От судьбы не уйти

— Кэтрин, открой эту чертову дверь! — Сальваторе без устали пытался достучаться до Пирс, которая уснула на диване в своей гостиной, совершенно забыв о том, что сегодня ее первый рабочий день. — Открой, или я сломаю ее нахрен! — парень пнул ногой железную дверь. Брюнетка подскочила с дивана, услышав ужасный грохот. Кинув взгляд на настенные часы, что остались от прежних хозяев, девушка не поняла, зачем Сальваторе пришел в такую рань. Упав в буквальном смысле с дивана, Кэт отправилась в коридор, потирая коленку, на которую неудачно приземлилась. — Ну, что ты творишь? — открыв дверь, спросила Кэт, показывая всем своим видом собственное недовольство. — Ты с ума сошла? Время видела ? — Стефан залетел в квартиру подруги, врезаясь в хозяйку. Цокнув языком, Пирс закрыла дверь за другом и вместе с ним направилась в гостиную. Недовольство тем, что ее чуткий сон был столь бесцеремонно прерван, возрастало все больше. Вернувшись домой далеко за полночь, практически утром, девушка не успела толком отоспаться и прийти в себя после жаркой ночки. Больше все ей сейчас хотелось тишины и спокойствия, но не как не нравоучений со стороны Стефана, к которым он с минуты на минуту должен был перейти. — Сейчас только полдевятого утра! Зачем было поднимать меня в такую рань? — возмутилась брюнетка, сложив руки на груди. — Может ты забыла, но сегодня наш первый рабочий день! — ответил в тон девушке Стеф. Кэтрин хлопнула ладонью себя по голове. Вчерашняя ночь стерла абсолютно все: Пирс забыла о работе, о том, что нужно рано вставать, и наконец о том, что с этого дня она должна была наконец-таки начать жить по законам взрослой и самостоятельной жизни, где нет мамы, которая всегда может что-то напомнить. Последние несколько часов она помнила лишь губы того парня из клуба, его руки на ее талии, ее учащенное дыхание и прочие мысли, планы канули в небытие по неизвестным Пирс причинам. Вспоминая то, чем они занимались вчера в клубе, Кэтрин невольно прикрыла глаза и прикусила нижнюю губу, вновь позабыв обо всем на свете. Стефан щелкнул пальцами возле глаз брюнетки, заставляя ее широко распахнуть глаза. — Господи, работа! — опомнившись, закричала девушка. — Нам далеко ехать до школы? Пирс, недолго думая, побежала в ванную, чтобы привести себя в человеческий вид. — Минут пять. В твоем распоряжении не больше пятнадцати минут! — крикнул Стеф, чтобы Кэтрин услышала его из ванной.

***

Серый Land Cruiser припарковался возле дверей старшей школы Мистик-Фолс и трое молодых людей вышли из машины. Девушка в черном платье уверенной походкой шагала на высоких каблуках ко входу в школу, ее светлые волосы развевались при ходьбе, двое парней шли с обеих сторон от девушки, позволяя младшей сестре идти на шаг впереди них. Какой-то парнишка, увидев их с крыльца школы, побежал открывать дверь. Бекка прошагала мимо, даже не заметив паренька, ее старшие братья одновременно бросили на него убийственный взгляд, и уже через секунду парнишки как ни бывало. Майклсоны были кем-то вроде недосягаемых звезд в этой школе. Данный статус был дарован им благодаря внушительному состоянию родителей и генам унаследованных от них же. Внешность троицы пожалуй была основным фактором, почему в учебном заведении трудно было сыскать девушку, которой не нравился бы один из двух братьев Майклсонов, а Ребекка, которая всегда не была обделена очаровательностью, в последние годы и вовсе расцвела привлекая к себе иногда излишнее внимание со стороны мужской части школы. Благо, что старшие браться всегда были начеку и готовы были надрать зад любому кто посмел бы даже в мыслях помыслить что-то непристойное в отношении Бекс. Главной особенностью их семьи был пожалуй тот факт, что они трудно сходились с кем-то по жизни и крайне редко пускали кого-то в свой тесный круг общения. В небольшом городке их естественно знал каждый и события их жизни обсуждались всеми, кому не лень, однако мало кто знал что-то личное, сокровенное про этих ребят. К примеру то, что каждый из них в глубине души мечтал, чтобы родители хотя бы иногда уделяли им свободное время, в повседневной жизни скрывалось за образом пофигистов, нескончаемыми шутками и отмалчиванием на тему семьи в принципе. — Как же это скучно, — закатив глаза, произнесла Бекс. — Ты о чем? — приобняв сестру за плечи, спросил Кол. — Обо всем этом, — девушка показала рукой впереди себя, — каждый день одно и то же. Клаус и Кол переглянулись между собой и усмехнулись словам сестры. Все расступались перед ними, позволяя троице идти по коридору беспрепятственно. Единственный человек в этой школе, с чьим мнением они считались — директор. Не потому, что они его боялись, а потому, что по совместительству он приходился им отцом. Взгляд Ребекки упал на застенчивого парня, что стоял возле своего шкафчика, издалека наблюдая за ее главной соперницей Кэролайн Форбс. Бекка толком не знала почему Кэролайн вызывала в ней бурю негодования и отрицательных эмоций, но один лишь внешний вид и премиленькая улыбочка капитанши школьной группы поддержки заставляли мисс Майклсон скалить зубы. За титул королевы школы велась негласная война между девушками, правда победительница до нынешнего момента так и не была выявлена. Почему-то из всех воздыхателей своей соперницы Бекс выбрала именно Мэтта Донована для постоянных подколов. Сам парень никогда не делал ничего плохого в отношении Ребекки, по школе за ним с незапамятных времен закрепилось мнение о том, что он и мухи не обидит. Однако блондинка изо дня в день позволяла себе ляпать что-то грубое по отношению к парню, видя его не разделенную любовь к Кэролайн. — Мэттью, глаза сломаешь! — смеясь в голос, пропела девушка, проходя мимо блондина. Донован подпрыгнул на месте от неожиданности, его глаза стали бегать из стороны в сторону, стараясь избежать столкновения с уверенным взглядом Бекки. — Сестренка, будь вежливой, — напомнил ей Кол, и девушка тут же отвела взгляд от растерянного парня на дорогу перед собой.

***

— Только попробуй рассказать ей, тварь! — Тайлер прижал девушку к стене под лестницей. Викки Донован рассмеялась прямо в лицо Локвуда, чем разозлила агрессивного парня еще больше. — Глупый, глупый Тайлер! — смеясь, проговорила девушка. — Кэролайн совсем тебя не любит. Брюнет прижал девушку к стене еще плотнее, схватив ее за горло. Ее слова заставляли его кровь закипать от злости. Тайлер встречался с Кэролайн уже довольно давно, они служили примером типичной «идеальной пары», которая только могла возникнуть в школьных стенах. Он — капитан школьной футбольной команды, она — капитан группы поддержки. — Забери свои слова обратно, — прошипел он в лицо Викки. Донован ни капли не испугалась агрессивных действий парня, ее веселило все происходящее. Это был далеко не первый раз, когда Тайлер изменял своей девушке по пьяне с ней, и она не раз была прижата к стене таким образом. Викки перестала испытывать страх перед Тайлером уже очень давно, когда поняла, что у нее перед ним есть существенное преимущество, ей в отличие от него терять было нечего, а точнее некого, и одно лишь ее слово могло разрушить идеально выстроенную жизнь Локвуда. — Какой же ты мудак! — выплюнула она в лицо Таю. Брюнет отпустил ее шею и сделал пару шагов назад, понимая, что перегибает палку. Единственное, чего он боялся, так это того, что Кэролайн узнает о его изменах и бросит его, чего ему категорически не хотелось. Форбс была идеальной девушкой для его родителей, ему завидовала большая часть мужской половины школы, в конце концов, она была хороша в постели и не выносила мозг — что еще было нужно парню? — Донован, блять, возьми свои чёртовы слова обратно! — закричал Тайлер, заставив девушку впервые за сегодня закрыть глаза в испуге. Викки толкнула парня в грудь, пытаясь пройти мимо него, но Локвуд схватил ее за плечи, не давая ей возможности двигаться. — Я закричу, — предупредила девушка. — Валяй! — усмехнувшись, он только покачал головой. Тайлер не рассчитывал на то, что Донован сдержит свое слово и действительно закричит, но его отношение к ней, вся эта ситуация в целом настолько разозлила девушку, что ей хотелось поскорее избавиться от компании такого ублюдка, как Локвуд, который не давал ей такой возможности. Ее пронзительный крик был слышен в нескольких метрах от лестницы.

***

Семья Майклсонов разошлись по разным сторонам, как только прозвенел звонок на первый урок. Клаус учился в выпускном классе, Бекка и Кол на класс младше, так уж вышло, что они были погодками. Бекс сразу отправилась на философию, будучи прилежной ученицей, в отличии от своих братьев, Колу же как всегда не захотелось идти в кабинет к началу урока, поэтому он решил прогуляться до собственного шкафчика, взять некоторые вещи и только потом с опозданием польстит преподавателя своим присутствием. Кол Майклсон, поднимаясь по лестнице, услышал женский крик, любопытство не позволило дальше идти на урок, именно поэтому шатен остановился, и стал прислушиваться. — Заткнись, блять, — послышался знакомый мужской голос из-под лестницы. Быстрыми шагами, перепрыгивая через ступеньки, Майклсон спустился на первый этаж и обошел лестницу. Рука Тайлера была прижата к губам Викки, заставляя ее молчать. — Локвуд, у тебя с головой не все в порядке? Отпусти девушку! — командным голосом сказал Кол. Тайлер обернулся, увидев перед собой Кола, он закатил глаза с недовольной миной, но все-таки выпустил Викки из своих цепких рук. — Майклсон, иди куда шел и не вмешивайся! — прорычал в ответ Тай. Кол покачал головой, пряча свою улыбку. Ему никогда не нравился Локвуд, слишком высокого мнения он о себе был. Майклсон довольно часто ловил себя на мысли, что был бы не прочь врезать ему, да только поводов обычно не находилось, ведь бить людей за их излишнюю выпячиваемость было не в его правилах. — Окей, я уйду, но только вместе с ней, — Кол указал рукой на девушку, которая переводила взгляд с одного парня на другого. — Ох, я бы не советовал тебе связываться с этой шлюхой, — с неким презрением в голосе бросил Тайлер. Донован скривила лицо, услышав неприятные слова в свой адрес. Ей было обидно до глубины души, ведь она была чертовски влюблена в говнюка Локвуда, хотя и понимала пагубность своего чувства. — Извинись перед ней, — его слова не были просьбой, скорее это был приказ из уст шатена. — Перед ней? — Локвуд рассмеялся, но Майклсону было вовсе не до смеха. Сделав пару шагов вперед, Кол сократил расстояние между ними до минимума. В его глазах плясали чертики, в кой-то веки у него появился обоснованный повод врезать зазнавшемуся парнишке. — Извинись перед девушкой, — прошипел он, глядя прямо в глаза Тайлера. Сглотнув, брюнет перевел взгляд на Викки, что стояла на расстоянии нескольких шагов от них, обнимая себя своими руками. — Извини, — бросил он ей нехотя с явным отвращением. Майклсон пихнул его к стене, как до этого пихал Тайлер Викки, после чего повернулся на пятках и, схватив Донован за руку, ушел. Как только они вышли из-под лестницы, парень отпустил руку девушки, они оба остановились. — Эм, спасибо, — неуверенно задрав голову вверх, чтобы заглянуть в глаза парня, произнесла Викки. — Держись подальше от таких отморозков, — дал ей совет Майклсон, после чего развернулся и побежал по лестнице на свой урок.

***

Стефан и Кэтрин подъехали к школе за десять минут до звонка. Директор в лице мистера Майклсона встретил их в школьном коридоре, заваливая друзей огромным количеством информации, по большей части ненужной. Стефану повезло чуть больше — он был новым учителем физкультуры, и в его расписании не было первых уроков, поэтому он мог приезжать по утрам в школу позже Пирс. У Кэтрин же каждый день были первые уроки. — Это тебя небеса покарали, — шепнул Стефан на ухо своей подруге, когда они держали в руках расписание уроков, что им выдал директор. — Интересно, за что? — возмутилась Пирс, уставившись на парня. — За вчерашние похождения, — Стеф подмигнул подруге, после чего скрылся где-то в толпе. Кэтрин топнула ногой из-за несправедливости, но возмущаться в свой первый рабочий день не стала. Ее ожидал первый урок в старшей школе Мистик-Фолс и тот факт немного нервировал девушку, все-таки не каждый день в ее жизни случался первый опыт работы. Девушка изучала в колледже философию, в свои двадцать три она решила стать преподавателем и попробовать донести до старшеклассников всеобщие законы развития мира и общества. Первыми «подопытными кроликами» для мисс Пирс стал одиннадцатый класс. Девушка долго не могла найти нужный кабинет, и в итоге опоздала на пару минут на свой собственный собственный урок, что было "неплохим" началом карьеры. Класс, вопреки ожиданиям Кэтрин, встретил ее с неким восхищением, вряд ли старшеклассники были настолько заинтересованы в ее предмете, как ей бы того хотелось. Куда больше их заинтересовала внешность юной преподавательницы и в подтверждение этому с задних парт даже послышался свист. — Новенькая? — спросила у Кэтрин девушка, что стояла возле учительского стола. Кэтрин расправила спину, взмахнув своими волосами, она подошла к учительскому столу и по-хозяйски положила на него собственные вещи. — Итак, давайте знакомиться, — Кэтрин подошла к первым партам, призывая подростков к вниманию, — я — ваш новый преподаватель философии Кэтрин Пирс. Волна перешептываний и переглядок прошлась по классу. Все взгляды были устремлены на брюнетку, но ее этот факт ничуть не смущал, она с детства привыкла к всеобщему вниманию и если таковое ей не уделялась, добивалась его всеми известными ей способами. Кэтрин подошла к доске, взяв кусочек мела в руку, она написала цитату, которой сама придерживалась в жизни. «Мечтать можно даже о том, о чем нельзя думать…» Ей натерпелось начать работать. — Итак, кто может высказать свое мнение насчет фразы, что написана на доске? — спросила Кэт у класса. Послышался стук в дверь, после чего в кабинет кто-то зашел. Кэтрин не стала отвлекаться, чтобы не потерять внимание класса, ее взгляд был по-прежнему устремлен на подростков. — Извините за опоздание, — девушку все же привлек знакомый голос. Повернувшись, Кэтрин встретилась с удивленным взглядом Кола, того самого парня, что никак не хотел покидать ее мысли после вчерашней ночи. Пирс глядела на него в недоумении в течении нескольких секунд, до тех пор пока осознание происходящего не пришло к ней. В этот самый миг она забыла, как дышать, осознавая всю серьезность сложившейся ситуации. Она переспала со своим учеником! Ноги отказывались стоять ровно, сердце начало отбивать бешеный ритм, но внешне она никак не выдала себя и свое внутреннее смятение. Сглотнув, девушка сделала вид, будто ничего не произошло. — Входите, — сдержанно улыбнувшись парню, произнесла она, — итак, давайте вернемся к нашей цитате, — повторила Пирс. На какое-то время класс погрузился в полнейшую тишину. Каждая секунда пугала Кэтрин все больше. В ее голове мелькали мысли о том, что она ужасный педагог и что зря надеялась на то, что сможет изменить что-то в сознании подростков, но уже буквально через секунду ее мысли возвращались к Колу, и она впадала в своего рода истерику, потому что не знала, как теперь вести себя с ним. Девушка, к которой подсел Кол, подала голос с задней парты. Кэтрин сосредоточилась на ее ответе, отодвигая личные проблемы на задний план. — Если «нельзя думать», то тому должна быть весомая причина, ну, моральная или этическая. Если эта причина не смущает меня, то почему бы и не помечтать? Но если причина мне неприемлема, то я не смогу о ней мечтать, как бы мне этого ни хотелось, — произнесла блондинка. Кэтрин улыбнулась ей, мысленно благодаря ее за смелость. Девушка улыбнулась в ответ, на ее щеках появились ямочки, точно такие же, какие Кэтрин заметила у Кола. Наконец, беседа завязалась, ребята стали активно высказывать свое мнение, перестали бояться осуждения, стали вступать в дискуссию, вовлекая все новых и новых участников. — Как насчет запретных мечт? — неожиданно задал вопрос Кол. — Что ты имеешь в виду? — переспросила Кэт, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. Парень качнулся на стуле, поднимая свой взгляд к потолку, стараясь правильно сформулировать свою мысль. — Есть такие вещи, о которых не только думать, но и мечтать нельзя, — пояснил он с легкой ухмылкой на губах. Пирс присела на край своего рабочего стола, расправляя слегка задравшуюся юбку. Она подняла свой взгляд на класс, но именно его карие глаза изучали каждое ее движение как-то по-особенному. — Для мыслей нет ничего запретного, на мой взгляд, так же, как и для мечты, — пожав плечами, легко ответила парню Кэтрин.