Das Meer

Если бы ему суждено было жить, Алекс обязательно рассказал бы о том, какая тишина наступает за миг до того, когда толща воды разбивает стекло капитанской рубки. Секунду назад он ещё ощущал под ногами накренившуюся палубу, и вот его уже, словно куклу, отшвыривает спиной на металлическую стену, и осколки разбитого стекла, смешавшись с морской водой, прорезают китель и вонзаются в кожу. Шум воды вокруг заглушает хруст ломающихся рёбер. Пока его мотает по наполнившейся водой рубке, он не теряет сознания. Ему кажется, что он горит, а не тонет — настолько обжигает поглотившее его северное море. Когда наконец волны смыкаются над «Polarstern», он открывает глаза и сквозь пелену пузырьков с воздухом улавливает далёкий свет солнца. Инстинкты берут верх, и он начинает грести навстречу ему. Левая рука не слушается. Уже онемела, сломана или её оторвало — он не может понять, но несмотря на это, а также на потяжелевшую форму, что тянет его вниз, он пытается справиться с затягивающим водоворотом. Сильнее всего холодом жжёт голову, и кровь бешеным ритмом отстукивает в ушах: «жить, жить, жить». Он вспоминает об опытах Рашера. Выплыви он, у него будет меньше часа, до того, как он полностью окоченеет, если его не найдет спасательная шлюпка. «Этого не случится, они меня найдут», — думает он и продолжает грести действующей правой рукой. Наверх. В голове постепенно мутнеет, и он никак не может определить, далеко ли ещё до поверхности. Боль в лёгких становится невыносимой, и страх обрушивается на него сильнее, чем за несколько минут до этого обрушилась толща морской воды. Он пытается плыть быстрее, но с каждым гребком он чувствует, как море вокруг вымораживает из него жизнь. Вопреки его усилиям, он начинает медленно погружаться в разверзнувшуюся под ним чёрную бездну. Наконец лёгкие не выдерживают: молчаливый крик срывается с его губ и, захлебываясь ледяной водой, он чувствует тысячи лезвий, одновременно пронзающих его тело. Затем судорогой сводит все мышцы. Прекратив грести, он, словно в невесомости, повисает посреди окружившего его безмолвия. Где-то внизу «Polarstern» уже скрылась в непроглядной тьме. В отчаянии он поднимает голову навстречу полярному дню. Пробиваясь сквозь толщу воды, по нему, уже неподвижному, скользят лучи света. Он успевает подумать о том, что дорогие ему люди, возможно, спаслись и сейчас в безопасности. От этой мысли Алекс успокаивается. Ему наконец становится тепло.