Крест-накрест (ПсиКоп#2)

Департамент шерифа округа Лоуренс оказался группой довольно славных ребят. Не знаю, был ли среди них кто-то со сверхъестественными способностями. Если и был, то наверняка со слабым даром и не проходил сертификацию, но оказался вполне способным уловить какую-то неправильность в том мини-отеле или парне с торчащими волосами, или, может, в Дженнифер Ченс, изображающей краснеющую невесту. Парень-ежик увел бы меня по задней лестнице, если бы парочка помощников шерифа не скрутила его, засунув на заднее сидение своего внедорожника. И хотя эти замечательные, вскормленные на кукурузе помощники шерифа спасли мой зад, я предоставил Морису право разбираться с проблемой того, что мне необходимо находиться поблизости от Роджера Берка, чтобы получить заявление от Моргенштерна. Заявления от покойников не считаются вескими доказательствами и они проходят долгий путь, прежде чем превратиться в полноценное расследование. У Мориса был свой способ сказать людям, что им делать, не выглядя при этом властным, и чтобы потом они почувствовали удовлетворение от проделанной работы. Не напугав их до судорог, он умудрился втолковать им, что я - медиум пятого уровня, и вынудил дать мне разрешение разговаривать с Моргенштерном, пока тот не сделает заявление. Первоначальное действие «амитала» выветрилось, но я все еще чувствовал слабость и был почти ни на что не способен. Я сидел в кладовке, примыкающей к камере, когда привели Роджера Берка. Из бардачка в машине Мориса я выудил диктофон, который хранился там на случай, если я буду слишком разбит, чтобы что-нибудь записывать. Слава богу, что он не навел порядок в своем бардачке после выхода в отставку. - Они планировали это почти год, - сказал Моргенштерн. - Заполучив для этой цели технологию, они наметили нескольких медиумов и поместили их в таких вот конспиративных квартирах. Сведения с чужих слов. Моргенштерн был мертв около десяти дней и не мог узнать об их планах из первых рук. Но я все же повторил его слова для записи. Позже они могут оказаться полезными. - Зачем они потащили меня через границу штата? - спросил я. - Чтобы не попасться федералам? Что-то внутри меня сжалось от перспективы снова разбираться с ФБР. Я вдоволь насмотрелся на них после дела с серийным убийцей-инкубом. Интересно, будь у меня квартира в Миссури, это спасло бы меня от проклятой писанины? - Что там, что здесь, - сказал Моргенштерн. - В идеале, они могли завербовать вас, и тогда никто не стал бы их преследовать. Но если бы все пошло наперекосяк, то ими могли заинтересоваться либо федералы, либо чикагская полиция. Они решили, что там быстрее заметят ваше исчезновение, поэтому ехали чертовски быстро, чтобы увезти вас из местной юрисдикции. Места встреч у них были в Висконсине, Индиане и Айове. От мысли, что я мог просто не заметить, что Роджер везет меня на север в Висконсин вместо Калифорнии, я побледнел. Наверняка бы не заметил. Я был чересчур занят выискиванием призраков. А потом мне стало любопытно, был ли на каждой конспиративной квартире такой отличный «призраковизор». Я перефразировал слова Моргенштерна так, как мне было удобно, и сказал: - У них было несколько убежищ в соседних штатах, - без упоминания подробностей. Я хотел получить одно из тех устройств себе. *** По дороге в управление шерифа я проглотил парочку порошков от простуды. Это был довольно неаккуратный способ избавиться от остатков псиактиваторов, бродящих по моему организму, но это лучшее, что я мог предпринять за неимением рецепта и аптеки мегаполиса. Призраки больше не преследовали меня и не пытались пролезть внутрь моего тела. Но я все равно отдал бы свое левое яйцо за таблетку «аураселя». Мое заявление шерифу Уилксу выглядело слегка расплывчатым. Поскольку единственное, что я хотел держать при себе - это расположение трех убежищ, все остальное я выложил как на духу. У меня сложилось впечатление - хотя мое умение разбираться в людях и доброго слова не стоит - что Уилкс счел мой рассказ надуманным, но тем не менее вел себя очень профессионально и сумел прикрыть все тылы. Уилкс был пожилым мужчиной, лет за шестьдесят, ближе к семидесяти, с густой копной седых волос и внушительной бульдожьей челюстью. Выглядел он так, будто ни разу в жизни не улыбался. Он задал мне несколько вводных вопросов, а затем просто слушал мою историю, несвязную и отрывочную. Я рассказал ему о Роджере. Рассказал о Ченс. Рассказал о мини-гостинице и взъерошенном парне, «амитале» и телевизоре. Вся моя исповедь заняла где-то около часа. Наверное, я мог бы говорить и подольше, но у меня пересохло во рту, и я никак не мог сосредоточиться, просто хотел домой. Уилкс долго писал что-то в блокноте, пока я пытался сфокусировать взгляд на подставке для карандашей, а затем откашлялся и спросил: - И где сейчас доктор Моргенштерн? - Исчез. - Навсегда? Или теперь будет болтаться в кладовке? Я сощурился. Мне показалось, что получив официальный отчет, Уилкс решил поиздеваться надо мной, хотя, может, и нет. Возможно, ему было просто любопытно. По его невозмутимому лицу трудно было что-либо понять. Крэш, наверное, смог бы узнать. Эмпатия и все такое. А еще Крэш бы плюнул на Уилкса, а потом назвал бы его свиньей. - Думаю, Моргенштерн завершил свое дело и ушел. - Хм-м. А если предположить, что офицер Берк заключит с ФБР какую-нибудь сделку и выйдет на свободу? Что тогда? Вернется ли доктор? Мне было непонятно, куда клонит Уилкс. - Полагаю, это возможно. - Так что же может удержать в загробной жизни людей, если там есть какая-то вращающаяся дверь и они входят и выходят, когда им заблагорассудится? Если бы мы с Уилксом были друзьями, перекидывающимися идеями за чашечкой кофе, я не возражал против такого вопроса. Но мы друзьями не были. Теперь я был совершенно уверен, что он надо мной издевается. Болван. Я вздохнул и напомнил себе, что людям свойственно высмеивать все непонятное. Может, Уилкс действительно думал, что теперь Моргенштерн будет стонать и греметь цепями прямо у него в коридоре, и поэтому старался сохранить лицо, изображая крутого парня. Я взглянул на потолок в углу комнаты, куда избегал смотреть за все время разговора. Веревка, появляющаяся из ниоткуда, слегка раскачивалась и удерживала тело, болтающееся в петле. Ноги призрака вытанцовывали прямо над углом стола Уилкса, на одной ноге был потертый ковбойский сапог, а другая была одета в дырявый серый носок. - Не знаю, - сказал я, оторвав взгляд от раздутой окоченелости призрачного лица. - Мне кажется, что если они добрые, то и мертвыми остаются такими. Пока Уилкс заканчивал расставлять в тексте точки и черточки, я напевал себе под нос, чтобы заглушить скрип веревки. *** Морис позволил мне выпить оставшиеся лекарства от простуды и подремать, просыпаясь и засыпая снова, всю дорогу до Чикаго. Мы провели в управлении шерифа практически целый день, и к счастью, ФБР согласилось встретиться с нами на нашей родной территории. Я решил, нам повезло, что мы смогли вернуться домой. Если бы федералы захотели померяться полномочиями, они легко могли бы заставить нас остаться в этом захолустье. Но мы с Морисом внушали достаточно доверия, по крайней мере людям, которые были не очень хорошо с нами знакомы, и я предположил, что агенты скорее предпочли бы гостиничный номер на Мичиган-авеню, а не конуру на стоянке грузовиков у трассы 66. Мой телефон приказал долго жить, когда я в пятнадцатый раз позвонил Джейкобу, чтобы поздороваться. Я люто по нему скучал, мне было необходимо посмотреть в его глаза и услышать, что он не бросал меня. Наверное, даже хорошо, что мой телефон скончался. Иначе я стал бы лепетать, как идиот. Я спал довольно крепко, особенно учитывая угол, под которым была вывернута моя шея, когда Морис потряс меня за плечо. - Виктор. Мы приехали. Лучи яркого утреннего солнца падали из просветов между домами. Это была моя улица, но выглядела как-то странно. Не совсем настоящей. Проститутки Джеки нигде не было видно, но может, я больше и не мог обнаружить ее в визуальном спектре без порции кофе из «Старбакса» с особой добавкой. К тому же мои носовые пазухи были совершенно сухими, а значит эффект противопростудных средств все еще был в силе. Морис подхватил меня под руку и вытащил из машины. Я удивленно хлопнул глазами, ведь я мог идти и сам - наверное, - но он меня проигнорировал. Я решил, что проще всего повиснуть на нем и позволить ему самому разбираться с ржавыми воротами. - Ты же останешься со мной, да? - спросил я, пока Морис буксировал меня до квартиры по трем лестничным пролетам. Они показались мне более узкими и исцарапанными, чем я помнил. - Я же привел тебя домой? Он вытащил из кармана моей куртки ключи и попробовал, один за другим, сунуть их в замок. Он покосился на связку, пытаясь решить, с которым из них попытать удачи следующим, когда замок щелкнул и дверь в квартиру открылась. Джейкоб слетал в Калифорнию и вернулся, каким-то образом умудрившись оказаться дома раньше нас. Он схватил меня и прижал к себе. - Спасибо, - сказал он Морису. Джейкоб. Я крепко обнял его. Моя улица, мой дом, все выглядело не так, как я запомнил. Все, кроме Джейкоба. Джейкоб был настоящим. - Ты все еще хочешь, чтобы я остался с тобой? - спросил Морис. Я вжимался лицом в грудь Джейкоба и не мог видеть Мориса, но точно знал, что он улыбается. - Я собираюсь отправиться домой и хоть ненадолго закрыть глаза. Квартира выглядела знакомо - маленькая, дрянная и белая, все как обычно. Я обошел ее, заглянув в шкафы и ящики, проверил телевизор, чтобы убедиться в отсутствии незваных гостей. Джейкоб стоял, подпирая дверной косяк между кухней и гостиной, пока я тщательно сравнивал реальные каналы и каналы со статическими помехами, с маниакальной настырностью тыча в кнопки пульта. - Не считаешь, что тебе лучше отправиться в кровать? Я взглянул на него. - Как ты можешь такое говорить? Хьюго Купер может болтаться где-нибудь поблизости, выжидая, когда мы оба заснем, чтобы залезть внутрь меня и снова тебя исполосовать. Джейкоб скрестил руки на груди и снова стал казаться огромным. - Я не собираюсь позволять всяким дохлым убийцам указывать мне, где я могу спать, а где - нет. - Джейкоб... - Он мог тебя использовать, только когда ты пил псиактиваторы. Прими «аурасель», и он нас больше не побеспокоит. Так сказала Лиза. Я протиснулся мимо Джейкоба и залез в шкафчик с медикаментами. Там у меня оставались две таблетки «аураселя». В сочетании с противопростудным средством, он подарит мне спокойную ночь. Завтра я могу пойти в Клинику и поговорить с кем-нибудь насчет пополнения моих запасов. Сомнительно, что у них возникнут какие-либо возражения, после того, как их новый врач похитил меня. Я старался не зацикливаться на мысли, что после долгих лет мне придется общаться с другим врачом. И пытался не показать Джейкобу мои полные слез глаза от мысли, что я больше никогда не увижу Моргенштерна в новой и еще более ужасной жилетке. Я проглотил «аурасель» и запил его пригоршней воды. Джейкоб снова встал в позу человека-горы позади меня в дверях ванной. - Как ты можешь быть таким спокойным? - спросил я. - У меня же внутри был убийца «крест-накрест». - Понятно же, что он выслеживал меня, поскольку я был офицером, который его арестовал, - пожал плечами Джейкоб. - Я уверен, что если бы он мог, то с удовольствием влез внутрь меня, но похоже, в том чтобы быть «тугим» есть свои преимущества. Прежде чем я уехал из «ПсиТрейн», меня окурил дымом шаман. Сказал, что это поможет. На какое-то время. - В «ПсиТрейн» есть шаманы? - удивился я. Джейкоб втиснулся в ванную и включил душ. Стук воды по фарфору был успокаивающим и знакомым, крохотная ванная быстро наполнилась паром. Джейкоб разделся, и хотя я мог различить крест, который я своими руками накарябал на его коже, он не выглядел слишком ярким из-за волос на груди. Я позволил ему стянуть с меня футболку и расстегнуть джинсы. Скинув мокасины, переступил через одежду, и Джейкоб подтолкнул меня к душу. Он выдавил на ладонь мускусный гель для душа и провел ею по моей груди. Я подался навстречу его рукам, таким сильным и уверенным, таким надежным. Я же думал, что он бросил меня, а он все это время добирался до «ПсиТрейн», проделав этот путь, чтобы увидеться с Лизой. Наверное, мне следовало доверять ему. Может, я доверял. А может, это только моя вина, что я не мог этого сделать. Руки Джейкоба скользнули между моих бедер, мокрые и скользкие, вода била мне в затылок, погружая меня в привычный аурасельный туман. Я задумался, видел ли меня Джейкоб когда-нибудь полностью вменяемым или ему приходилось выискивать меня реального в промежутках между принятыми мной наркотиками. - Все хорошо, - сказал он, уловив мое настроение своей неэкстрасенсорной эмпатией, и поводил ладонью, размазывая гель. Я вздохнул и уперся плечом в стену душевой. Его ладони путешествовали по моим бедрам, встречались у меня на ягодицах, разминали меня, дразнили мыльным пальцем. Я уткнулся лбом ему в плечо и попытался унять беспокойство. Но мой член был явно убежден, что все просто превосходно. Я ткнулся им Джейкобу в бедро, твердым и полностью готовым. Джейкоб повернул голову и мазнул губами по моему уху. - Тебе не обязательно быть кому-то проводником, если ты того не желаешь, - прозвучал его низкий обволакивающий голос. Я содрогнулся и, обняв Джейкоба за талию, прижался к нему еще сильнее. Я был бы счастлив, если больше ни один призрак не окажется внутри меня. Никогда. - Тебе нужно передохнуть. Подольше. Взять отпуск, - его указательный палец скользнул в меня, пока он говорил своим нежным и гипнотическим голосом. Я охнул и укусил его за плечо, нежно сжимая кожу зубами в такт движениям его пальца. - Тебе нравится играть с моей задницей, - прошептал я. Фраза, на мой вкус, была чересчур порнографична, но я как раз собирался заняться кое-чем похожим. - Хм-м, - промычал он, а его палец погрузился еще глубже. Большой член Джейкоба тоже был твердым и терся о мой живот. Я собрал пену с груди и ухватил его ствол мыльной ладонью. Он резко втянул воздух и откинул назад голову, закрыв глаза и приоткрыв губы. Я несколько раз двинул рукой по его члену, развернулся к нему спиной и вжался задом ему в пах. - Давай, возьми ее. Он провел руками вниз по моей спине, скользнув горячим, мокрым членом между ягодиц. - Ну же, - поторопил я. Только я, Джейкоб и немного геля для душа. Потому что все эти разговоры о том, что у нас нет презервативов - просто отговорка. Каждый квартал мы сдавали кровь на анализ, это делали все копы, даже элита, вроде нас. И я только что немного схитрил, впустив его. Буквально и образно. Еще одна струйка геля стекла по моей спине, а за ним последовали руки Джейкоба, вспенивая и размазывая по коже, скользя ладонями по позвоночнику и ребрам. Он снова впихнул мне в задницу мыльные пальцы, и я задохнулся от такого жесткого вторжения. Расставив ноги, я очень старался не подгонять Джейкоба. Подумал, что ему, наверное, хочется швырнуть меня на пол и трахать так долго, насколько хватит сил, поэтому мне стоило насладиться моментом. Это потрясающее ощущение - быть настолько желанным. Я сгреб с груди клок пены и обхватил свой член, медленно его подрачивая. Что-то прижалось к моей заднице, и это точно был не палец. Я выдохнул и подался назад, жаждая того мгновения, когда эта толщина наполнит меня. Одобрительное бормотание Джейкоба «о, боже, о, да...» превратилось в животное неразборчивое ворчание, когда он проник внутрь. Неглубокий толчок, еще один, а затем до конца... Глубоко. Он стиснул меня в объятиях, вгоняя член до основания, и у меня перехватило дыхание. Это было больно, и это было потрясающе. В конце концов я все-таки привык к тому, что у меня есть парень, который вот так обнимается, но сейчас он практически снова лишал меня девственности. Я заскулил, и Джейкоб провел ладонями по моей груди, нашел соски и сильно их ущипнул. Он выскользнул из меня и толкнулся внутрь снова, и мой член стал восхитительно болезненным. Я перестал двигать по нему рукой, просто держал в ладони. Когда Джейкоб начал двигаться, моя задница чуть ли не рвалась, растягиваясь вокруг его ствола. - О-о-о, боже, - застонал я, вдавливаясь лбом в кафельную стену, когда его толчки стали ритмичными. Джейкоб попытался сильнее сжать соски, но бросил это занятие, потому что пальцы соскальзывали из-за мыла. Что-то промычав в ответ и обняв меня одной рукой за талию, второй он накрыл мои яйца и член. Я уперся ладонями в стену и подался назад, так плотно насаживаясь на его ствол, как только позволяло скользкое и мокрое пространство душа. Звук шлепающихся о мою задницу мокрых яиц громко оглашал все вокруг, я слышал его даже сквозь шипение и барабанную дробь воды. Рука Джейкоба настолько сильно сдавливала меня поперек тела, что я едва мог вздохнуть, а его ладонь скользила по члену в одном ритме с жесткими, резкими толчками. Я был так взвинчен, что совсем перестал заботиться о том, что могу упасть. Оставил попытки держаться за что-нибудь и перестал подмахивать Джейкобу, предоставив ему удерживать нас обоих. Он трахал меня мощно, почти поднимая меня над дном ванны, и мой член пульсировал в такт его движениям. Моя сперма выстрелила короткой дугой, и ее сразу смыло брызгами душа. Запрокинув голову, я застонал в полный голос, вода заливала глаза и рот, и когда на одно долгое мгновение Джейкоб удержал меня с оторванными от пола ногами, еще одна струя моего семени влилась в поток воды. Джейкоб рыкнул и вломился в меня снова, и еще раз, а затем ощущение тепла наполнило мой зад, и там стало гладко и скользко. Его гигантский член все еще оставался внутри меня. Джейкоб слегка наклонил меня вперед и толкнулся еще несколько раз, скользя по своему семени, и его движения стали нежнее, когда он замедлился. Он убрал руку с моего живота и провел ею по спине, что-то бормоча себе под нос, но смысл слов растворился в звуке льющейся воды. Скорее всего, это было мое имя. Джейкоб прижался грудью к моей спине, а я навалился на стену. Он провел губами по моей шее, мокро целуя, и бережно взял в горсть мой обвисший член. *** Когда я проснулся рано утром, Джейкоб еще спал. Он как обычно лежал на кровати по диагонали, поэтому встав и посмотрев на него, я удивился, как, черт побери, я вообще там поместился. Я прокрался в коридор и прикрыл за собой дверь спальни, надеясь дать ему еще немного времени на заслуженный сон. Восьмой канал показывал то же, что и обычно. Я осторожно понаблюдал, кидая на него искоса короткие взгляды на случай, если там окажутся какие-нибудь лица или тянущиеся руки. Но ничего подобного не было - только грязный, серый снег. Действие таблетки «аураселя», которую я принял, закончилось. Это была такая мизерная доза, что не оставила даже своего характерного похмелья в виде боли внутри глазницы. Язык у меня был немного ватным от противопростудного порошка, но не считая этого, я был чист как стеклышко. Я уставился на свой телевизор и вспомнил о телевизоре из гостиничного номера. Наверняка, большинства настоящих комплектующих в нем не было, поскольку он не выполнял положенных ему функций. Там, наверняка, был только корпус, экран и DVD-плеер прилепленный внутри, чтобы он изображал кучу оборудования, выделяющего тепло и электронный гул. Или, может, его запчасти были настоящим телевизором, только в другой жизни. Если бы я мог наложить лапы на один из таких агрегатов, то смог бы избавиться от стрессов из-за проститутки Джеки, младенца в подвале и болтающегося рядом алчного духа убийцы «крест-накрест». Я бы разобрался, что означают все эти рычажки и кнопки, и смог бы идеально настроить этот аппарат. Смог бы наплевать на все приемы в Клинике и не беспокоиться о том, что у меня заканчивается «аурасель». Если это устройство портативное, то я смог бы брать его с собой на места преступлений и усиливать слабых, сопротивляющихся или просто старых призраков. Да кого я обманываю? Не стал бы я использовать его для работы - мне просто хотелось возвращаться домой, чтобы побыть в тишине и спокойствии. Я подумал, что Крэш - единственный человек, который в состоянии помочь мне выяснить, чем на самом деле является этот телевизор-усилитель, чтобы я смог забрать себе один из них. Мое сердце больше не вздрагивало при мысли о нем, чему я был искренне рад. Не похоже, что на вкус Джейкоба я слишком закомплексован, и что после всего произошедшего с нами он собирается вернуться к тому, кто знает побольше всяких постельных штучек. И я тоже был ему верен, если не брать в расчет мои сны. И если бы Джейкоб хотел уйти к этой метафорической пачке сигарет, то он бы давно это сделал. Скрипнул паркет. Я поднял взгляд и увидел Джейкоба. Он стоял в дверях спальни, скрестив на груди руки и наблюдал за мной, уставившимся на экран с включенным восьмым каналом. Я приподнял бровь, ожидая от него каких-нибудь слов, но дождался только ленивой улыбки хищника. Мне стало любопытно, актуально ли еще его предложение съехаться. Не то чтобы я всерьез рассматривал этот вариант, но мне было приятно осознавать, что Джейкоб готов перейти на следующий уровень, если я соглашусь. У меня должна быть своя комната - белая, конечно же. И тогда он мог бы получить свой обеденный стол обратно. Могу поспорить, что у Джейкоба обязательно нашлась бы мебель для одного из тех обалденных антипризрачных телевизоров. Конец. Продолжение, может быть, следует