Абсолютная тишина.

Для Тсунаеши сегодня был счастливый день. Именно сегодня у девушки в школе два урока рисования. Такое случается всего лишь раз в три месяца. Такие дни в школе получили название "Дни искусства". В эти редкие дни у школьников самые простые уроки, и задание на дом им не задают. Поэтому вся школа ждала "Дни искусства". Тсуна зашла в свой класс. Парты были поставлены полукругом, и перед ними стояли мольберты. Девушка выбрала самое дальнее место. Отсюда прекрасно виден весь класс, и вид из окна отрывается просто чудесный. Тсунаеши вздохнула. Девушка прибежала сюда быстрее всех, поэтому и сидела одна. Интересно, что они рисуют на этот раз? Каждый год дети рисовали нечто новое. Хаято тихонько заглянул в класс. Младшая Савада сидела за самой дальней партой, держа на коленях мольберт и рассматривая пейзаж за окном. Её волосы сегодня были уложены в аккуратною косу на бок, но она, как всегда, растрепалась. Волосинки, на которые падал солнечный свет, будто горели. Взгляд был направлен куда-то вдаль. Эта картина заставила Гокудеру замереть, рассматривая подругу. Для Подрывника Тсунаеши была довольно значимым человеком. Да что там говорить, Хаято считал девушку самым важным человеком в своей одинокой жизни. Он так привык к убивающему одиночеству, что её забота принималась за что-то совершенно невообразимое. Теперь, когда ему сняли гипс, парень решил защищать это чудо от всех невзгод. А она смогла убежать от его зоркого глаза сразу после звонка. И он бы вряд ли её нашел, если бы сейчас в расписании стояло что-то другое, вместо рисования. Парню нравилась эта любовь к живописи. Гокудере приносило удовольствие наблюдать за девушкой во время работы. Ему нравилась такая Тсунаеши. Нравилось её выражение лица, движение рук вслед за кистью. Савада немного удивленно посмотрела на друга, а потом махнула ему рукой, жестом зовя к себе. Хаято послушался и сел на стул прямо перед ней. Тсуна достала из сумки сверток и протянула своему Хранителю. Парень долго на неё смотрел, после чего спросил: -А ты сама ела хоть что-нибудь? У Тсуны появилась привычка делать ему и Хибари бенто. Просто потому что именно эти двое никогда ничего с собой не носили. Сначала было трудно их уговорить принять, но со временем парни начали нормально к этому относиться. Поэтому вместо одного обеда она делала три каждое утро. А себе она редко готовила. Слишком увлеченная своими фантазиями и идеями Тсунаеши часто забывала съесть обед. Потому сейчас она с улыбкой отрицательно качала головой. Гокудера развязал сверток и положил на стол рядом с собой. Теперь Тсуна могла досконально изучить профиль парня. Ровный нос, высокие скулы, тонкие губы…Савада Тсунаеши заворожено рассматривала друга. Потом девушка рассмотрела позу, в которой сидел парень. Ровная спина, легкая улыбка от того, что заметил, каким взглядом она его рассматривала. Руки расслабленно лежали на столе, а пальцы почему-то порхали по столешнице, словно он играл. Сам Хаято даже не заметил этого. Парень протянул палочки к художнице. Девушка как-то немного странно на него посмотрела. - Что такого? Я просто не хочу, что бы ты была голодной, - Подрывник лишь пожал плечами, а его Небо покорно съела рис. Потом ещё и ещё. Гокудера настойчиво кормил художницу, которая уже снова начала что-то рисовать. Когда Реохей зашел в класс, то увидел там крайне милую картину. Хаято кормил Тсуну, которая что-то увлеченно рисовала. Девушка даже не замечала, как рис попадал ей на щеки, а Гокудера аккуратно его вытирал, с крайне смущенным видом. Сасагава тихо сел рядом с их партой и тихонько прошептал: - Ты себе представляешь, как это выглядит со стороны? Очень двусмысленно. Ты же знаешь наших девчонок, Тсуна, они только рядом парня и девушку увидят - так все, уже пара. Тсунаеши посмотрела на него обиженным взглядом. Он будто говорил: « А я-то что? Это Гокудера предложил!». А Хаято покраснел ещё сильнее. Реохей лишь пожал плечами и улыбнулся. Через десять минут класс расселся по местам и все внимательно смотрели на учительницу. Ну, все, кроме Тсунаеши. Девушка настолько увлеклась работой, что даже не заметила учительницу. Та лишь улыбнулась и начала говорить с учениками: - Здравствуйте, я - Хикари Аи. Сегодня мы с вами будем рисовать. Кто здесь умеет рисовать? - женщина осмотрела класс. Реохей протянул руку. - Ты? - Нет, извините. Моя подруга умеет рисовать, но она, похоже, слишком занята, чтобы об этом сказать. Учительница кивнула. - Вы можете нарисовать все что угодно. Если собрались рисовать портрет, то выберете себе модель. Те кого рисуют, освобождаются от задания. На все у вас есть полтора часа. Гокудера уже собирался приняться за свою работу, но его остановила маленькая ладошка Тсуны. Парень попытался разглядеть, что там девушка рисует, но она закрыла набросок своим пиджаком. Девушка улыбнулась и слегка кивнула, как бы говоря: «Ты все увидишь. Немного позже». Савада уже целый час не отвлекалась от работы. Она уже вся перемазалась в краске, фломастерах, на её носу что-то забыло пятно от масляного карандаша. Девушка была полностью поглощена работой. Сейчас она больше походила на безумного средневекового художника, чем на саму себя. Так, по крайней мере, считали одноклассники. Реохей уже давно забросил все свои попытки приобщится к прекрасному, и «оседлав» стул, наблюдал за Савадой. Гокудера был занят тем же. А через десять минут уже весь класс с неким восхищением наблюдал за рисующей. Даже учительница смотрела на девушку. Создавалось ощущение наблюдения за появлением нового шедевра. Тсуна легко водила рукой по холсту, вырисовывая все новые и новые линии. Быстро отвернувшись от работы, девушка начала разводить новый цвет. Никто и понять не мог, что Савада рисует. На её лице была совершенно необычайная улыбка, которая и приковала к себе взгляды всех в классе. Она не была ни мягкой, ни счастливой, ни мечтательной. Она была немного безумной с примесью какого-то странного удовольствия. Девочка выглядела просто прекрасно. Да, испачканная красками, и выглядевшая безумной. Да, немного странная и вечно молчаливая. Да, такая необычная и увлеченная. Именно такой была Савада Тсунаеши. Просто она художница. Немая художница. Когда Тсуна закончила рисовать, то заметила множество взглядов, прикованных ней. Девушка смущенно улыбнулась. Учительница медленно подошла к девушке и взглянула на рисунок. Весь класс наблюдал за изменениями на лице учительницы. Сначала на нем появилось легкое удивление, которое сменилось восторгом. Женщина посмотрела на Тсунаеши: - А как давно ты рисуешь? - Три года, - к разговору присоединился Хаято, который и сам недавно об этом узнал. Парень встал из-за стула и подошел к Тсунаеши и посмотрел на её работу. Теперь класс наблюдал за удивленным лицом Гокудеры. Хаято рассматривал самого себя на картине. Здесь он сидел за фортепиано. Пальцы легко ложились на клавиши, а глаза были прикрыты челкой. На лице играла хитрая улыбка. Строгий костюм подчеркивал все достоинства парня и приятно оттенял его светлые волосы. Сзади темными цветами была прорисована сцена. Лишь рядом с Хаято все было ярко. Будто софиты в театре светят прямо на него. Внизу, на самом краю картины, было расчерчено пять строк, а на них ноты. Гокудере это произведение было неизвестно. Парень посмотрел на Тсунаеши: - Ты и играть умеешь? - девушка лишь покачала головой. Да, когда-то она училась петь, но теперь…Теперь она рисует. И очень рада этому. Только через полчаса класс начал расходиться. Абсолютно всем было интересно увидеть рисунок Савады. И каждый уходил в полном молчании. Даже вечно хохочущая Хару после рассмотрения работы тихонько собралась и ушла домой. Весь класс быстро убрал мольберты, и лишь Тсуна согласилась унести их в, так называемую, «музыкальную» комнату. Раньше там хотели обустроить класс для музыки и рисования, но директор школы сменился, и ремонт был остановлен. А в комнате, прилегающей к этому классу, до сих пор лежат разные музыкальные инструменты, которые принадлежат школе. Хаято и Реохей помогали Тсуне нести мольберты в музыкальную комнату. Это были последние три мольберта из класса. Подростки зашли в комнату с белыми стенами и старыми партами. Реохей заходил последним. Его кофта зацепилась за ручку двери и та со стуком захлопнулась. Это было проблемой. Дверь открывалась только с той стороны, даже ключом. Художница покачала головой, Реохей смущенно улыбнулся, а за их спинами послышался удар руки о лоб. - А аккуратней нельзя было? - голос Хаято был немного раздраженным. - Ну, прости, кофта зацепилась. - Да ладно, - Гокудера махнул рукой и упал на стул первой парты. А девушка решила рассмотреть кабинет получше. Ведь они просто таскали мольберты в подсобку. Девушка покачала головой и подошла к спящей подруге. Ямамото вздрогнула и проснулась. Подняв свои сонные глаза, она увидела Тсуну. Посмотрев дальше, Такеши увидела удивленные взгляды Реохея и Гокудеры. - А ты что тут делаешь? - Сасагава внимательно смотрел на подругу. На её лице опять появилась дружелюбная улыбка. - А у нас физ. подготовка была. Не могу переодеваться вместе с парнями. Пришлось сбежать. А вы тут, что делаете? - А мы тут мольберты носили из кабинета, пока один человек не захлопнул дверь, - с усмешкой проговорил Хаято. - Ну я же уже извинился! Что ты ещё от меня хочешь?! - Ничего не хочу, просто тебя весело выводить из себя, - Тсуна и Такеши хихикнули. А Реохей надулся и до ужаса напомнил девушкам хомячка. Ямамото рассмеялась, а Тсуна растрепала волосы друга. Вдруг из-за двери послышался шум, и в кабинет вошла Шоичи. Наверное, она снова их искала. Девушка без задней мысли захлопнула двери. Из-за спины Реохея послышался стон. - Теперь нас тут пятеро. Поздравляю вас! - похоже, нервы Хаято начали сдавать. Парень лег на парту и закрыл глаза. Ирие рассеяно посмотрела на друзей, а Ямамото начала объяснять: - Просто дверь в этот кабинет всегда заедала и отрывается только снаружи. Теперь мы пленники кабинета,- девушка рассеяно засмеялась, а Шоичи опустила голову. - Простите. Я не хотела,- Гокудера на эти слова только фыркнул, а Тсуна дала ему легкий подзатыльник и покачала головой. Реохей сказал, приобняв подругу за плечи: - Не страшно. Ведь Хибари нас здесь найдет, верно? Дверь распахнулась, и в кабинет ровной походкой вошел Хибари Кея. Дверь от столь сильного удара об стену вернулась на свое место и снова захлопнулась. Хибари удивленно посмотрел на дверь, Хаято издал ещё один протяжный стон, Шоичи икнула от неожиданности, а Сасагава и Ямамото нервно рассмеялись. - Надеюсь, в школе кто-то остался? - Хаято даже начал надеяться на положительный ответ. - Нет. Кусакабе ушел пару минут назад. Больше в школе никого нет, - сообщил ему Хибари холодным тоном. Хаято услышал несколько привлекающих внимание хлопков у себя над головой. Одна Тсуна в этой ситуации выглядела вполне себе счастливой. Девушка подошла к двери подсобки и открыла её. После двухминутного осмотра каморки, девушка скрылась за её дверью. Появилась она с чем-то прямоугольным в руках. Когда Тсуна подошла, все кто находился в комнате увидели новенький синтезатор. Положив его на стол перед упавшим от неожиданности Гокудерой, Савада сняла переноску со своей шеи. Быстро вставив в розетку вилку от переноски, художница с хитрой улыбкой посмотрела на Подрывника. Парень с интересом спросил: - И как ты узнала, что я музыкант? - Тсуна с улыбкой постучала пальцами по столешнице стола, изображая игру на пианино. Хаято хмыкнул, но за стул перед инструментом сел. Немного подумав, он достал из своей сумки папку с нотами. На удивленный возглас друзей, он лишь сказал: - Я их всегда с собой ношу. Как динамит, - Тсуна хихикнула, а Ирие, Ямамото и Реохей рассмеялись. Хибари ушел в подсобку и через несколько минут вернулся. Со скрипкой в руках. Кабинет погряз в тишине, а Тсуна уселась за мягкий учительский стул, выбирая ноты. Складывалось ощущение, что её совершенно не удивляет ГДК со скрипкой в руках. Чему-то кивнув, девушка подала друзьям листок. Быстро глянув на ноты, и Хибари, и Гокудера кивнули. Через минуту класс был заполнен нежной и легкой мелодией. Тсуна схватила за руки Шоичи и начала вытанцовывать с ней незамысловатый танец. Девушки весело улыбались, а Тсуна махнула рукой Реохею и Ямамото, приглашая и их потанцевать. Парень в это время двигал парты к стене, освобождая место в кабинете. Савада и Ирие перебежали туда и продолжили веселиться. Такеши стояла в стороне, а смущенный Сасагава не мог решиться к ней подойти. Внезапно маленькие ладоши подтолкнули его в сторону девушки. Обернувшись, он увидел ободряющую улыбку Тсунаеши. Девушка кивнула в сторону Такеши. Парень кивнул и медленно направился к Ямамото. Ему ведь необязательно знать, что Тсуна специально схватила Ирие, чтобы заставить Реохея и Ямамото станцевать. И мелодию специально выбрала. - Такеши, потанцуем? - Реохей выглядел очень смущенным. Впрочем, бейсболистка не далеко от него ушла. Девушка кивнула и дала руку своему другу. Пара стала посреди зала и начала свое движение. Ни боксер, ни бейсболистка нормально танцевать не умели, поэтому танец вышел смазанным и неуклюжим. Тсуна ярко улыбнулась и потащила за руку Ирие, но, споткнувшись, упала. От сильной боли из глаз покатились слезы, но девушка их быстро вытерла. Музыка резко оборвалась, и Хаято подбежал к подруге. Легко подняв девушку на руки, Хаято посадил её на один из столов, стоявших в углу. - Где аптечка? - голос Хаято был мягким и успокаивающим. Тсуна показала рукой на свою сумку. Шоичи протянула Хранителю Урагана аптечку. Парень сел на колени, чтобы видеть разодранные коленки Тсунаеши. Кровь тонкой струйкой стекала по голени, и парень быстро её вытер. Макнув маленький кусочек ватки в йод, Подрывник начал дезинфицировать рану. Девушка даже не моргнула. Наклеив пластырь на колени, парень проделал туже процедуру и с локтями. Закончив со всем этим, парень потрепал подругу по голове и шепотом сказал: - Осторожнее.- Тсунаеши лишь кивнула и вновь улыбнулась. Когда он повернулся, то увидел, что все, кроме Хибари, пытаются не смотреть в их сторону. На щеках Гокудеры снова появился румянец. Подав руку Тсунаеши, он спросил: - Ну, чем мы ещё займемся? Все стояли тихо. Одна Тсуна подошла к двери и внимательно осмотрела её. Вдруг художница резко вскочила и направилась к Шоичи. Вытянув у подруги шпильку из волос, девушка села прямо на больные коленки перед дверью. Послышался сдавленный вздох. Через минуту дверь в класс осталась в том же положении. И вообще, сколько бы девушка не пыталась, шпилька соскальзывала с чудного замка. - Может... просто выбьем её? - Реохей подал голос. - Это нарушение дисциплины. Можешь выбить, но потом не жалуйся в больнице, - Хибари холодно ухмыльнулся. - Мой телефон разряжен, поэтому позвонить кому-либо мы не можем, - продолжил тем же убийственным тоном Кея. - Выходит, мы здесь до завтра? - Шоичи обвела компанию вопросительным взглядом. - Выходит, что так, - Такеши вздохнула, Ирие наоборот просияла. - Ну, тогда я могу познакомить вас со Спаннером! - теперь хлопнула в ладоши девушка. Друзья удивленно на неё посмотрели. - Ах да… Тсуна у тебя с собой мое изобретение? - рыжеволосая кивнула и достала из сумки нечто похожее на фотоаппарат. Только сверху было приделано нечто похожее на зонт. - Я уже говорила тебе, что создать его мне помог один мой хороший друг. Вот я и хочу вас с ним познакомить! - девушка села за стол и подключила к переноске блок питания своего ноутбука. Быстро что-то набрав, девушка подозвала своих друзей. Посмотрев на монитор, подростки увидели семнадцатилетнего парня с леденцом во рту. По его взгляду нельзя было понять о чем он думает. Безэмоциональное выражение лица тоже ничему не помогало. - Спаннер, это мои друзья, про которых я тебе рассказывала. Парень кивнул, а потом медленно спросил: - А кому из них понадобилось наше изобретение? - А, это для Тсуны, - девушка кивнула на Тсунаеши. - А зачем? - Шоичи только хотела что-то сказать, но закрыла рот. Опять набрав что-то, девушка подала ноутбук подруге. Художница кивнула и начала набирать текст. Около минуты все слышали лишь мерный стук клавиш, а потом вновь увидели лицо Спаннера. - Интересно. Ты художница? - Савада лишь кивнула. - Шо-тян, у тебя с собой графический планшет? - Спаннер посмотрел на Ирие. - Конечно!- девушка достала из сумки предмет. - Тсуна, можешь нарисовать мне какое-нибудь животное? - сестра Наследника кивнула и принялась за работу. Ирие познакомила Спаннера со всеми остальными, и они немного поговорили. Общий язык нашли Хаято со Спаннером. Как только Тсуна закончила, она дернула Ирие за рукав пиджака, чтобы та её заметила. Быстро набрав команды, девушка отправила рисунок Спаннеру. Через минуту послышался удивленный возглас: - Тсунаеши, если тебе что-нибудь когда-нибудь понадобится - обращайся! - И парень тут же разорвал связь. Шоичи была немного удивленна, ведь её друг-механик никогда не показывал своих чувств. А тут такое удивление, и восторг. Похоже, Тсунаеши подарила ему новую гениальную идею. Весь оставшийся день подростки развлекали друг друга как могли. Они играли в карты, которые нашли в портфеле у Ямамото, потом пытались построить башни из ручек, после пытались рассмешить Хибари… Стоит признать, попытка с треском провалилась. Хотя, когда Гокудера вывалился из подсобки, на лице ГДК появилась улыбка. Под конец дня ученики средних школ пытались научить друг друга играть на музыкальных инструментах. Оказалось, что у Тсуны и Ирие прекрасный слух, а Такеши имеет прекрасное чувство ритма. Реохей смог сыграть только на гитаре. Все в кабинете пытались устроиться поспать. Тсуна перекинула бутылку с водой Ямамото, а Хаято, по просьбе Тсуны, отдал остатки обеда Хибари. Она ведь знает, что Хибари слишком гордый, чтобы просить о чем-либо. Парни сдвинули парты и стулья, в надежде создать что-то, хоть отдаленно напоминающее кровать. Тсуна никак не могла заснуть. Какое-то странное чувство мешало уснуть. Чувство опасности? Девушка не могла понять почему, но она чувствовала опасность. Не за себя или друзей. Даже не за брата. Кому-то явно грозила опасность. Только кому? В эту ночь из тюрьмы Вендиче сбежало семь преступников…