Скорый Москва-Череповец

«Она ничего не видела. Она ничего не видела», - успокаивала себя Альбина, выходя из лифта. А ехидная улыбочка женщины и недобрый огонек в глазах говорили об обратном. - Добрый вечер, - робко проговорила девочка и направилась к комнате. - Да виделись, вроде, - в голосе женщины, как и во взгляде, прослеживались издевательские нотки. «Все, теперь она выгонит меня из комнаты», - сокрушенная Ал зашла внутрь. Наталья – следом за ней. Девочка, как ни в чем ни бывало, села за ноут и включила его, чувствуя на себе сверлящий взгляд преподавательницы, которая по-прежнему стояла у дверей. - Ничего не хочешь мне сказать? – Наталья не была злой, нет, напротив, ей двигало желание повеселиться. - Например? – Альбинка нервно сглотнула. - Ну например, как это мы прожили в одной комнате полгода и все это время представления не имели, кто на какой кафедре учится и работает? - Как-то не приходилось обсуждать такое… - девчонка старательно делала вид, будто все так, как и должно быть, и она ничуть не смущена. Но руки тряслись, а кончики ушей слегка покраснели. И Наталья, конечно же, это заметила, улыбнувшись еще шире, отчего ее глаза стали уже и хитрее. - Что ж, теперь ты моя студентка, - Наталья откашлялась, - И то, что я сейчас видела у лифта, совсем не показывает тебя в хорошем свете перед новым преподавателем. Сечёшь? - Секу. Но… - Альбина повернулась к женщине, которая все так же ехидно улыбалась, - Но разве Вам не все равно, Наталья Александровна? - Мне, в общем-то, все равно, на самом деле, - ее лицо на миг стало серьезным, а потом она вновь улыбнулась, - Но я не могу упустить шанс постебаться. - Это не повод для стеба, - удрученная девочка отвернулась обратно к ноуту, - Сделайте вид, будто ничего не видели. - Она из твоей группы, да? - Угу. - И давно вы с ней… ну… сама понимаешь? - С первого дня учебы. - Серьезно? – к ехидной улыбке прибавился не менее ехидный смешок, - Это уже интересно. Любовь с первого взгляда? - С первого. - До гроба? - До гроба. - А что… И это у вас тоже было? Альбина не посмела в этот момент посмотреть на соседку. Сейчас она была настолько невыносима, что один вид этой улыбки – и девчонка бы сорвалась. А срываться на ней она не собиралась, потому что не по-человечески это – обижать тех, кто тебе безумно нравится. Поэтому она просто молча встала и вышла из комнаты. А оказавшись вне блока, побежала к своему тайному уголку – пролету между восьмым и девятым этажами на старой пыльной лестнице. Она не плакала, не грустила, не терзалась – ничего этого не было. Просто стало немного обидно, что женщина так несерьезно относится к ее чувствам. «Вот и люби потом таких», - подумала она. Но теперь все стало еще хуже – одна ее любимая знала о другой. Не хватало еще, чтобы вторая узнала о первой. Этого допустить было нельзя. - Альбина, - послышался снизу знакомый грубый голос, - Ты здесь? Прятаться было некуда, поэтому девочка так и осталась сидеть на подоконнике и смотреть в окно. Когда запыхавшаяся Наталья увидела ее, то облегченно выдохнула. - Как Вы меня нашли? – Ал не показывала обиды ни лицом, ни голосом. Смотрела прямо в голубые глаза преподавательницы. - Я заметила, что ты часто убегаешь на старую лестницу, когда у тебя плохое настроение. Слушай, ты прости меня, я не хотела тебя обижать, - такие слова обычно говорят виноватым тоном, с опущенными глазами. Но женщина говорила это, глядя прямо на Альбину. И вины в голосе слышно не было. - Да ладно уж, я не обижаюсь, просто неприятно немного. - Да-да, знаю, за это меня никто и не любит. - Почему же никто? Я люблю. - Приятно слышать, - теплая улыбка на этом лице – такая редкость, - Слушай, а я все равно давно поняла, что с тобой что-то не так. Мало нормальных девочек читают книги про однополую женскую любовь. - Ну Вы же прочли… - Мне просто было интересно. Хотя, признаю, написаны очень неплохо. - Это самые лучшие романы из всех других, посвященных влюбленным девушкам, - как-то слишком грустно вздохнув, сказала Альбина, - Элита, так сказать. - Я заметила, - Наталья Александровна потянула девочку за собой, взяв за руку, - Пошли в блок, а то тут холодно. Можешь простудиться. Прикосновение холодных пальцев женщины заставили сердце девочки ёкнуть. Потом весь вечер она чувствовала тот легкий холодок на своей правой ладони, что исходил от кожи Натальи. *** - Ало, мам? Привет, родная. Я тоже соскучилась! – Альбинка была невероятно рада слышать такой родной мамин голос, - Что? Ах, да. Да. Нет, все в порядке, пока что никаких проблем с учебой нет. Представляешь, Наталья Александровна, соседка моя по комнате, оказалась моим преподавателем по бухгалтерскому учету! Я вообще не ожидала. Благо, женщины в комнате сейчас не было – она бы не обрадовалась тому, что какая-то там мама Альбины знает о том, что она, Наталья, не только соседка ее дочки, но еще и препод. После того, как мама поговорила с дочерью, трубку из ее рук вырвал отец, спрашивая у Альбинки, записалась ли та в автошколу. - Да, да, мы с Ксюшей уже завтра пойдем на первое теоретическое занятие. А само вождение начнется только через месяц. - Отлично! – отец был искренне рад, - Не переживай, ты уже усвоила азы, так что вождение не будет казаться тебе чем-то нереально сложным. - Надеюсь, пап, надеюсь. После этого девочка еще поговорила с братом, которого в шутку называла бестолочью. Он рассказал ей, как в его колледже один парень избил другого только потому, что тот занял его привилегированное место «на Камчатке». Стасу эта история казалась нереально интересной, и описывал он ее во всех красках. Альбине было не очень интересно слушать его, но приходилось, чтобы он не обиделся. Стас был на два года старше ее, но только в цифрах и проявлялась разница в возрасте – вел он себя, как последний подросток-хулиган. Один раз даже пытался угнать тачку и подозревался в распространении наркотиков. Вся семья переживала за него и не знала, что будет с ним в будущем. Но Альбина его все равно любила – в душе он был добрым парнем, который всего лишь хотел завоевать себе авторитет друзей и привлечь внимание взрослых. Потому что в детстве (из-за рождения Альбины) внимания ему не уделялось совсем. Поэтому сестра его строго не судила. - Ладно, бестолочь, пора мне. А то, если не сделаю домашку, меня отчислят, и я стану такой же бестолочью, как и ты, - не дожидаясь возмущений брата, девчонка нажала кнопку «отбой». - Кого это ты так любишь и ласково называешь «бестолочью»?! – Альбина даже вскочила от неожиданности. - Вы как так бесшумно вошли? - Да вот, слежу за тобой, информацию собираю. - Брат это мой – бестолочь, - Альбина проигнорировала притворно-угрожающий тон своей соседки, - Ничего от жизни ему не надо. Наталья молча смотрела на студентку. - И сколько ему лет? - Двадцать. Но… Ведет себя, как пятнадцатилетний подросток. - Мужчины долго не могут повзрослеть… Я знала одного парня в молодости, когда еще сама была студенткой, он был тоже таким разгильдяем, бездельником… А сейчас успешный работодатель, веришь? - Верю, - Альбина грустно улыбнулась, - Надеюсь, с моим братом тоже все будет хорошо. *** - Боже мой, какая же она злая, - ворчал Андрей, когда они вышли из аудитории. У них была лекция по бух.учету, первая в этом семестре, и обе группы были, мягко говоря, не в восторге от их новой преподавательницы, - Такая стервозная тетка, капец. - Нам с ней не повезло, - поддержал его друг, - Хотя старшие курсы говорят, что с ней обычно нет проблем. - Ну вы это слышали? – вставила свое слово Ксюша, передразнивая Наталью, - «Сразу предупреждаю, со мной шутки плохи, потому что меня называют самым злым преподом на кафедре». Это ж надо про саму себя такое сказать! Одна Альбина молчала и не участвовала в дискуссии. Уж кто-кто, а она знала, что Наталья Александровна только кажется такой стервой, а на деле все до наоборот.