Где это видано, где это слыхано?

Погода была замечательная. Солнце (которого жители Минас-Тирита не видели уже около месяца) светило ярко и освещало все вокруг. Радостно было на душе. Люди, которых вчера еще одолевали сомнения, теперь с энтузиазмом принялись за подготовку Города к прибытию Короля. Улицы украшали цветами и гирляндами, и теперь Белый Город из белого превратился в разноцветный. Мы с Эовин еле проталкивались сквозь толпы народа, заполнявшие все ярусы. - А ведь позавчера пусто было, - заметила Эовин, когда мы наконец нашли свободное место у фонтана. Я издала какой-то неопределенный звук. - Здесь так красиво... - Эовин с восторгом смотрела на белые стены. - Мне только одно не нравится, - выразила я негодование Леголаса. - Зелени почти нет! Кроме Палат Исцеления нигде. Пожалуй, надо будет насесть на Арагорна, то бишь Элессара. Эовин снова засмеялась. Вообще, ее теперь было не узнать. Золотые волосы блестели на солнце, и я пожалела, что Фарамир в отъезде. "Странно, что всем заставили заниматься его - думала я, поглядывая на суетившихся людей. - Боромир-то жив-живехонек! Да и Наместником называют именно Фарамира...". Мне страшно интересно было узнать, что Арагорн поручит Боромиру. Фарамиру Итилиэн без вопросов, а Боромиру тогда что? Представив Боромира, ухаживающего за цветами в тихом домике на берегу реки, я расхохоталась и хитро потерла руки. - Над чем ты смеешься? - поинтересовалась Эовин. Я поведала ей о своих мыслях, и теперь мы смеялись уже вместе. Эовин с Боромиром виделась несколько раз, но в основном знала о нем из рассказов его брата. - Из Боромира организатор плохой, поэтому роль Наместника на себя взял Фарамир. Тем более, Боромир с армией отправился... Потом речь почему-то зашла о женитьбе Боромира. Мне казалось, что ему нужна строгая женушка (со скалкой, разумеется), чтобы его обуздывать и учить манерам (пусть из его любезного отношения со мной читатель не делает вывода, что манеры его улучшились. Напротив, более наглого балагура надо еще поискать). Эовин, наоборот, считала, что от строгой Боромир сбежит, поэтому пусть лучше жена будет веселой и легкой в общении. Я возразила, что от такой он сбежит вдвое быстрее. Нас одолел такой смех, что благопристойные граждане Минас-Тирита начали коситься в сторону Палат Исцеления и мысленно решали, не отвести ли нас туда. Вдруг, на площадке раздался крик: "Войско! Король! Король!". Народ валом повалил к стенам, побросав все свои дела. - Что-то рано они, - лениво прокомментировала я. - И правда. Говорили, вечером. Мы неторопливо спускались на нижний ярус. Неторопливо - потому что народу внизу было втрое больше, чем наверху. За ворота выходить никто не отваживался. Красивые белые шатры уже возвышались на равнине. "И как им удалось так быстро шатры поставить?" - недоумевала я, вспоминая как однажды Ленка потащила меня "на воздух", по ее выражению, и как там мы провели около трех часов, пытаясь понять сложный механизм возведения палатки, которую Лена предварительно купила в магазине. На самом деле, Ленина палатка оказалась ничем иным, как парашютом, купленным ею в том же магазине и перепутанным с палаткой. После того случая при словах "отдых на воздухе" (особенно из уст Лены) меня начинал бить озноб. - Пойдем туда или до завтра подождем? - деловито осведомилась роханская царевна. - Туда, конечно. Зачем тогда спускались? - Ты ничего не делаешь без причины, - рассмеялась Эовин и вышла за ворота. Но шатры, сначала, казалось, стоявшие близко, располагались черти где. С тоской взглянула на Эовин. - Или может, лучше до завтра... - пискнула я. - Ничего с нами не будет. Тут совсем недалеко, - беспечно ответила она и зашагала вперед. Ей, понятное дело, ничего! Она всю жизнь носила эти длиннющие платья, подметающие пол. А мне-то, мне-то какого! Вздохнула и пошла за Эовин. - Ты теперь героиня, - вдруг сказал она, сбавляя шаг. - Чего? - не поняла я. - Я знаю про Кольцо, - объяснила Эовин. - И знаю, что это ты уничтожила Его. - Ну, допустим, что так. - Тебя будут чествовать, как героиню! Матери будут рассказывать о тебе сказки своим детям, менестрели сочинять песни! Такой расклад событий меня не устраивал. - Эовин, но ведь это не я принесла Кольцо в Мордор! Не я была Его Хранителем! Фродо сделал все. - Никто не умаляет заслуг Фродо. Но Кольцо уничтожила ты! - И что? Так сложно! - Да, Алекс, сложно. Не будь тебя, мы все сейчас уже были бы мертвы! Я не любила всеобщего внимания. Как ни странно, я была из породы людей, которые предпочтут сидеть дома с книгой, чем идти на шумную вечеринку к знакомым. Лена была совершенно другой. Многие удивлялись, как мы, полные противоположности, дружим. Никогда бы не смогла ответить на этот вопрос. Но, как бы то ни было, мы даже не разу не поссорились и случись у одной что-нибудь, другая сразу же бежит на выручку. - И в какой шатер нам? Не понимаю, зачем их столько... - Наверное, в тот, самый большой, - ответила Эовин. В лагере было тихо (относительно). Возле входа стояли два воина, с изображением белого дерева на груди. Нас они пропустили беззвучно. Эовин вошла первой, я за ней. В просторном, светлом шатре яблоку негде было упасть. Тут можно было найти представителей всех частей Средиземья (не считая Мордора и Ко). Вожди сидели за столом. Взгляд сразу же останавливался на Арагорне. Сразу было видно - Король. Отрастил бороду (опять же, когда он успел?) и восседал в середине стола. По правую руку Боромир что-то горячо доказывал Фарамиру (Эовин краснеет. У меня такой же глупый вид, когда я вижу Эомера???). Слева - король Рохана, разговаривает с Арагорном шепотом (дела, дела!), Леголас с Гимли тоже увлечены беседой. Гэндальф так вообще впал в транс (уставился в одну точку в стоячем положении). Фродо с Сэмом поедают завтрак. На нас никто внимания не обратил. Я, пылая негодованием, обратилась к Эовин: - Героиня, говоришь? Она только руками развела - Ну-ну. Хотите героиню? Получите и распишитесь! - прошипела я и решительным шагом направилась к столу. - Господа! - гаркнула я так, что все подскочили. - Не подскажете, который час? Сэм, от неожиданности проливший на себя содержимое кружки, с глупой улыбкой воззрился на меня. Гэндальф вышел из транса (отдельное спасибо), Боромир замолк (медаль ему!), Арагорн с Эомером встали. - Вот видишь, - обратилась я к Эовин. - Вот что значит внезапная атака! - Алекс! - отмер Арагорн. - Да, меня зовут Алекс, спасибо, что напомнил в сто десятый раз. - Как же я рад тебя снова видеть! - он подошел ко мне. Люди вокруг почтительно расступились. - Что-то пять минут назад незаметно было. Ладно, забыли, - милостиво простила я. Я нарочно старалась не смотреть на Эомера, во-первых, потому что красный к моему желтому платью не подходил, а во-вторых, у всех на виду глазеть не полагается. - Ты не меняешься. Все такая же злая, - белозубо улыбнулся Король и обратился к Эовин: - Как же ты терпела ее эти два дня? - Алекс очнулась только сегодня, и я ее не терпела. Она прекрасная девушка! - Завтра коронация, - встрял Гэндальф. - Спасибо, это бесценные сведения, - язвительно ответила я. - Ты себя хорошо чувствуешь? - ах, этот голос... - Иначе не тащилась бы сюда, - я оказалась с Эомером лицом к лицу. - Вы не могли шатры поближе поставить? - То, что ты пришла сюда, еще не говорит о твоем самочувствии, - настойчиво сказал Эомер, беря меня за руку. Эовин многозначительно посмотрела на меня. Пусть смотрит. Я краснеть не буду! - Прекрасно себя чувствую. Но у меня все же один вопрос. Который час???