feels

      Имеет ли это смысл?       Основой всех действий и поступков Юнги является именно этот критерий. Положительный ответ на этот вопрос неминуемо ведёт к долгому и упорному достижению заданного результата. Отрицательный же — не заставит сахарный пальчик даже пошевелиться. В этом принципе двойственности кроются также две абсолютные крайности душевного состояния Мина, являющиеся одновременно его силой и самой большой слабостью.       Мин Юнги — творец. Вдохновлённый очередным приходом музы, способен сутками сидеть за аппаратурой и создавать, создавать и создавать. Но муза — дама довольно жестокая и беспощадная и приходит даже тогда, когда он — Шуга.       Мин Шуга — айдол. Не имеющее права голоса существо, подписавшееся пахать на ТВ, фансайнах, концертах и прочем без сна и отдыха, в любую погоду, 24/7, делая при этом вид довольного на все сто жизнью. Даже когда вдохновение ногой вышибает двери сознания, уютно располагаясь внутри гениальными строчками, которым суждено пропасть из памяти, так и не достигнув своего материального воплощения на бумаге.       Мина — и Юнги, и Шугу — разрывает от противоречий. В первую очередь, своим собственным принципам. Во вторую — от больного горла, отзывающегося в каждом слове излишней хрипотцой. И если простуда — явление временное, то от самокопаний пилюльки пока не придумали.       При таком ритме жизни, кажется, давно уже можно потерять настоящего себя и срастись с ежедневно носимой маской, окончательно растворившись в придуманном образе.       Ниточка отношений — что-то вроде альтернативы тем самым «пилюлькам». Бессмысленная абсолютно и в то же время как воздух необходимая. Можно голову на плечо уложить, расслабиться, вздремнуть даже и совсем не думать о мотивах. Можно под чужое одеяло среди ночи залезть — к стенке пододвинутся и одеялом поделятся. Потому что так — правильно. Настолько же правильно, как и бессмысленно.       Постепенно Юнги начинает воспитывать в себе творца — что не зависел бы от визитов суровой дамы под ручку с пинающимся вдохновением, айдола — что не зависел бы от общественного и продюссерского мнений, и сводит не актуальные более поиски смысла на нет.       Просто потому что так — правильно. А искать в этом смысл — разве не бессмысленное занятие?