за все… Прости меня, за то, что так быстро сдалась. Но теперь я буду с папой, единственным человеком, который любил меня любую. Небо станет домом». Выронив дневник из рук, я упал на пол. Дышать стало сложнее. Плача я лежал на ковре и обнимал последнее, что осталось от ее мыслей – дневник. В комнату зашел котенок и, свернувшись калачиком, лег рядом. Это был он… Единственный друг моей Прицессы.