Теория

– Когда мне было лет двенадцать, родители решили заняться моей социализацией. Ты знаешь, когда они не могут достучаться до своего замкнутого чада, они не находят лучшего решения, кроме как кинуть его в среду совершенно незнакомых людей и смотреть, как мило он барахтается, пытаясь не утонуть. Мне было двенадцать. Всего двенадцать. Я не курила, не пила, не глотала дурь. Мне же было двенадцать. С девочками отношения не заладились сразу: они были не слишком умны и крайне бестактны. Почти как все девочки в этом возрасте. Стоит только образоваться подобию груди и моментально вырастает самомнение. Меня выгнали из комнаты через полторы недели пребывания в лагере. Они не нашли ничего лучше, как обвинить меня в воровстве. Я состригла волосы посреди комнаты отдыха, когда за них начала тянуть одна из соседок. Нам было двенадцать, это было в порядке вещей. Уже тогда не видела особой разницы между полами, разве что парни были адекватнее. С ними я и общалась. Мы убивали время, пролезая в заброшенные здания. Мы тусовались исключительно на заброшенной детской площадке. Мы были круче, чем всё окружающее пространство, которому не было до нас дела. «Собачий кайф». Нам было двенадцать. Тебя ставят к стенке, ты вытягиваешься стрункой. Иногда встаёшь на носочки. Партнёр берёт полотенце, простыню, наволочку и пытается придушить тебя. Не так, чтобы убить. Так, чтобы развлечься. Ты судорожно глотаешь воздух, которого становится чертовски мало твоему мозгу. Ты теряешь сознание. Не так, чтобы умереть. Так, чтобы развлечься. Меня никогда нельзя было довести до «собачьего кайфа». Спустя годы всё ещё считаю, что мой организм не подвержен психотропному воздействию. Ведь ему не хочется развлечений. Парни вытворяли что-то совершенно неописуемое: мозг, лишённый на время кислорода, выплёскивал их тайные желания. Два парня раскрылись по полной. Нам было двенадцать. Конечно, мы пробовали играть и с новыми соседками. Тогда это было классным и модным. Если тогда с парнями казалось, что они боятся меня убить, поэтому мозг не отключался, то с девочками ситуация повторилась: я не могу отключиться. За то лето я здорово научилась притворяться. Всё в норме, – Эвклида возится с зажигалкой, – Я в норме. Комнату обволакивает запах табака.