Абсолютная тишина.

Откровение. Хибари Кея. Хибари Кея был младшим сыном Главы клана Синигами. Любой человек бы сказал, что парню несравненно повезло. Парень же считал свою жизнь просто ужасной. Одинокий хищник, зависимый от драк. Разве об этом мечтал Кея, будучи маленьким мальчишкой? Нет. Он до сих пор помнит, как говорил маме, что хочет стать ветеринаром. Сейчас эта мысль вызывала лишь глухой смешок и ужасающую боль в груди. Хибари давно забыл, что значит чувствовать. Спрятал этот глупый навык куда подальше и просто пытался выжить. Ведь выживает лишь сильнейший. Ему эта истина была известна, как никому другому. Сейчас, сидя посреди полупустой комнаты в тишине и полном одиночестве он снова вспоминает свою жизнь. Хищник поневоле… А ведь все было просто прекрасно когда-то. Его мать была самым чудесным человеком на свете. Её серые глаза всегда были полны добра и ласки, а нежный голос пел самые прекрасные колыбельные на всем белом свете. Он до сих пор вспоминает, как она рассказывала ему о своем родном городе. Маленький, но такой уютный городок Намимори. Все знают друг друга в лицо и всегда придут на помощь. Мама смеялась, и говорила, что городок находится под самым носом у якудза. Поэтому отец так легко нашел её. Сколько помнил себя Хибари, мама никогда не жаловалась на жизнь, идя по дороге судьбы с извечно доброй и самой светлой улыбкой на земле. Кею никогда не баловали, но он рос прекрасным ребенком. Честный, добрый и жутко улыбчивый. Абсолютно все мафиози с улыбкой трепали мальчишку, в милом желтеньком комбинезоне, по голове и улыбались. Отец тоже любил своего младшего сына, как и старшего. Конечно, маленький Кея видел, что ему достается куда меньше ласки отца, но ведь у него была мама. Вот тот человек, который никогда его не бросит. Детские мысли отзывались ещё более сильной болью в груди юноши, заставляя сердце разрываться на части. Глупо было верить в то, что мать всегда будет рядом. Если бы все и сложилось так, то сейчас он бы точно не сидел один в прекрасном и уютном доме на окраине Намимори. Парень бы не прослыл самым жестоким человеком в городе, которого все дети и взрослые боялись. Он защищал любимый город от всех возможных напастей. Ради того чтобы помнить. Хибари явно становится мазохистом. Жить в городке, в котором жил самый родной и любимый человек, было больно. Но Кее нравилось. Просто потому что парень понимал, что ещё может чувствовать. Потому что все ещё остается человеком, а не диким хищником. Всего один короткий день испоганил его жизнь, заставив стать тем, кем он является сейчас. Не сказать, что Кея чувствовал что-то похожее на раскаяние из-за своего поведения сейчас. Нет, ему даже нравились перекошенные в испуге лица травоядных. Просто он не оправдал надежд матери. И не сдержал данное обещание. Это и заставило выбрать именно этот город из тысячи похожих. Это глупое чувство невыполненного долга. Ведь он не сказал «обещаю». Но его взгляд говорил тогда совсем о другом… Flashback. Большое кладбище. Мальчишка лет семи крепко сжимает руку своей матери. Женщина плачет, совершенно не скрывая своих слез. Его отец… Мальчик просто не мог поверить, что его отца убили! Он ведь был таким сильным, таким смелым и таким храбрым… Челка надежно скрывала глаза мальчика, наполненные слезами. Никто не должен этого видеть. Ведь мужчины не плачут. Отец всегда так говорил. Процессия остановилась у самого края могильной ямы. Свободной рукой Кея взял холодную ладошку брата в свою. Кацуро грустно улыбнулся, сильнее сжимая ладонь младшего брата. Кея не помнил, как проходили похороны. Мальчик лишь помнил холодную ладонь брата и нежную и теплую ладонь матери. Мальчик просто стоял, внимательно глядя на надгробие. Он не заплачет. Ни за что. - Я стану сильнее, пап. Я клянусь тебе,- младший Хибари незаметным движением стер лица все же появившееся на глазах слезы. Месяц спустя. Маленький мальчик семи лет сидел за большим круглым столом между матерью, и старшим братом. Хибари незаметно посмотрел на брата. Кацуро сгорбился, пряча глаза за хорошо отросшей челкой. Светло-русые волосы надежно скрывали злобный взгляд, направленный на входившего в зал мужчину. Хибари перевел взгляд на дверь. И злость и обида захлестнули сознание мальчика. Немолодой мужчина с уже заметной сединой на висках гордой походкой прошел в зал. Голубые глаза смотрели жестко, а на лице играла самодовольная ухмылка. Сразу за мужчиной в зал зашел молодой человек. Темные длинные волосы были собраны в хвост на затылке, а яркие голубые глаза смотрели надменно и неприязненно. Черноволосый мальчик сжал кулачки, пытаясь не вскричать от злобы. Дядя и двоюродный брат. Конечно, Кея знал, что между дядей и отцом никогда не было особой братской любви. Хотя отец и пытался хоть как-то наладить отношения. Дядя завидовал отцу из-за того, что бывший Глава клана выбрал его новым Боссом. Поэтому, как только нелюбимый брат скончался, дядя тут же начал вести какую-то свою игру. - Надеюсь, тут собрались все. Я не намерен ждать,- громкий голос дяди разнесся по залу. - Итак, я пришел обрадовать наш Клан. Сегодня состоялось собрание прямых потомков Первых. Собрание прямых Потомков? Младший Хибари с силой ущипнул себя, что бы не присвистнуть. Насколько было известно мальчику из книг, то последние собрание было почти сотню лет назад, из-за того, что у Хранителя Тумана не было потомков. Никаких. Если бы кто-то узнал, КТО создал их клан, он бы точно умер от удивления. Иметь в создателях Первое Поколение Вонголы все же очень необычно. Как только они уехали из родной Италии из-за гонений Рикадо (Кея прекрасно ориентировался в начале истории своей семьи, потому что спрятаться от двоюродного брата можно было только в одном месте - в библиотеке), то тут, В Японии, появился первый клан якудза. - Даже Дождь и Небо почтили нас своим присутствием. По залу пошли шепотки. Абсолютно все знали, что Ямамото Тсуеши, как и Харухи Нана ушли из клана ради семьи. И их появление на собрание было довольно значимым событием. Ведь именно Тсуеши, Восьмой Глава, выбрал отца Кеи новым Главой. Они были хорошими друзьями, а Ямамото исчез и до сих пор никто не знает, где живет сильнейший Глава Синигами сейчас. - По общему согласию, и из-за так и не появившихся на собрании потомков Солнца, мой сын был выбран новым Главой клана якудза, носящего имя Синигами. Послышались редкие хлопки, и те были вялыми. Кея испуганно посмотрел на мать. Нанами была белой как мел, руки её дрожали, а из глаз вот-вот должны были покатиться слезы. Кея перевел взгляд на взбешенного брата. Кацуро набросился на двоюродного брата с криками, полными злобы. Хибари-младший догадался, что будет потом. Мальчик схватил ладонь матери, и что есть духу, понесся прочь из залы для совещаний. Сзади слышались злобные крики дяди, а потом выстрел. Кея закрыл глаза полные слез, и завернул в темный коридор, потянув мать за собой. Быстро открыв тайный проход, который они с Кацуро нашли ещё давно, он втолкнул туда мать. - Кея,- женщина потянула сына за собой, внезапно поняв план её сыновей. Конечно, им бы не поздоровилось, если бы они не ушли. Поэтому её старший сын… принес себя в жертву ради спасения младшего брата. Женщина почувствовала, как Кея отпустил её руку. Обернувшись, она увидела, как мальчик спокойным шагом направлялся на выход из тайного хода. - Кея!- женщина вскрикнула, схватив сына за руку и упав перед ним на колени. - Мам, я отомщу им. Кацуро ведь…- мальчик осекся, посмотрев в испуганное лицо матери. - Сыночек, я ни за что не отпущу тебя туда. Тебя же просто убьют. - Ты не понимаешь! Если я пойду с тобой, то путь затянется, и ты не спасешься! К тому же дядя хочет увидеть наши страдания. Я не хочу, что бы ты застряла в подземельях этого Места. Не беспокойся, я сильный. - Кея,- женщина схватила сына и направилась на выход. Нанами знала, что он прав. И именно поэтому не хотела, что бы её единственному сыну было плохо. Он её последний лучик счастья в этой жизни. Мальчишка выпрыгнул из ее рук, и просился к началу хода. Уже закрывая его, Кея увидел взгляд матери, полный слез. «Не посмей дать им тебя сломать»- последние слова, что он услышал от последнего выжившего родственника. Через неделю её труп тайно закопали рядом с могилой мужа и старшего сына. Кея сам копал яму. End of Flashback. Юноша вновь вздохнул. Он не сдержал обещания. Сломался, не выдержав такого количества боли. Большая часть клана была распущена, а на их место были набраны бездушные головорезы. Если раньше клан Синигами всеми силами оберегал Токио, в котором находилась главная резиденция, то сейчас клан напоминать сборище преступников, которые кроме денег ничего не видят. Хибари избивали каждый день. А после запрещали ходить к докторам. За неповиновение он получал в два раза больше ударов. Так Кее привили любовь к порядку и дисциплине. Собственной кровью и сломанными костями. Сейчас, после полного обследования, парень узнал, что у него нет ни одной, ни разу не сломанной, кости. Сломался. Сломался. Не сдержал обещания. Именно эти мысли стали катализатором действий десятилетнего мальчишки. Тогда, после очередного избиения, паренек сел на первую попавшуюся электричку и уехал на ней в лес. Добрые люди разрешили ему проехать зайцем. Кто-то особенно добрый билет обратно мальчишке купил. Кея даже спасибо не сказал. Flashback. Мальчик десяти лет лежал у самой речки, раскинув руки и ноги в стороны. Нет, он не плакал. Плакать его отучили в семь, сказав, что скулящий мусор даже избивать неинтересно. Судя по ощущениям, у парнишки была сломана левая рука, пару костей на пальцах правой, и треснуло три или четыре ребра. Кея до сих пор не понимал, как это он ещё не сдох. Конечно, мальчику ещё не было известно, что пламя поддерживало жизнь своего Хранителя. Боль постепенно уходила, заставляя думать над решением проблемы. Если так пойдет и дальше, то он никогда не сможет не то, что сбежать, просто выжить. А мальчишке хотелось жить. Да, мир теперь не был светлым, а все люди представлялись лишь поганым мусором, который не знает о таком слове как «помощь» (мальчик уже благополучно забыл о доброй бабушке, что купила ему билет обратно в Токио). Мир смеялся над маленьким мальчиком, у которого не было сил. Кея ухмыльнулся. Слабак. Глупое…мм…травоядное. Да, травоядное. Мелкий жалкий кролик в стае шакалов. Кея нервно расхохотался. Он сходит с ума. Все вокруг считали, что мальчишка должен говорить «спасибо». Дядя усыновил его, нанял целую гору учителей. Только запрещал заниматься борьбой. Окружающие считали, что это странно, что мальчишка растет агрессивным волчонком, который скалится на любое проявление их возмущения. Знали бы эти умники, сколько боли он переносит почти каждый день. Лечить кости, что бы их опять ломали… Если бы Кея был младше, когда его семья погибла, он бы вряд ли понял, за что ему так достается. Он ведь прекрасно учится, соблюдает абсолютно все, даже самые абсурдные правила, что ему навязали. Но все было куда проще, грязнее и мелочнее. Дядя мстил за все свои обиды. Он избивал его, десятилетнего ребенка, приговаривая, какое он ничтожество, и как похож на своих ничтожных родителей. Хибари сплевывал кровь ему в лицо. Он не собирался слушать такое от мужчины, что убил их. И мать и брата. Кея бы не сильно удивился бы, если бы узнал о том, что именно «любимый» родственник подстроил то нападение на резиденцию, из-за которого погиб отец. Мальчишку не удивляло уже ничего. Он медленно, но верно переставал чувствовать. Забывал значение слов «любовь», «ласка», и «жизнь». Зато маленький мальчик прекрасно знал значение слова « выживание». Вся его жизнь была просто выживанием. Он бы и рад сдаться, дать дяде добить его, перестать сквозь боль и невольные беззвучные слезы продолжать бороться. Но всего лишь один взгляд туда, в тот конец туннеля, где когда-то скрылась мать, заставлял мальчишку каждое утро вставать с постели и сломанными пальцами записывать в тетрадь примеры, уравнения, задачи… Резко мальчишка открыл глаза. В глубине серых глаз, плескалась решительность вперемешку с болью и отчаянием. Судьба хочет сыграть с ним? Ха, он не будет придерживаться выставленных правил. Теперь он будет их диктовать. Мальчишка резко поднялся с земли, будто не замечая боли в конечностях и направился осматривать лес. Остановился Кея лишь у старого храма, наполовину заросшего сакурой. Хибари скривился. Цветы сакуры обожал его дядюшка вместе с козлом кузеном. Они, как бы издеваясь над ним, в день смерти каждого из родственников приносили ветви на могилы, а Кею избивали пуще прежнего, говоря, что это он виноват. Ну нет, на ту же уловку он не клюнет. Но заставлять чувствовать ребенка вину… Грубый ход. Если бы Хибари не был умнее своих одногодок, он бы уже дважды сломался бы. Мальчик посмотрел на алтарь. Тут, наверняка был кто-то. Не просто же так тут лежат хорошо отполированные тонфа, хищно поблескивая на солнце? Кея взял оружие в руку. Идеально ложится в его небольшую ладонь. Хибари попытался стать в боевую стойку, но упал. Четерхнувшись, мальчик поднялся, и попробовал снова. После попробовал нанести удар невидимому противнику. Вышло некрасиво, грубо и просто не правильно. Мальчик хищно улыбнулся, пряча оружие под белую рубашку, изящно покрытую красными разводами. Больше никто и никогда не посмеет сказать, что он никчемен. Он - хищник. А хищник по определению не бывают ничтожными. Разве что гиены, что находятся на самом дне пищевой цепи. Прямо как его родственнички. Кея услышал какое-то шевеление в кустах. Резко обернувшись, мальчик увидел лишь сверкнувшую в зелени деревьев красную ленту. End of Flashback. Кея ухмыльнулся. Тот день стал для маленького травоядного Хибари переломным. Мальчишка стал настоящим хищником. Вырос намного раньше, чем следовало ребенку. Но его это мало волновало. Теперь его вообще мало что волновало. На место всепоглощающей ненависти и злости пришло полное безразличие. Мальчик спрятал все свои чувства глубоко в себя. Три года упорных тренировок пополам с избиениями, и Кея, наконец, вырвался из этого плена. Да, он сбежал. Но ему было все равно. Он даже дядю не тронул. Месть - жалкое чувство поганых гиен. А Хибари – пантера. Гибкая, хитрая и совершенно безжалостная. Если он нападет, то просто вырежет весь клан, чего бы ему не хотелось. Люди, которых запугал дядя, жутко раздражали, но Кея понимал, что и они испытали немало боли. Он помнил, как первые пол года его личной пытки добрые поварихи, медсестры и просто рядовые якудза пытались ему помочь. Все же он был единственным выжившим сыном их второго любимого Главы. Первым, бесспорно, был Ямамото. Во время его правление не было убито ни одного человека. Юноша приехал в Намимори, не один. Мелкий мальчишка, Кусакабе Тетсуя, увязался с ним. Его отцом был головорез, который использовал своего сына, как боксерскую грушу. Конечно, пареньку жилось легче, чем Кее. Медсестры часто прятали мальчика у себя, залечивая его раны. Поэтому Кусакабе не был таким холодным и черствым, как Хибари, но цену за неповиновение знал не хуже черноволосого. Кея и сам не заметил, как Тетсуя стал его Правой рукой. Парни общались мало, а Кусакабе и вовсе почти ничего не знал о жизни своего «начальника», но верно следовал за ним. У каждого была своя жизнь, свои друзья, и своя боль в жизни, но их пути шли рядом. Появившись в школе, он тут же стал примерным учеником. Образцовым показателем дисциплинированного поведения. Только слухи об избиениях воров и других хулиганов распространялись слишком быстро. Его стали побаиваться дети, а взрослые начали уважать мальчишку и ставить на одну с собой планку. После жестокого избиения парнем сбежавшего заключенного, его стали боятся и взрослые. А Хибари с неизменно спокойным лицом уже начал набирать людей в свой недавно созданный Дисциплинарный Комитет. Кея считал, что больше не интересен Судьбе, он играет по своим правилам, не замечая её подачек. Но он явно полюбился этой дамочке. Настолько, что она призвала свою любимую сестру, имя которой - Случайность. Flashback. Кея со спокойным видом шел по коридорам своей любимой школы. Парень придирчивым взглядом осматривал учеников, в душе ухмыляясь. Как только видел очередное испуганное лицо травоядного. Его боялись даже его последователи. Боялся Кею даже Кусакабе Тетсуя, единственный человек, что мог похвастать тем, что ему разрешено называть ГДК по имени. Внезапный смех привлек его внимание. Это был не светлый смех, над очередной глупой шуткой, это был глумливый смех. Ясно, значит ещё одно никчемное травоядное. Ничего необычного. Кея ухмыльнулся. Даже у этих тупых стадных есть отбросы общества. Одиночки, которых даже травоядным обозвать язык не повернется. Просто придорожный мусор, что не может справиться с кучкой тупых животных. Кея завернул за угол и увидел премилейшую картину. Все находящиеся в коридоре хохотали над упавшей девушкой. Темно-рыжие, почти каштановые волосы уложены в аккуратный пучок, форма в почти идеальном состоянии, лишь слегка помята, явно из-за падений. Лица девушки он не увидел. Прямо за её спиной возвышался парень. Блондинистые волосы отливают золотом, рубашка не заправлена, вместо школьных брюк – черные джинсы. По-хорошему нужно забить это нахальное травоядное до смерти, но… Именно это маленькое «но» заставляло Главу Дисциплинарного Комитета остановится. Некое чувство не покидало парня. Что-то заставляло так, и стоять столбом за углом в коридор, и внимательно следить за происходящим. Девушка тем временем спокойно поднялась с пола, и аккуратно отряхнула юбку. - Тсуна, какая же ты все-таки никчемная. Девушка повернула голову и посмотрела на брата. Кея замер, увидев выражение её лица. Девчонка улыбалась. Легко покачав головой, девочка отправилась дальше по коридору. Внезапно остановившись, она обернулась. Её взгляд был направлен точно в ту сторону, где секунду назад была голова Кеи. Ещё раз улыбнувшись, девушка легкой походкой направилась к кабинету, легко поскользнувшись в самом конце коридора. End of Flashback. Так Хибари Кея впервые увидел свое Небо. Еще немного последив за этой мелкой, Хибари все больше удивлялся. Пару раз её избивал брат, но она с неизменной улыбкой больными пальцами помогала разделывать матери рыбу. Она каждое утро готовила бенто брату, будто бы тот не ненавидел девушку. Тсунаеши совершенно не замечала насмешливых взглядов подростков, пропускала мимо ушей их издевательства. Она была спокойной и никогда не нарушала правила. Помогала, когда её об этом просили, и спокойно улыбалась, когда слышала слова вроде: « Ха, наивная дурочка дала мне списать все свои ответы». Эта девушка была самой непоколебимостью. Если сам Хибари был холоден, и за любую провинность избивал, то она лишь улыбалась и качала головой, будто все люди что обижают её просто нерадивые детишки. В принципе, так оно и было. И однажды Кея понял. Понял простую истину, что заставила его следовать за этой маленькой и хрупкой девушкой, к которой приклеилось прозвище Никчемная Тсуна. Она просто не сломалась. Стойко выдерживала все испытания, что на неё свалились. Была настолько сильна духом, что у неё даже хватало сил улыбаться всем этим травоядным спокойной и безгранично теплой улыбкой. Тсуна никогда не жаловалась. А ещё эта девчонка сделала Его мягче. Кея ведь и сам перестал замечать, как начал становится похожим на зверя больше чем на человека. Иногда это его пугало, а иногда ему казалось, что так и должно быть. Монстр, готовый разорвать на части любого. А эта маленькая девчонка смогла заставить его пересмотреть приоритеты. Смогла показать, что группа не всегда травоядных. Заставила вступить в её прайд. И сейчас он совершено не жалеет об этом. Ему впервые не хочется вспоминать все моменты его никчемно жалкой и до ужаса больной жизни. Правда, прошлой. Именно сейчас, в эту минуту, парень с облегчением понимает, что изменился. Спокойствие сменяется усталостью, и парень с улыбкой на лице засыпает прямо в кресле. Она не пыталась изменить его. Он изменился сам, просто глядя на нее. Вот в чем сила Небес. Они есть пример для каждого своего последователя. Жизнь и чувства Неба всегда схожи с жизнью и чувствами каждого из Хранителей. Идеальная гармония и понимание царит между семеркой подростков, которых свела Судьба. Потом, в будущем, к великой силе присоединятся и другие: Боль, Предательство, Любовь и Смерть…