От судьбы не уйти

Обычно в пять часов вечера мало кого можно застать в школе. Это либо ученики, любящие проводить свободное время в библиотеке, каковых в школе именуют «ботаниками», или же спортсмены, усердно тренирующиеся перед важными соревнованиями. Кэролайн Форбс всегда была трудоголиком, этой девушке было по нраву подолгу засиживаться в школе, стараясь как можно меньше времени проводить дома, где царствует наколенная атмосфера. Кэр могла придумать миллион и одну причину, чтобы остаться в школе на часок подольше остальных, наверное, поэтому она всегда участвовала в общественной жизни школы, организовывая различные тематические вечеринки, митинги и прочую школьную ересь. Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих, за исключением прихода двух молодых учителей в школу. Как обычно, после окончания занятий Кэролайн собрала группу поддержки в школьном спортзале отрабатывать новые связки, приготовленные для матча, что состоится через несколько дней. — Что ж, все молодцы, все свободны, — спустя час тренировок, Кэролайн решила отпустить девочек по домам. Форбс лениво приземлилась на трибуну, взяв в руки мирно лежащий на соседнем сиденье телефон, блондинка взглянула на время. Полпятого. — Еще полчаса, — еле слышно подсчитала время до конца тренировки Тайлера она. Локвуд и Форбс встречались уже около года. Кэролайн казалось, что найти парня лучше, чем Тайлер — невозможно. По ее мнению он идеально подходил ей, ведь у них был год разницы, Локвуд учился в выпускной классе, в то время как Кэролайн — в одиннадцатом. Тай был высоким симпатичным спортсменом, а самое главное, что их отношения были стабильными. Их пара являлась эталоном для любой американской школы, ведь они оба были «звездами» школы, их отношения им заранее были приписаны общественностью. Форбс хотела отправиться на стадион и понаблюдать за тренировкой парней, но подумав, что лучше эти полчаса потратить на душ, девушка встала с трибун и отправилась в раздевалку. Прохладные и оттого бодрящие капли воды стекали по телу блондинки, вызывая легкий дискомфорт. Форбс всегда любила стоять под холодным душем несмотря на запреты матери, так она позволяла своему разуму всегда оставаться в трезвом состоянии. Завернувшись в полотенце, девушка на носочках перебежала из душевой к шкафчику со своими вещами. Раздевалка была совершенно пуста, поэтому звук открывающегося шкафчика прозвучал довольно громко. Надевая одну за другой вещи из своего гардероба, Кэролайн напевала строчки из песни, которая застряла в ее голове самого утра после прослушивания радио по пути в школу. Тишину прервал шум воды. Кэролайн подпрыгнула на месте от неожиданности. Будучи уверенной в том, что она выключила воду, Форбс все же отправилась в душевую проверить, закрыт ли кран. Еле слышно она подошла к двери и легонько толкнула ее. Увидев пар, исходящий из одной из кабинок, Кэролайн прикрыла ладошкой свой рот. Она точно была в душевой одна, а в спортзале кроме нее никого не было. Девушку стало трясти из-за взявшегося из ниоткуда страха. Она не могла даже шевельнуться. Хотелось вскрикнуть, да вот только голос, словно пропал. Форбс была как раз тем самым типом людей, которые от испуга сиюминутно впадают в полнейший ступор. Кран с водой закрылся, и явно не женская рука потянулась за полотенцем. Кэролайн невольно сглотнула, понимая, что ей следовало бы давно покинуть помещение, однако она все еще стояла на прежнем месте. Спустя минуту, из кабинки вышел Клаус в одном лишь полотенце, обмотанным вокруг бедер, и его внешний вид не мог не повергнуть капитана группы поддержки в шок. — О, Господи! — выдохнула с облегчением Кэр, когда поняла, что это всего лишь Майклсон. — Форбс? — блондин остановился на месте. — Ты чего это тут делаешь? Не уж-то подглядываешь? — хитрющая улыбка расплылась на лице парня, а его брови взметнулись вверх в удивлении. — Я? — выпучив глаза на парня, переспросила Кэролайн. Блондинка вдруг совершенно забыла, что она вообще здесь делает и только хлопала ресницами, вместо того, чтобы ответить хоть что-то вразумительное. Вид полуобнаженного парня изрядно мешал ее разуму сосредоточиться и выдать внятный ответ, хотя она мысленно и корила себя за то, что не должна так бесцеремонно глазеть на кого-то, кто не являлся ее молодым человеком. Клаус сделал несколько шагов навстречу растерянной девушке, продолжая хитро улыбаться. — Миленько выглядишь, кстати, — подметил парень. Кэролайн не поняла, что имел в виду Клаус, пока не увидела футболку в своей руке. Опустив глаза вниз, девушка поняла, что стоит перед Майклсоном в лифчике. Быстро прикрыв грудь своей же футболкой, девушка уверенно подняла взгляд на блондина. К щекам Кэр стал приливать румянец, однако она умело держалась, стараясь сохранить на лице маску невозмутимости. — Спасибо, что подметил, — наконец ответила она ему, спустя несколько минут тишины. Кэролайн, сама того не замечая, стала пятиться назад, так как парень продолжал уверенной походкой идти ей на встречу. Когда позади Форбс была лишь стена, и отступать было некуда, Клаус потянулся рукой к мокрым волосам, откинув их назад. Капелька воды слетела с его кудрей, медленно стекая вниз по торсу. — Так откровенно глазеть — верх неприличия, — заметил Клаус, находясь всего в нескольких шагах от девушки. — Тоже самое я могу сказать и тебе, — поправляя футболку, постоянно спадавшую вниз, ответила Кэролайн. Блондин усмехнулся замечанию девушки. Вся эта ситуация забавляла его, но в тоже самое время ему было интересно, чем может закончиться подобная нелепая встреча и как далеко способна зайти малышка Форбс. Окинув ее изучающим взглядом, Майклсон подошел к Кэролайн максимально близко. Находясь на опасной близости друг к другу они по непонятным обоим причинам не могли оторвать взгляда. Это была словно игра, в которой победитель получает все, а проигравший уходит ни с чем. Один из них-таки должен был покорить другого. Вопрос лишь был в том: кто кого? Кэролайн всматривалась в глаза изумрудного цвета и тонула в их глубине. Какое-то непривычное чувство появилось где-то в районе груди и медленно стало опускаться к низу живота. Вожделение окутало ее с ног до головы, несмотря на судорожные крики разума о том, что это явно не дружеская беседа набирает все больше оборотов. . Ярко голубые глаза девушки как-то по-особенному загорелись, когда ее взгляд остановился на пухлых губах парня, к которым невыносимо хотелось прикоснуться, но останавливала реальность. Майклсон знал, что он делает с ней, потому что чувствовал то же невероятное притяжение, противостоять которому было практически невозможно. Они потянулись навстречу друг другу, между их губами оставалось всего несколько миллиметров. Кэролайн ощущала дыхание Клауса на своих губах. Девушка закрыла глаза не в силах терпеть эмоциональное напряжение, что царило между ними. С одной стороны ей хотелось сбежать, ведь не в ее правилах было вести себя подобным образом при наличии молодого человека, а с другой - эмоции полностью подавили ее сознание, практически не оставляя права выбора. В какой-то момент гневный взгляд Тайлера, словно вспышка появился перед глазами Кэролайн, он словно прожигал в ней дыру. Распахнув глаза, девушка в испуге оттолкнула от себя Майклсона. Оглядевшись по сторонам, девушка поймала на себе удивленный и немного раздраженный взгляд Клауса, но наплевав на все, она выбежала из душевой. — Форбс! — крикнул ей вслед парень, но Кэролайн даже не обернулась. Присев возле шкафчика, Кэр закрыла лицо руками. Поток различных мыслей сбивал её с толку, она не понимала, почему позволила Майклсону приблизиться к себе, не понимала и того, что происходило с ней пару минут назад. Блондинка с опаской поглядывала на дверь в душевую, ей не хотелось, чтобы Майклсон оказался здесь. Наконец-таки надев свою майку, она быстро покидала свои вещи в спортивную сумку и выбежала в коридор. Форбс боялась себя и своих желаний, совесть напоминала о произошедшем каждую секунду. Кэролайн не могла думать ни о чем другом, кроме как об опасной близости Клауса к ней всего пару минут назад.

***

Ребекка подошла к холодильнику и достала пачку апельсинного сока. Ее брат бесцеремонно выхватил сок из рук сестры и сделал несколько глотков. — Кол, сколько раз я просила не пить из горла? — возмутилась Бекс. Шатен вытер тыльной стороной ладони рот, после чего сунул пачку с соком обратно в руки сестры. Девушка выразила все свое недовольство в одном лишь взгляде. — Не кипятись Бекс, — он потрепал ее по голове, — тебе не идет быть злюкой. Блондинка сердито фыркнула на брата. Больше всего на свете ее раздражало, когда кто-то прикасался к ее волосам без разрешения. Шатен, конечно же, знал об этом, но всегда специально раздражал сестру. Кол, не обращая внимания на рассерженную Бекс, запрыгнул на диван и, развалившись на нем, достал телефон из кармана. Листая ленту в твитере, парень иногда улыбался, замечая действительно смешные посты, чаще всего это были фотографии его друзей с каких-либо вечеринок. Друзей — это слишком громко сказано, людей, с кем Майклсон тусил время от времени. Ребекка подошла к дивану и, скинув ноги брата на пол, уселась рядом. Кол убрал телефон в сторону, взглянув на сестру с негодованием. Блондинка молча включила телевизор, делая вид, будто ее брата и вовсе нет в комнате. Решив играть по ее правилам, Кол закинул свои ноги на Ребекку и продолжил листать ленту. — Где снова носит Ника? — наконец прервала тишину Бекс. Кол, не расслышав, что спросила девушка, глянул на нее вопросительным взглядом. — Я спрашиваю, где Ник? — с недовольством в голосе переспросила она. — Кажется, у него тренировка по плаванью, — с безразличным видом кинул в ответ Кол. Между братом и сестрой вновь повисло неловкое молчание. Бекс стала нервно постукивать пальцами по ноге брата, что ужасно раздражало парня. — Ребекка, мать твою, прекрати это делать! — закипел Кол. Сложив руки на груди, блондинка отвернулась в противоположную сторону, чтобы не смотреть в глаза Кола. Майклсону тут же стало неудобно перед сестрой, что он зря накричал на нее, каждый раз он удивлялся тому, как ей ловко удавалось крутить своими старшими братьями. — Прости, — тихо произнес он, тяжело вздохнув. Ребекка повернулась обратно с победоносным видом, ужасно радуясь тому, что смогла пробудить совесть у своего бессовестного брата. — Ты сегодня какой-то скрытный, — вдруг сказала Бекс, чем удивила своего брата. — Что ты имеешь в виду? — уточнил он. Кол убрал ноги с сестры и принял сидячее положение. Все его внимание теперь было сосредоточено на сестре. Ему не особо хотелось, чтобы кто-либо мимо него самого знал о мисс Пирс и изрядно напрягся, когда сестра стала задавать странные вопросы ему. — Ты был вчера в клубе, но я еще не услышала твоих коронных историй о том, как ты «отжарил мега-телку», — спародировав голос брата на последних словах, пояснила блондинка. Кол закатил глаза. Обычно Ребекка жутко бесилась, когда он первым заводил беседы такого рода, а теперь вдруг переживала из-за того, что он умолчал. Одним словом — женщина. — Рассказывать нечего, я так и не нашел ту самую, с которой бы мне захотелось уединиться, — соврал он, не поведя бровью. Кол все-таки окончательно решил умолчать о Кэтрин. Он не был дураком и прекрасно понимал, что это может привести к серьезным проблемам не только у него, но по большей части у нее. Решив, что это будет их маленьким секретом, Майклсон не стал рассказывать сестре о том, что произошло в клубе прошлой ночью. Молодой человек не слишком удивился, когда сестра поверила в его слова, ведь он был прекрасный лжецом, одним из лучших в этом деле. Как-никак, годы тренировок! Его мысли вновь и вновь возвращались в прошлую ночь. Каждый раз, закрывая глаза, он видел образ Кэтрин, изящно танцующей в своем красном платье среди многочисленной толпы. Кол ожидал и более того желал встретить ее где угодно, но только не в собственной школе. Она могла бы оказаться актрисой, бизнес-леди, танцовщицей, в конце концов, преступницей, но она оказалась его учителем философии! «Для мыслей нет ничего запретного, на мой взгляд, так же, как и для мечты.». Эта фраза вновь и вновь воспроизводилась в голове ее голосом. Он помнил, как она вздрагивала, когда он шептал ей на ухо. Ему нравилось, как она пыталась скрыть улыбку, когда он называл ее «прелесть». Ему нравилась эта игра в запретную связь, и он не хотел так быстро сдаваться. — О чем ты думаешь? — вновь вырвала его из собственных мыслей Ребекка. — О полной ерунде, — усмехнувшись, ответил Кол. Его пальцы машинально потянулись к губам, вспоминая сладкий вкус ее губ.