Дневник алого дракона.

Мне говорили, что полезно писать дневник.. но это скорее обрывки моих мыслей. Держи. Не сказал бы, что это меня радует. Мой ли это выбор? Едва ли. Я всегда чувствовал – только лишившись всего, я обрету истинную свободу. Я найду силу в себе. Настало время пронзить этот прогнивший мир, выпустить немного вонючей гнили людишкам под ноги, чтобы не я один изо дня в день чувствовал как от них воняет. Воняет. Воняло. И будет вонять. Завистью, тщеславием, развратом, ложью.. они слышат его, этот запах, но они ко всему привыкают, быстро привыкают и перестают на него реагировать, необходим новый порез, новая встряска. Мои волосы алого цвета, как и глаза. Это всегда их пугало. Их всегда пугает что-то новое. Если же это новое их не пугало, или пугало, но они пережили этот страх, это становится модным. Если бы я не был таким с рождения, может, меня бы приняли. И ходили бы все с алыми линзами, красили бы волосы в алый. Клонированные уроды. Знаете, есть даже такая модель поведения, когда группа ради своей целостности отвергает других. В лучшем случае отвергает. Моя семья хранила в себе силу огня. Я же пускал огонь по железным венам. Что может быть слаще метала, закаленного в огне? Белобрысый, голубоглазый братец. Из-за своей любви к людишкам ты и пострадал. Пал жертвой доброты душевной. После твоей смерти, брат. Я не нуждался в заточении.

«Закрой глаза. Алый рассвет. Алый закат. Дракон алым лезвием пронзил мое сердце. Ты счастлив? Брат?»

Управление металлом, дарованное мне матерью. Сила огня, унаследованная от отца. И бережно хранимое любимым братом существо. Все это вырвалось наружу. Созданные из металла, мои игрушки были прекраснее живых. Они дышали огнем и от их прикосновений оставались ожоги на любой поверхности. Языки пламени повсюду. Драконы, разрывающие небеса гневным воплем, драконы, созданные из металла с душой, полной огня. Кошки размером с лошадь, с горящими огнем глазами, чьи милые лапки оставляли пожары. Они не убивали. Они уничтожали. Они резали. Резали мир. Заставляли его содрогнуться. Наполняя его алым цветом. Капли дождя, словно вырванные из огня искры. Как будто родилось новое солнце. Солнце в моей груди. Я ликовал. Я пел. Душу пронзал сладкий вкус агонии. Кровь с привкусом металла последнее, что делало меня похожим на них. Как муравьи они суетились. Рыдали. Спасали свои пожитки, хватали деньги. Как будто это важно. Готовые убить и затоптать каждого, кто будет препятствовать возращению их богатства. Богатства ли? Даже в этом они нашли способ для заработка. Люди обвинили хранителей стихий и объявили войну. Трусы. Скряги. Тупицы. Пока они не пришли на наши земли, мы вольно странствовали и любовались мирами. Но, когда они заявились к нам, то настроили кучу фабрик, домишек, и даже хранители спустились до того уровня, чтобы жить ради заработка. Жить ради того, чтобы выжить. Вольные народы забыли, что значит воля. Они спрятали ее за решетками из золотых свитков. Вольных путников не осталось. С самого детства я мечтал отправиться в путешествие по мирам, исследовать, учить, учиться видеть что-то новое, становиться для кто-то чем-то новым. Но ради моего благополучия и «счастливого» будущего брат отобрал у меня это. Он «оберегал» меня. Меня ли? Лезвием войны я пронзил мир. И мир содрогнулся.