Я умру раньше

Как-то раз, сидя в кабинете командора, Ханджи каким-то странным, сухим и абсолютно чужим голосом сказала: - Хочу умереть раньше Вас всех. И не спрашивайте почему, - женщина стояла у окна, и смотрела вдаль. И точно не видела, как Ривай поставил чашку с чаем, Майк выпучил глаза, а Ирвин выронил перо. Она просто знала, что так и будет. И так же знала следующую реплику. - Ты ебанулась? – Ривай был как всегда непроницаем, но все же приподнял одну бровь, - какой херни ты надышалась там у себя в лаборатории? - А вот тут я соглашусь с коротышкой, - Майк, отойдя от шока, буравил ее каштановый затылок недобрым взглядом. Вроде и не девочка уже, а дура иногда такая. И даже не из-за всего того бреда про титанов, что она несет. А так, иногда говоришь с ней и не понимаешь: то ли очередной закидон, то ли крик души. - Я же просила, не задавать вопросов. Просто так хочу – майор развернулась к мужчинам, передернула плечами и вздохнула, - если уж умирать, то раньше Вас. Не хочу смотреть, на Ваши смерти. - А ты не спеши нас списывать, дорогуша, - Майк, пытаясь разрядить обстановку, хлопнул Зоэ по плечу, но та так и продолжила стоять, пустым взглядом впиваясь в стену. - И давно тебя посещают такие мысли? – молчавший до этого времени Эрвин отложил перо, и обратился к женщине, - давно ты стала думать о смерти? - Относительно да. Все равно мы все умрем, - Ханджи шмыгнула носом, и направилась к двери, - во всяком случае, я сказала все, что хотела, - и вышла из кабинета. А когда ее шаги утихли, Майк сел на кресло и потер виски: - Что-то не помню, когда она в последний раз была такой. - Стареет, - капрал хмыкнул и снова взял в руки кружку, которая уже успела остыть.

***

- Ты не представляешь, как она это сказала! Будто бы умирать собралась уже сегодня вечером, - Захариус, негодуя, рассказывал инцидент своей помощнице, а та, в свою очередь, потянулась на кровати и посмотрела на майора своими пронзительными серо-голубыми глазами: - Я бы тоже не хотела умирать позже тебя. Майк хлопнул себя по лбу, и пробурчал что-то вроде «Женщины, мать их» - Я бы не смогла смотреть, как ты умираешь. Или получить известия об этом же, - Нанаба отвела взгляд в сторону. - А я и не умру, - Майк посмотрел на капитана с вызовом, - не умру. Вот так и знай, - на что Нанаба смерила его таким взглядом, что желание спорить с ней пропало мгновенно. - Не дури. Сам прекрасно понимаешь. Мы же в разведке служим, как-никак. Смерть она тут, рядом совсем. - И по-твоему, мы ничего не можем сделать? - Майк редко говорил с ней о будущем. О реальном. Чаще всего они мечтали, о тихой старости, куче внуков и небольшом саду. А всего этого дерьма было и так слишком много. - Можем, -капитан встала с постели, - можем жить сейчас. Можем чувствовать и наслаждаться каждой минутой. А ночью, засыпая в крепких руках, Нанаба услышала: - Я тоже не хочу смотреть на твою смерть, поэтому, давай одновременно. - Как в сказке? -Угу. А теперь, спи. "Жаль, что только в очень злой сказке."

***

- Ты бы хотела умирать последней? – Ривай задал вопрос рыжеволосой девушке, сидящей напротив него. - Последней? – Петра на секунду задумалась, - Нет. Ни в коем случае. Да и первой бы не хотела. - А я думал, ты скажешь, что не хочешь умирать в принципе, - серые глаза встретились с карими, смотрящими с недоумением, - или что-то в этом духе. - Нет, я конечно хочу жить, - Петра улыбнулась, - и хочу победить. Но я всего лишь человек. И мой век не вечен. И если меня не убьют титаны, то я когда-нибудь все равно умру. Ривай посмотрел на нее. И не увидел там обычной Петры Ралл, которую привык видеть. А увидел там женщину, мудрую не по годам, и солдата, который готов отдать все. Странная смесь, которая каким-то неведомым образом помещается в хрупкую девушку. Этакая ходячая пропаганда храбрости, отваги и нежности. - А отчего не хочешь умирать первой и последней? - Не хочу, чтобы меня многие оплакивали, - рыжие брови свелись к переносице, - но и быть последней я не хочу. Тогда будет нечего защищать. И какой толк в войне тогда? И Ривай окончательно утратил в ней недалекого новобранца и наивную девушку. И навсегда отыскал в ней стержень, не ржавеющий и не гнущийся. И, наверное, такой, что не сломается никогда. - Просто не умирай, - младший сержант неожиданно для себя произнес это, - не умирай раньше срока. Таких как ты мало. Тебя будет не хватать. И мысленно добавил: «Особенно мне».

***

Эрвин Смит смотрел в пустоту перед собой. Слишком много погибло. Слишком много. А к цели не приблизились ни на ярд. - Помнишь, Ханджи когда-то говорила о смерти? – Ривай сидел с безучастным лицом, как и всегда. - Помню. А что? – Эрвин перевел взгляд на старого друга. - Да нет, ничего. Просто я умру позже тебя. - И отчего такая уверенность? – Смит сидел с таким же равнодушным лицом, как и Ривай. Разве что в голосе была заинтересованность. - А ты такой. За тебя мстить надо будет. Кто-то же должен будет это сделать. - А уверен, что все так и получится? - командор фыркнул. - Уверен, - Ривай вздохнул, - Петра. Петра Ралл. Не хотела умирать первой, и последней. - И что с этого? - Ее убили третьей.

***

Ханджи закуталась в плащ и с трудом нашла Ривая. Он сидел на самом крайнем утесе, и смотрел на закатное солнце. - Ну что, похоже, мы с тобой вдвоем остались? - Похоже на то. Известие о смерти Майка и Нанабы пришли совсем недавно. Оказалось, они умерли три дня назад. А она так и продолжала отправлять ему письма. И продолжала рассказывать Эрвину, как Захариус жаждет его увидеть. А в итоге, лишь одна строчка: «Отряд Майка Захариуса погиб. Командир Майк Захариус найден в пределах стены Роза, пять миль севернее укрепления» - А они мечтали умереть в один день. И не смотреть, как кто-то из них умрет, - Ханджи говорила так, будто рассказывала печальную историю о любви. Хотя, так оно и было, на самом то деле, - Вот и умерли. С Разницей в пару часов. Ривай молчал. Молчал, и щурил глаза, ловя последние лучи уходящего солнца. Мертвы все: и Майк с Нанабой, и его отряд, и Эрвин. Точнее, последний жив, но вся его жизнь была отдана службе, а кому теперь нужен калека? Вот и правильно. Никому. - Грядут перемены, очкастая. Сейчас не время вспоминать о них. Нужно о себе заботится, да и о тех молокососах, что нам навязали. Ханджи лишь кивнула, встала и пошла, оставляя его в одиночестве. А напоследок сказала: - Я же не хотела смотреть на их смерти. - А ты и не смотрела. Ни на одну. - Вероятно, я следующая, - она улыбнулась, и Риваю показалось, что последние остатки разума покинули ее, - а тебе же нужно отомстить за нас всех. Не забывай этого. - И не надейся так легко отделаться, - младший сержант встал, как только последний луч исчез за горизонтом, - я то отомщу. Но и переживу тебя ненадолго. И майор Ханджи Зоэ лишь пожала плечами. В конце концов, что день грядущий им готовит. Она же жива до сих пор. Хоть и хотела умереть раньше них всех.