От судьбы не уйти

Стрелки часов давно перевалили за десять вечера, на город опустился мрак. Майклсон лежал на трибуне, заведя одну руку за голову, и любовался ночным небом. Там далеко виднелись тысячи звезд, они были так прекрасны, но так недосягаемы. Кол лежал здесь примерно пару часов, но мисс Пирс так и не соизволила объявиться. Майклсон смотрел в никуда и лишь иногда усмехался своим собственным мыслям. Он до сих пор не мог понять, как эта своенравная брюнетка за такой короткий срок сумела пробраться в глубину его души. Он никого и никогда не подпускал так близко к своему сердцу, как позволил сделать это ей, а в ответ слышал лишь дурацкие разговоры о субординации. В голове парня крутились множество мыслей, но все, так или иначе, сводились к ней. К Кэтрин. Цоканье каблуков послышалось где-то в отдалении. Колу не нужно было поворачивать голову, чтобы удостовериться, что пришла именно она. Он слишком хорошо знал ее походку, темп ее ходьбы. Эта была Пирс, и он не смел даже усомниться. — Это тебе, — парень вытянул руку вперед с фирменным пакетом из McDonald’s, но так и не отвел своего взгляда от ночного неба. Пирс оглядела непринужденную позу парня и только потом заметила его протянутую руку. — Что это? — спросила она, забирая пакет из его рук. — Я купил нам бургеры, но ты немного опоздала на ужин, — слишком спокойно ответил ей Кол. Закусив губу, Кэтрин сделала несколько шагов навстречу Колу. Приняв пакет из его руки, девушка лишь покачала головой и хмыкнула себе под нос. Присев на ступеньку ниже, чем Кол, она положила пакет к себе на колени. — Знаешь, обычно парни дарят девушкам цветы или же конфеты, но никак не булку из макдака, — начала причитать Пирс. — Во-первых, мы не обычная пара, — наконец удосужился глянуть на свою собеседницу Майклсон, — а во-вторых, там не только бургер, но и картошка. Брюнетка не могла не усмехнуться ему в ответ. Только он был способен на подобные вещи. Только он знал, как ответить на любой ее выпад, поворачивая ситуацию в свою пользу. Карие глаза парня как бы невзначай пробежались по телу Кэтрин. Кол приподнялся на локтях и, изогнув одну бровь в немом вопросе, продолжал изучать девушку напротив своим пристальным взглядом. — Ах, конечно, это многое меняет, — сарказм так и лился сегодня из уст брюнетки. Пирс внешне выглядела совершенно спокойно, даже как-то слишком, но то, что происходило внутри нее, не поддавалось описанию. Она не волновалась так даже перед сдачей экзаменов на водительские права. Мандраж, охвативший ее целиком, был вызван именно близким присутствием Кола. Тишина окутывала их, лишь откуда-то издалека были слышны голоса прохожих, звуки проезжающих машин, шелест листьев. — Кажется, ты хотел поговорить, — первой нарушила тишину Пирс. Девушка демонстративно закинула одну ногу на другую и, упершись локтем о спинку своей сидушки, сосредоточилась на Майклсоне. — По-твоему, говорить должен только я? — самодовольная ухмылка скользнула на лице парня. — Из нас двоих именно тебя не устраивает то, что происходит между нами. Майклсон говорил негромко, но этого было достаточно, чтобы по телу Кэтрин бегали мурашки. Каждый раз, когда его бархатистый голос нарушал тишину, она еле сдерживала себя, чтобы не сорваться с места и впиться в его губы поцелуем. — Кол, — начала говорить Кэт, и ее голос прозвучал слишком низко, — я твой учитель, понимаешь? — Понимаешь, — недовольно буркнул он в ответ, кривляясь. Ловко перепрыгнув через ступеньку, шатен оказался рядом с Пирс. Их лица находились на совершенно мизерном расстоянии друг от друга. Она чувствовала его дыхание на своей шее. Аромат ее цветочных духов дурманил его сознание. Каждый раз они сдавались друг другу в плен, без намека на сопротивление. — Тебе ведь хорошо со мной, — прошептал Кол, нежно касаясь кожи ее щеки. Кэтрин судорожно ловила ртом воздух, пытаясь собрать воедино капельки самообладания, дабы суметь дать ему отпор. Хотелось кричать в блаженстве только лишь благодаря его легким прикосновениям. Подушечки его пальцев, мягко скользившие по ее бархатистой коже, пожалуй, дарили самое настоящее волшебство. — Неправильно все это, — Кэтрин отвела взгляд в сторону, стараясь избегать прямого контакта с Колом. Майклсон не был дураком. Он прекрасно видел, что Кэт говорила не от сердца. Он чувствовал ток между ними. Молодой человек во что бы то ни стало, решил выяснить все прямо здесь и сейчас. Его бесила эта неопределенность, все эти слова про неправильность происходящего он слышал из ее уст уже много-много раз, сейчас ему нужна была конкретика. — Скажи, что ничего не чувствуешь ко мне, и я обещаю, что перестану лезть в твою жизнь, — совершенно серьезно произнес Кол. Пирс непроизвольно вздрогнула, услышав слова парня. От прежней самодовольной ухмылки на лице парня не осталось и следа. Майклсон впервые за последнее время был серьезен. Кэтрин обхватила ладонями свое лицо. Она никак не думала, что в ее новой взрослой жизни будет происходить нечто подобное. Сейчас она находилась в абсолютно безвыходном положении, еще шаг, и пропасть. Конечно, Пирс не любила Майклсона, любовь никак не начинается с одноразового секса в клубе. Но она явно что-то испытывала к нему, какое-то притяжение, которое с каждым днем лишь росло. Девушка не знала, что ей делать. Будто весь непосильный груз сложившейся ситуации упал на ее хрупкие плечи. — Я ничего к тебе не чувствую, — подняв глаза на Кола, произнесла она. Ни одна эмоция не скользнула на ее лице. Будто это был заученный текст, совершенно ничего незначащий для нее. Глаза были стеклянными, ни одна мышца на лице не дрогнула. Кэтрин была хорошей актрисой, но весь ее артистический дар пропадал рядом с Майклсоном. — Врешь, — промурлыкал Кол и снова погладил Кэт по щеке, — по глазам вижу, врешь. Брюнетка резко подскочила со своего места, скинув с себя руку парня. Она задыхалась, она тонула, она погибала. Пирс долго не могла решиться на этот разговор, потому что знала заранее — она проиграет. Как бы ей не хотелось казаться сильной, независимой, у нее ничего не выходило, когда на горизонте появлялся Майклсон. Кэтрин обхватила себя за плечи и отвернулась от парня, устремляя свой взгляд на ночное небо. — Чего ты от меня хочешь? — срывающимся голосом произнесла она, так и не повернувшись к нему лицом. Пирс знала, стоит ей повернуться и еще раз взглянуть в его бездонные карие глаза — она снова подастся искушению. Что бы ей не шептал разум, сердце кричало в разы громче. — Почему ты так любишь все усложнять? — раздался голос Кола у самого ее уха. Майклсон глядел в затылок девушки, надеясь, что воздвигнутые ею стены рухнут. Он готов был скрываться, готов был молчать, готов был даже перейти в другую школу, если бы у них была возможность быть вместе. Почему-то он отчаянно хотел именно ее. — Тебе лучше найти кого-то своего возраста, — скрепя сердцем, шепнула Кэт. Ее слова прозвучали еле слышно, но в голове Кола они раздались в разы громче. Только Пирс могла так влиять на него, только ее слова могли настолько вывести его из себя. Майклсон младший хотел рвать и метать. На зло той, что заполнила собою все его мысли. Колу отчаянно захотелось превратить эти брошенные ею на ветер слова в реальность. — Знаешь, прелесть моя, а я так и сделаю, — шепнул он с нотками обиды в голосе и, развернувшись на пятках, стал быстро сбегать по ступенькам вниз. Одно лишь слово «прелесть» заставляло стадо мурашек пробежать по телу Кэтрин, но приставленное к нему слово «моя» добило ее окончательно. Сталь в голосе парня говорила о том, что Майклсон был серьезен как никогда. Весь сегодняшний разговор был серьезен. Когда звуки его шагов перестали быть слышны, Кэтрин наконец позволила себе обернуться. Его фигура стремительно покидала школьный стадион, в то время как Пирс еле сдерживала слезы, наворачивающиеся на глаза, убеждая саму себя, что так будет лучше для всех. Медленно опустившись на сиденье, она взглянула на пакет из McDonald’s и невольно улыбнулась. Знакомый запах фастуда ударил в нос, стоило только раскрыть пакет. Пирс сидела совсем одна на трибунах и, медленно пережевывая во рту бургер, смотрела на звезды. Такие далекие, такие прекрасные…

***

— Ты как? — осторожно спросил Клаус, обращаясь к Кэролайн. Всю дорогу от дома Локвудов до дома девушки она не проронила ни слова. Блондинка лишь смотрела в окно, пряча глаза от Майклсона, и по содрогающейся спине девушки не трудно было догадаться, что она плакала. — Нормально, — смотря перед собой, ответила хриплым голосом девушка. Хотя на деле все было далеко не нормально. Кэролайн до сих пор с трудом осознавала произошедшее. Столько событий в один день свалилось на нее, что невозможно было не сломаться. Майклсон заехал на парковку возле дома семьи Форбс и заглушил машину. Парень повернулся лицом к Кэролайн и потянулся рукой к ее волосам. — Хочешь поговорить? — поглаживая ее по голове, тихо спросил он. В ответ она лишь отрицательно качнула головой. Закрыв руками лицо, она положила голову на свои колени, и тихие всхлипы девушки заполнили салон его автомобиля. Клаус совершенно не знал, что делать. Больше всего на свете он сейчас жалел, что Тайлер слишком мягко отделался. — Тише, тише, — шептал блондин, опустившись к уху девушки, — станет легче, поверь мне. Когда Кэролайн вдруг позвонила ему и еле внятно рассказала о случившемся, он тут же сорвался с места. Клаус до сих пор не мог понять, что разглядела Форбс в Локвуде, почему посвятила всю себя ему, и как Тайлер мог так подло поступить со своей девушкой. Майклсон не верил в любовь и никогда не скрывал этого, но он признавал верность между людьми, взаимоуважение, симпатию. — Так больно, — всхлипнула Кэролайн, поднимая голову с колен. Встревоженный взгляд Клауса следил за каждым движением девушки. Она коснулась рукой своей груди и снова всхлипнула. — Он поплатиться за то, что ударил тебя, — прошипел Клаус, скаля зубы. События сегодняшнего дня калейдоскопом пронеслись перед глазами Майклсона. Он отчетливо помнил тот момент, когда увернулся от кулака Тайлера, и тот прилетел в ничем неповинную Кэролайн. Он бы хотел вернуть время вспять и позволить Локвуду ударить себя, дабы хоть немного облегчить страдания девушки сидящей напротив сейчас. — Нет, — покачала головой Кэр, — внутри болит, — тихо проговорила девушка, — как будто душа потрескалась, порвалась, понимаешь? Парень положил голову на руль и устремил свой взгляд на заплаканную девушку. Ее щеки были опухшими, глаза — красными от непрошеных слез, но Майклсон по-прежнему считал ее красивой. Его рука вновь потянулась к ней и заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Клаус молчал, попросту не зная, что сказать. Все, что он мог предложить ей сейчас — это уютное молчание, свои объятия и мягкие поглаживания. — Я не понимаю, за что он так со мной, — устремив глаза к потолку, проговорила Форбс. Блондин потянулся к ней вперед, заключая девушку в кольцо своих объятий. Она молча уткнулась лицом в его грудь и тихонько сопела, в то время как его ладони гладили ее по спине. — Я тоже не понимаю, — шепнул он, целуя Кэр в макушку. Майклсон не предал своим действиям большого значения, в отличие от Форбс. Девушка тут же отстранилась от парня и уставилась своими огромными голубыми глазами на него. — Не надо, — покачала она головой из стороны в сторону. Настало время парня удивляться. Блондин провел рукой по своим волосам и вопросительно изогнул брови, задавая свой немой вопрос. — Сейчас не лучшее время для начала новых отношений, — четко проговорила она, вытирая нос тыльной стороной ладони. — Я не… слушай, я просто хотел тебя успокоить, — начал говорить Клаус, но был перебит. — Слушай, правда спасибо тебе, что приехал, — начала лепетать Кэр, — что вступился, поддержал, — блондинка отвела взгляд, пальчиками смахивая слезинки, — но я правда не готова к чему-то новому и не знаю, когда буду готова. Руки парня с силой сжали руль, так что костяшки его пальцев побелели. Клаус ловил каждое слово из уст Кэролайн. Ее сердце было разбито, на его восстановление требовалось время. Он прекрасно понимал это, и был готов ждать, но ему нужна была уверенность в том, что ему есть, чего ждать. — Я знаю, Кэр, знаю, — ответил он, — я буду рядом, слышишь? Блондинка закачала головой в разные стороны. Форбс ловила ртом воздух, стараясь держать себя в руках из последних сил. — Не надо, Клаус, — шепнула она, — я должна сама с этим справиться. Даже сейчас Форбс была собой, не позволяя другим людям решать ее собственные проблемы. Она всегда была независима, самостоятельна. Ей лишь нужно было время, чтобы собрать себя по кусочкам, восстать из пепла. Девушка потянулась к ручке двери, ловко спрыгивая на землю. Она обернулась, встречаясь взглядом с Клаусом, который собирался выйти из машины следом за ней. — Я сама дойду, — легкая улыбка тронула ее губы впервые, после случившегося, — тут всего два шага, — указывая рукой на входную дверь, произнесла Кэр. — Как знаешь, — ответил ей Клаус, заставляя самого себя не идти за ней следом. Девушка осторожно закрыла за собой дверь его машины и, махнув рукой, направилась к дому, обхватив себя руками. Майклсон стоял на парковке перед домом семьи Форбс до тех пор, пока Кэролайн не скрылась за дверью, бросив на него последний взгляд. Заведя автомобиль, парень выехал на дорогу и отправился в сторону своего дома. Он и сам не знал, что происходило с ним, но еще ни одна девушка не заставляла его чувствовать себя подобным образом. Блондин готов был повиноваться каждому ее слову, переступать через себя. Клаус решил, что не отступит, только не сейчас. Он готов был ждать, готов был сражаться. Он чувствовал, что это его, а за свое всегда нужно бороться до конца…