Скорый Москва-Череповец

Оставшись одна в комнате, Альбина решила заняться своей половиной помещения. Для начала она подмела, так как после сборки мебели на полу осталось много пыли и опилок. Затем, взяв тряпку, вытерла свой новый шкаф и стол, каждую полочку и ящичек. Наконец, все это добро засверкало, и она принялась раскладывать свои вещи по местам. - А как это тут оказалось? – Альбина держала в руках три своих платья, самую ненавистную часть гардероба, - По-любому мамка положила, чтобы я одевалась, как леди, а не как гопарь. Наивная... С этим ворчанием, она закинула платья на самую верхнюю полочку шкафа, даже не удосужившись по-человечески их сложить, а затем с любовью стала класть на остальные полочки свои любимые футболки, брюки и толстовки. Когда с одеждой, наконец, было покончено, она расставила книги в одной ей известном порядке на наружных полках шкафа. После этого выложила ноутбук, планшет, телефон и провода с зарядкой и наушниками от своих гаджетов на рабочий стол. - Кажется, все, - сказала девочка, оглядевшись. Единственное, что ее не устраивало, так это отсутствие ковра на ее половине комнаты. Она не любила ходить по голому полу, поэтому в ее ближайшие планы входила покупка небольшого коврика. Прошло уже достаточно много времени, а соседки все не было. Глянув на часы, Альбина прикинула, что еще, вероятно, успеет в продуктовый купить что-нибудь к ужину, поэтому, надев кроссовки и накинув курточку, она вышла из комнаты, не забыв запереть ее на ключ. Естественно, девушка раньше тут никогда не бывала, поэтому пришлось наугад искать магазин. Найдя небольшой универсам через дорогу от общаги, она зашла туда. Покупателей почти не было. Альбина любила, когда в магазинах было мало народу, ей не нравились людные места. Мысленно подпевая под песню, звучащую в наушниках, она прошлась по магазину и решила, что сегодня на ужин приготовит себе сосиски с макаронами. Заодно взяв пару йогуртов на завтрак, она подошла к кассе, чтобы расплатиться. Возвращаться в пустую комнату совсем не хотелось, поэтому девушка решила немного прогуляться. Оказалось, что поблизости есть очень милый небольшой парк. Там сейчас почти никого не было за исключением двух парней примерно ее возраста, которые, как она поняла, были на вечерней пробежке, пожилого мужчины с собакой и женщины, сидящей на лавочке и не отрывающей взгляда от электронной книги. «Интересно, почему она сидит тут, а не у себя дома?» - подумала Альбина, с интересом ее рассматривая. Женщина же, казалось, не замечает ничего вокруг, настолько она была сосредоточена на книге. Альбина прошлась от начала парка к самому концу, откуда открывался прекрасный вид на город. Место, где она сейчас находилась, стояло на небольшом холме, отчего сверху прекрасно обозревалась ночная Москва. Прохладный ветер и любимая музыка дополняли всю эту картину, и Альбина почувствовала что-то, похожее на эйфорию. Казалось, в целом мире сейчас нет никого и ничего, кроме нее, смотрящей на огни ночной столицы. Через минут тридцать, Альбина почувствовала, как холод все сильнее пробирается к ее телу, заставляя дрожать, и девочка поспешила к общаге. Никого из тех, кого она встретила тут ранее, уже не было. Стало немного жутковато – а что, если сейчас из-за темного угла выскочит маньяк и изнасилует ее? Шаги стали быстрее, а дыхание чаще. Она не успела опомниться, как оказалась у вахты. Показав пропуск вахтерше, которую все называли тетей Мариной, Альбина поднялась наверх, на третий этаж, этаж элиты, то бишь преподавателей. Здесь практически не было студентов, разве что только те, которые жили семьями. Она завернула за угол, и, оказавшись в другом крыле, с легкостью нашла их блок. Блок этот состоял из трех комнат, общей кухни и душевой. Комната No 355 была самой дальней в блоке, и в какой-то степени Альбине это нравилось. Дверь оказалась открытой, и девочка осторожно зашла внутрь. На кровати справа сидела женщина лет 35-40, которая странным взглядом сверлила левую часть комнаты. «Кажется, меня не рады видеть», - поняла Альбина, а чуть позже узнала в своей соседке ту самую женщину из сквера, читающую электронную книгу. Она была невысокой и слегка полноватой, ее светло-каштановые волосы едва доходили до плеч, а яркий голубой цвет глаз резко контрастировал с пустым и равнодушным взглядом. В общем, Альбине предстояло жить с очень интересным кадром. - Здравствуйте, - она закрыла за собой дверь, - Вы – Наталья Александровна? - Я, - преподавательница перевела взгляд на девушку, - Я даже не могу выразить словами, как рада тебя видеть. Сколько издёвки в ее голосе. Альбине стало неприятно, но нельзя было ссориться с соседкой. Хотя бы из-за того, что она в два раза старше самой девочки. - Я тоже очень рада, - она приветливо улыбнулась,проигнорировав сарказм, - Меня зовут Альбина. Женщина улыбнулась. Эта улыбка напоминала оскал и не вызывала приятных ощущений. Становилось страшновато. - Так. Церемониться и нянчиться я с тобой не собираюсь, - наконец заговорила Наталья своим низким голосом после долгой паузы, - Не надо видеть во мне вторую мамочку. Я вообще против того, чтобы студент жил с преподавателем. В конце концов, раз такое произошло, дистанция между нами не сократится, даже не надейся. - Я и не надеялась, - Альбине начинало это уже надоедать, но она тщательно держала себя в руках, чтобы скрыть в голосе неприязнь. - Не зря меня считают самым плохим преподом на кафедре, - снова этот оскал, - Лучше меня не злить и со мной не связываться. Когда мы обе будем в комнате, можешь вести себя так, будто меня не существует. - Что, прям совсем не замечать Вас? – девочка вскинула бровь и слегка улыбнулась. - Ты неправильно меня поняла. Никакого шума, беспорядка, вечеринок, пьянок, друзей. Поняла? – Альбина кивнула, а Наталья продолжила, - Просто можешь со мной не разговаривать, не задавать вопросов и даже не приветствовать и не прощаться. Ах, да, еще лучше никому не говорить, что ты живешь со мной, но, думаю, эта информация все равно всплывет. После всего сказанного женщина вышла из комнаты и, судя по звукам, решила выпить чашку чая. Альбина тоже не отказалась бы перекусить, но решила подождать, пока ее «любимая» соседка не закончит. Когда за дверью начались разговоры, Альбина поняла, что там собрались остальные преподаватели из их блока. «Это надолго», - подумала она. Живот предательски заурчал, напоминая, что девочка ничего не ела с утра. Достав питьевой йогурт, который только что купила, и взяв в руки книгу, она решила ждать, когда Наталья Александровна вернется в комнату и освободит территорию. Прошел час, преподавательница, наконец, вернулась и села за свой стол, включая компьютер. Альбина, помня о ее просьбе не задавать вопросов и вообще игнорировать ее, тихо вышла из комнаты. В кухне уже никого не было, еще бы – одиннадцатый час, они, небось, уже все спать пошли. Положив оставшуюся бутылочку с йогуртом в холодильник, Альбина взяла кастрюлю, налила туда воды и принялась готовить свой ужин. «Только ночью сосиски с макаронами и есть», - недовольно думала она, пережевывая свои недосоленные макароны. Через десять минут с ужином было покончено, и, помыв посуду, девочка нехотя вернулась в комнату. Наталья все так же сидела за компьютером. Альбина успела заметить, что женщина зависает во «Вконтакте», и еле сдержала смешок, увидев на аве ее фотографию. Она вспомнила, как в школе они находили своих преподавателей в социальных сетях, копировали их компроматные фотки себе на флэшку и веселились, издеваясь над своими учителями и шантажируя их. Вспомнив о школе, Альбина загрустила еще сильнее и не нашла лучшего выхода, чем послушать музыку, причем самую печальную в плэй-листе. Она была так вымотана за последние два дня, что практически сразу отрубилась, несмотря на включенный свет и громкие басы в наушниках.