how to train your (hiccup) dragon

- Пожалуйста, шагай быстрее, - Иккинг улыбается глазами, весь светится, и ладони у него потные; Джек знает, что это. Есть только одна причина, по которой его парень пребывает в возбужденном состоянии. Чего Джек не знает, так это стоит ли мне заказать на ибэе эротический костюм дракона, или не пытаться даже думать об этом. В его штанах тесно исключительно из-за Иккинга: из-за Иккинга за завтраком, набивающего себе рот кашей; из-за Иккинга на зельеварении, который сосредоточенно, со складочкой на лбу, пытается все сделать правильно; из-за Иккинга на квиддиче, который болеет за него так энергично… И, будь все проклято петрификусом, даже из-за говорящего о драконах Иккинга, которого и обезъязом не остановить. Ну а что возбуждает Иккинга? Драконья чешуя? - Знаешь, а я не сделал домашнее задание по травологии, - усмехается Джек, предпринимая попытки, слабые такие, выдернуть свою ладонь из Иккинговой хватки, но если речь идет о драконах, то Иккинг становится сильнее. Этот парень из древнего рода викингов, с которым он познакомился еще на первом курсе. Эта странная дружба слизеринца и гриффиндорца смущает всех, но только не Фроста. Иккинга – тоже да. Он садится от него как можно дальше на общих занятиях и избегает в коридорах. Только в Хогсмиде и на квиддиче все меняется. И это странно, нелогично. В общем, Джек до сих пор не знает причины такого идиотского поведения. И почему бы не поцеловать его на виду у всей школы? - Ну и черт с ней, с травологией, - иногда Иккинг даже… удивляет, потому что зельеварение и травология – его любимые предметы, - я тебе помогу, - он вдруг останавливается, но все еще не отпускает руки Джека, держа ее крепко, но все это было так волнительно, что Фрост напрягся, а зеленый с серебристым шарф впервые неприятно, словно змея, которых Джек не очень-то и любит, сдавливала шею, - если ты, конечно, пропустишь меня в свое подземелье, мистер староста. И да, Джек все еще не понимал, почему его избрали старостой в этом году. Но если Иккинг этим гордится… - Пропущу, если очень попросишь. Джек заигрывает. А Иккинг поджимает губы, и непонятно, что он хочет этим сказать. Хочется ли ему прямо сейчас поцеловать Джека, там, где никто не увидит. Или хочется ткнуть его волшебной палочкой из английского дуба под ребрами, напомнить о том, зачем они здесь, и, раскрасневшись, отвернуться. Джек уверен, что и сам Иккинг не понимает, чего хочет. Но слизеринцу это никогда не надоест. - И кому из нас это надо, а? Чтобы я тебя просил… - Во имя Мерлина, я же пошутил. Гриффиндорец откашлялся после недолгого молчания, поправил на себе двухцветный, алый с золотым, шарф и гордо зашагал вперед, всем своим видом показывая, иди за мной, иди давай, я больше не возьму тебя за руку, глупый, даже не надейся. Джек хорошо читает его эмоции. Кое-кто однажды сказал ему, что для студента Слизерина его сердце слишком часто бьется. Это может сыграть против него однажды. И Джек бы не хотел, чтобы Иккинг был его слабым местом в будущем. Только сильным. Пускай Иккинг будет его источником сил и веры. Вера тоже важна. И слизеринцев этому не учат. Этому Джека учил Иккинг. - Смотри, какой он хорошенький, - вздыхает юный викинг-волшебник, протягивая осторожно пальцы к маленькой черной фурии. Лесничий предупреждает их, что это может быть опасно, но Иккинг смотрит в голубые глаза Фроста и находит там то, что хочет – ледяное спокойствие. Джек видит в зеленых глазах напротив счастье и хочет смотреть в них вечно. И видеть в них счастье вечно – тоже. - Хорошенький, - соглашается Джек, наблюдая за тем, как маленький дракон, найденный Иккингом чуть ли не в Запретном Лесу, ластится к гриффиндорцу, понимая его намерения, чувствуя его тепло. Иккинг всегда говорил Джеку, что мы знаем о драконах одну сплошную ерунду, и что все не так, как в книжке написано, на самом-то деле. Джек верит, верит в каждое его слово, будь то в три часа ночи по телефону или в десять часов вечера на детской площадке, когда еще не пора домой, когда еще не хочется. Джек Фрост верит во все, что Иккинг скажет, и он верит во все то, во что раньше не верил. Ведь кто бы мог подумать, что магия – это реально, и полюбить парня, такого идиота – реально тоже.