А что, если...?

Прохладные руки мягко гладят его тело... Но, несмотря на прохладу, ему жарко... Его пальцы в черных, мягких волосах, сердце колотится как сумасшедшее... Все наконец встало на свои места, они рядом, будто и не было тех ужасных подозрений, будто Эл всегда был таким живым и теплым. Всегда так близко, со своим загадочным взглядом, кончиком большого пальца во рту, в некоторые моменты сводившим Лайта с ума. Будто бы они действительно друзья, нет, больше чем друзья. Будто через какие то несколько минут он не собирается превратить это мягкое, теплое тело в хладный труп. Эл наклоняется и мягко проводит полотенцем по его ногам, не поднимая глаз. Еще несколько минут, и эти глаза закроются. На лице Лайта появляется жестокая улыбка. Ягами открыл глаза, которые тут же наполнились слезами. Он нахмурился и вытер их. Опять... Руки Эл, мягко касающиеся его тела, а затем его холодный труп. Сочетание, которое не давало покоя вот уже 3 месяца. Почему, за что? Он ведь не делал этого в реальности, никого не убивал. Но тогда почему он чувствовал такую невыносимую вину перед Эл? Правильно ли испытывать такие чувства к человеку, созданному его больным воображением? В ту ночь он так и не смог больше заснуть, мучаясь вопросами, на которые не мог дать ответов. Он не мог понять, почему все это так зацепило его, почему он не может жить нормально. Такие мысли мелькали в его голове каждую ночь, своим бесконечным потоком вызывая дикие головные боли. Но той ночью он наконец смог сформулировать более-менее четкое решение. Есть только один способ успокоиться. Поискать всех людей, с которыми он общался во сне, и убедиться, что их не существует. Будильник противно запищал, будто и без него не было понятно, что пора в школу. С трудом поднявшись, Лайт поплелся в ванную. Наклонившись над раковиной, бросил взгляд на зеркало. Шикарно. Круги под глазами, растрепанные волосы. Просто отлично... Завтракать не хотелось и, кое-как приведя себя в порядок, Ягами пошел в школу. Единственной его связью со сном сейчас являлась Амане Миса, девушка Такаши. Он обязательно должен убедить одноклассника познакомить их. На перемене Айонаме как всегда подскочил к нему и начал рассказывать одну из своих безумно продолжительных историй. Подавляя желание зевнуть, Ягами около пяти минут слушал бесконечный треп, и, убедившись, что рассказ даже не близится к завершению, как можно непринужденнее спросил: - А как у тебя с Амане дела продвигаются? Такаши, перебитый на середине предложения, насторожился. Ягами Лайт никогда, никогда не интересовался девушками. Он вообще людьми практически не интересовался, если они не могли принести ему ощутимой пользы. И с чего вдруг он спросил о ней? - Н... нормально... А почему ты спрашиваешь? - Ну, она ведь твоя девушка, я хочу знать, какая она. Черт, не стоило проявлять такой явный интерес, он мог неправильно понять. Лайт укорил себя за то, что стал невнимателен и несдержан, из-за этого дурацкого сна он словно жил в двух реальностях. - Она... гхм... интересный человек? Как она выглядит? - Ты что, хочешь с ней познакомиться? Ягами, с тобой все нормально? - Да что в этом такого-то? - Лайт сорвался почти на крик. Спокойно, спокойно, нельзя выходить из себя, нужно быть доброжелательным и милым. Милым?! - Ладно, ладно, - Такаши вынужденно уступил, застигнутый врасплох искренностью и отчаянием в голосе друга, - Я спрошу ее. Лайт с облегчением выдохнул, и, дождавшись конца уроков, пошел домой в необычно приподнятом настроении. Такаши обещал позвонить ему, когда спросит Амане о встрече и тогда, возможно, Ягами выберется из этого удушающего мысленного застоя. И если встреча не даст определенных результатов, он сделает то, что не решался сделать все эти казавшиеся бесконечными месяцы. Он навестит квартиру, в которой должен жить Эл. От одной мысли об этом сердце начинало биться чаще, но Лайт еще сам не отдавал себе отчета, почему. Главное, что он наконец-то решился на что-то и, возможно, скоро сможет спать спокойно. Этим вечером Айонаме все же позвонил. Точнее, звонок прозвенел ночью, приятель прекрасно знал, что ложится он не раньше двух часов. Взяв трубку, Ягами услышал, что Миса согласна познакомиться с ним, они назначили встречу на завтра на 2 часа дня, и последующий треп Такаши Лайт уже не слушал, как обычно сочтя его бесполезным. Спустя полчаса разговора (монолога одноклассника) Лайт с облегчением положил трубку. На будильнике полвторого ночи. Тяжелый вздох. Опять не выспится. Он просто не хотел закрывать глаза, потому что точно знал, что увидит во сне. Мягкий и растерянный, полный боли, постепенно стекленеющий взгляд Эл. Мертвый Рюдзаки... Его бросило в дрожь. Как он мог желать убить кого-то настолько близкого и родного? И когда он понял все значение этого человека? Когда проснулся? Глаза Лайта закрылись, и он провалился в липкий, вязкий сон, чтобы наутро снова проснуться со сдавленным криком и душащими слезами, стекающими по вискам. *** Амане Миса оказалась точно такой, какой была в его сне, тем самым пошатнув надежды Лайта. Веселая, болтливая (идеальная пара), она не умолкала, рассказывая о своих подружках, о школе, о том, как они с родителями ездили отдыхать на Окинаву. Ребята сидели в кафе неподалеку от школы и, заказав десерты, ждали, пока их принесут. Лайт слушал Мису вполуха, и Айонаме совершенно не понимал, зачем друг попросил познакомить его с этой девушкой. Было очевидно, что парня не интересуют ее многочисленные истории, но смотрел он на нее как-то странно, да и Миса бросала на Ягами многозначительные взгляды. Такаши чувствовал себя неуютно рядом с ними, и, прокашлявшись, пробормотал: - Что-то десерты долго не несут, пойду спрошу, что у них там. После чего встал и спешно ретировался в сторону стойки. Амане проводила его взглядом, а затем в упор посмотрела на Лайта. - Ты - Кира?