Где это видано, где это слыхано?

- А в вашем мире существуют песни, легенды? - спросил Эомер. Мы проезжали Итилиэн и Минас-Моргул. Местность радостью и гостеприимностью не отличалась. Все какое-то мертвое, страшное. В сам Итилиэн зло пробралось пока не полностью, а Минас Моргул... Вот туда идти желания не было. Какие-то идиоты (среди них князь Имрахиль, да простит меня он) предлагали пройти в Мордор через Минас Моргул, но Гэндальф (сделав наконец-то что-то полезное) их отговорил. - Есть, но они несколько отличаются от ваших. О том, что они сильно отличаются, я говорить не стала. Лично мне современные отечественные песни близки не были. Зато Лена была ярой их поклонницей. Но, услышав в поезде Москва-Петербург песню с зажигательным припевом: "Лена, Лена, где твое колено?", переменила мнение. - Может, споешь что-нибудь? - тут же попросил Боромир. Я засмеялась безумным смехом. Спеть? Да пожалуйста! Мишка, наступивший мне на ухо, сбежит в дремучий лес. Посему я отказалась от столь сомнительной чести. А пейзаж становился тем временем все хуже и хуже (точнее чернее и чернее). При каждом удобном и неудобном случае герольды провозглашали имя короля Элессара. На мой взгляд, это было глупо. Никакого эффекта неожиданности... Хотя какая там неожиданность! Они наверняка знали, что мы пойдем в Мордор еще раньше, чем мы сами это решили! Арагорн с Гэндальфом были недовольны отсутствием врагов. Я их недовольства совсем не разделяла. Вот как дойдем до Ворот, вот там по нам как двинут! До Мораннона наше воинство дошло чуть ли ни на восьмой день. Башни, как и описывал Толкиен, выглядели внушительно. И никого вокруг, самое главное. Зло выдерживало паузу. Все-таки Саурон большой любитель театра! Один Саруман чего стоил... Парламентеры (то есть я, Гэндальф, Арагорн, Боромир, Эомер, Леголас, Гимли, Пиппин и сыновья Элронда вместе с князем Дол Амрота) подъехали к гигантским створкам ворот. Герольды затрубили в трубы и потребовали, чтобы Саурон вышел на переговоры. Ноль внимания. Герольды уже рисковали потерять голос, когда Черная Крепость соизволила ответить. Ворота приоткрылись, и из них выехали пятеро (определенно не людей), закутанных в черное. Впереди на внушающем беспокойство о его здоровье коне ехал персонаж а-ля "Кошмар на улице Вязов отдыхает". Описанию Голоса Саурона Толкиен не отдал должного внимания, а зря. Там такой букет! Глаз сего создания видно не было, зато рот! Вот уж всем ртам рот. Занимавший примерно половину лица, он оскалился в милейшей улыбке. А зубам бы позавидовал любой хищник. Любезно назвав Арагорна "бродягой", наше войско "сбродом", а Гэндальфа обозначив как "почтеннейшего", он приступил собственно к порученному делу - вешанью лапши нам на уши. Я в разговор не встревала, думая о неограниченном количестве орков, с которыми можно славно подраться. Закончилось все тем, что милый Голос сбежал, закрыв за собой Ворота. Впрочем, ненадолго, так как Ворота вновь распахнулись, и из Крепости валом повалили орки и другие милые создания. Арагорн нашел немного времени, чтобы произнести речь. - Бывают такие минуты, когда все решают секунды... - начал он, высоко поднимая Андрил. - Ага. И длится это часами, - буркнула я, поглядывая на орков. - Трусишка! - шепнул Эомер. - Я не трус! - возмущенно начала, но про себя закончила: - Но я боюсь. Орки зарычали. - Арагорн, прости, что прерываю историческую речь, но, может быть, мы все же начнем? - орки двинулись на нас. - Вперед! - крикнул король Элессар. Я уже с дальнего расстояния начала посылать стрелы. Колчан был забит, поэтому насчет количества их я не беспокоилась. Краем глаза я заметила, что Эомер старается держаться рядом со мной. Врагов было немерено. Эх, что бы было, если бы не Фродо... А ведь сейчас он, наверное взбирается на Роковую гору. Сама гора темным пятном возвышалась впереди. Багровое Око было устремлено прямо на нас. - Алекс! - внезапно услышала я отчаянный крик Эомера. Я повернулась и как в замедленной съемке увидела громадную черную птицу, летящую прямо на меня. Я не успела даже пошевелиться. Острые когти схватили меня, сдернув прямо с Энера, и птица подняла меня в воздух. Я выронила одновременно и лук и меч. Воздух хлестал по лицу, я ничего не видела, болтаясь в когтях у птицы, словно тряпичная кукла. Все мысли вылетели из головы. Кинжал! Спасительное слово подобно молнии пробежало в моем мозгу. Только бы высвободить руку. Я собрала все силы и быстро дернула рукой. Рукав оторвался, но мне уже было все равно. С большим трудом я вытянула кинжал из за пояса. Сопротивление было огромным. Не целясь, я вонзила кинжал прямо в крыло птицы. Она издала ужасный звук и начала стремительно падать. Я высвободила второю руку, и в этот же момент мы ударились об землю. Удар смягчила птица, но я все же потеряла сознание. Когда я очнулась, сказать точно не берусь, но, открыв глаза, я обнаружила себя лежащей на останках птицы (удара о землю она, слава богу, не пережила). Голова немного кружилась. Закружилась она еще сильнее, когда я увидела ГДЕ нахожусь. Птица принесла меня прямо к склону Роковой Горы! "Мало того, что я в зоне извержения (Фродо уничтожит Кольцо, и вся лава выйдет наружу), так я еще и вернуться не могу! Ну, спасибо, птичка, удружила!" - сетовала на свою несчастливую судьбу, пытаясь встать. - "Да я просто магнитом неприятности притягиваю!" Умудрившись, наконец, подняться на шатающиеся ноги, я стала думать, что делать. "Раз уж я здесь, то торчать внизу по меньшей мере глупо. Значит, лезть наверх? Тогда, может быть, меня спасут вместе с Фродо..." Решительно приосанившись, я кинулась на штурм Роковой Горы.