Во всем виноват волк

      За сценой парни молча смотрели на меня. Йохан махнул рукой и ушел курить, за ним последовали и остальные, только Куро медлил, заглядывая мне в глаза, словно искал там оправдания. Но оправдываться я не собирался. Мне хватило сполна TI4, когда все жадно набрасывались на меня, требуя ответа, как шакалы, скалясь, подвывая от удовольствия, предвкушая мои нелепые попытки придумать, почему же мы заняли столь низкое место. Я еле сдерживался, чтобы не наорать на журналистов и интервьюеров, чтобы не засунуть их микрофоны им же в глотки. Одни и те же вопросы, одни и те же записи в интернете от диванных аналитиков, которые за всю свою жизнь не увидят того, что видел я за свои двадцать четыре года. И моя битва еще не закончена, я не ушел, назло всем, кто ненавидел меня. Я собрал команду, которая казалась непобедимой, до определенного момента.       Ко мне подошел Артур, едва заметно улыбаясь, похлопал меня по плечу, одними губами произнеся «Easy». Я улыбнулся ему в ответ, он точно не ожидал такой реакции на свою подколку: нахмурился и молча отодвинулся от меня. К нам спешили фанаты, они окружили нас и унесли в разные стороны помещения.       На вечеринке после награждения я снова был один. Ребята разбрелись кто куда, Густав с Йоханом в компании ребят из Cloud9 шумно разливали текилу, Куро я не видел, а Тал, попивая коктейли, тыкал в планшет. Я подошел к бару, где снова наткнулся на Артура. Мидер злых гениев потягивал апельсиновый сок, с недовольством разглядывая накидавшегося Йохана, который на бис исполнял свой «battle roar» под аплодисменты присутствующих. Я взял чью-то рюмку, понюхал ее и, убедившись, что это водка, вылил ее в стакан Артура, который был поглощен созерцанием большого папочки. Сам же взял соседнюю рюмку и выпил сам. Артизи медленно повернулся ко мне, захватывая пухлыми губами розовую трубочку. Я наблюдал за ним, отправляя в себя очередную порцию водки. Артур скривился и выплюнул сок обратно в стакан. — Очень смешно, Паппи, — протянул он. — А что, мама отпустила тебя на турнир, но запретила выпивать? — Не все такие ничтожества, чтобы напиваться после позорного проигрыша, — ядовито сказал Артур и замер, ожидая моего ответа.       Я сделал неопределенное движение плечом, отвернулся от него и взял очередную рюмку. Назойливая малолетка яростно потыкала меня в спину, так и не дождавшись от меня ни слова. Прекрасно зная мой характер, Артурка считал, что я разозлюсь, ведь он (да и не только он) знал о моей принципиальности и нетерпимости к подобным замечаниям. Но я был спокоен. Мне нельзя выдать мою тайну, поэтому я вел себя осторожно, как никогда, хотя мне дико хотелось треснуть парню по башке подносом. Не желая продолжать общение с канадским узбеком, я вышел на улицу проветриться. — Ну почему он не забанил Ликантропа? — Может вопрос принципа, он хотел его законтрить. — Первый бан арбуз и Ликан, и все, изи, — брызжа слюной спорил кто-то из стаффа другой команды со своим оппонентом. — Ага, Ликан — изи для Артизи.       Я закатил глаза, в ближайшее время только и будут разговоры про этого Ликана. О, великолепный Артур на Ликане, как он порвал днищ из Секретной команды. О, тупой Пуппей, как же он так не банил Ликана и Тайдхантера? Наверное, продался, 322, все дела. Я прекрасно понимал, что эти разговоры скоро стихнут, когда погаснут страсти вокруг старладдера. Разговоры стихнут, а менеджер злых гениев при мне порвет злополучные фотографии, которые ему удалось заполучить. Я не заметил, как сжал кулаки так, что ногти до крови впились в мои ладони. Молоденький и глупый Артур Бабаев и не подозревал, что его победа — это всего лишь вопрос нескольких фотографий, украденных из моего чемодана. Или подозревал? Все поздравляли «гениев» с победой, игроки просто светились от счастья, пожимая руки проигравшим. Особенно Фир, который сидел на неудобном барном стуле, с глупой улыбкой поправляя повязку на локте. Один Артизи был собран и хмур, его взгляд блуждал по бару. Я чувствовал кожей, как он останавливался на мне, изучая.       Через несколько часов я уже плыл по коридору. Многие игроки уезжали сегодня ночью, но немало народу осталось отмечать до утра. Я решил, что с меня хватит, в ушах шумело, я шел на полусогнутых ногах, держась за стену. Меня конвоировал Куро, слегка поддерживая под локоть. Периодически я заваливался на маленького иранца, но тот с неожиданной силой выправлял меня, ставя на ноги, и вел дальше. — Мы пришли, да? — пробулькал я, сползая по стене. — Да, мой капитан, — с насмешкой сказал Куро, ковыряясь ключом в моей двери. — Почему я сплю один? Это так скучно, — хихикнул я. — О, Клем, Папочка дымит на балконе, а Густав храпит, — отозвался Куро, закатив глаза. — Один Тал золотко, но он поселился со своей девушкой. — Густав храпит? — с недоверием спросил я, хватаясь за протянутую руку Куроки. — Как черепаха, — кивнул он, заталкивая меня в номер. — Стой-ка, — протянул я, держась за дверной проем, — может, поспишь у меня, раз там тебе храпят? — неловко предложил я. — Клемент, алкаш, — расхохотался Куро.       Он любезно допинал меня до кровати, я, пытаясь схватить его, шлепнулся с нее, неприятно стукнувшись подбородком об пол. Куро пытался забросить меня на кровать, но забив на это неблагодарное дело, он скинул мне с кровати подушку и плед, я устроился на ковре, рядом с кроватью, потребовав колыбельную от моего керри. Парень смущенно присел рядом, запустил руку в мои волосы и, перебирая их, стал что-то рассказывать на английском, иногда сбиваясь на немецкий. От него пахло табаком, ромом и ментоловыми жвачками, меня успокаивал этот запах. Шум и качка в моей голове утихли, и я смог уснуть, под приятный тихий голос.       Мне что-то снилось. Лица, летающие чемоданы, Артур Бабаев, который бил Куроки метлой, дико хохоча под комментарии Вилата.       «ВСЁ МЕТЛА, ВСЁ В КУРОКИ, ЗАБРАТЬ НАДО ХОТЬ КОГО-ТО. МЕТЛУ СТАВИТ АРТИЗИ, ОЙ-ОЙ-ОЙ КАКАЯ ХОРОШАЯ МЕТЛА У ТОЛСТОЙ СКАТИНЫ, ПОДМЕТАЕТ СЕЙЧАС ОН. КУРОКИ ПЫТАЕТСЯ ЧТО-ТО СДЕЛАТЬ, НЕ УБИВАЕТ НИКОГО, БАБАЕВ УЛЬТУЕТ — НИКОГО НЕ ЗАБИРАЕТ. ЗДЕСЬ ПЫЛЬ, НО ЕЕ ТУТ ЖЕ УБИРАЕТ АРТИЗИ! МОЖНО ЛИВАТЬ, ЭТО, БЛЯТЬ, НЕ УБОРКА, ЭТО ПРОСТО 2EZ4RTZ!»       Я резко сел, столкнувшись с тем, кто мне снился. — Что ты тут забыл? — воскликнул я, потирая лоб. — Поговорить хотел, а ты дерешься, — откликнулся Артур. — Не обязательно было нависать надо мной, у меня клаустрофобия, — буркнул я. — И перегар, — усмехнулся парень. — Дай мне конфетки, они на тумбочке. Сколько я спал? — я улегся обратно на подушку.       Артур опешил от такой наглости, открывая рот не в силах что-то сказать. Наконец-то он привстал с колен и потянулся к тумбочке, швырнув в меня коробочку с освежающими фруктовыми конфетками. Я отправил несколько штучек в рот, невозмутимо жуя их, пока мидер нынешних чемпионов Старладдера, садился рядом со мной на пол. — Пару часов, я искал тебя в зале, пока мне не сказали, что ты пошел спать. — Это за водку, которую я тебе плеснул? Я пошутил так, не смешно, наверное, но морда у тебя была очень глупая, — невинно начал я. — Глупости, щенок, меня эти шуточки даже не бесят почти, — угрюмо ответил мне Артур. — А вот щенок это обидно, — я лениво хлопнул его рукой в живот.       Артур перехватил мою руку, сжав мое запястье, снова навис надо мной. — Ты щенок, а я волк. И я должен был порвать тебя и твою команду, это очевидно, — быстро и тихо говорил он, что для канадского агро-школьника не совсем обычный стиль общения. — Порвал же, — резонно заметил я, подавляя гнев, кипящий внутри меня, пытался вырвать свою руку из железной хватки. Но он не отпускал. — Клемент, я не победил. Ты проиграл, но я не победил. — Что? — внутри меня все замерло. — Артурка, у тебя как с головой? — Ты все понимаешь прекрасно, я все знаю! Ты не такой принципиальный, как все о тебе говорят, — гневно шипел Артизи. — Ты тупая продажная тварь, не достойная играть, признавайся, за сколько тебя купили? Сколько стоит Клемент Иванов, капитан Team Secret?       Я молчал, вскинув подбородок, лихорадочно соображая, откуда бы парень мог узнать эту информацию. — Я все слышал, — продолжал он, словно читая мои мысли. — Не в моих интересах это распространять, ты выкрутишься, а мне не нужны эти пятна. Я хочу честной игры и честных побед. Я хочу доказать, что я сильнее, и доказывать это раз за разом, — с жаром говорил Артур, приближаясь ко мне так, что его сбивчивое дыхание долетало до моих губ, обжигая их.       Он отпустил мою руку, я неуклюже вскочил, запутываясь в одеяле. Артур вслед за мной поднялся с пола, встав вплотную ко мне, сверля меня взглядом. Стройный восемнадцатилетний парень с серьгами в ушах, ниже меня почти на голову — он внушил мне какой-то панический страх одними своими потемневшими до черноты карими глазами. — Я смогу победить тебя честно, — снова заговорил Артур после пары минут напряженного молчания.       Он поднялся на цыпочки, схватил меня за шею, склоняя к себе. От его взгляда во мне разлилась такая слабость, что я не стал сопротивляться. Ненависть внутри меня перегорела. Один из лучших мидеров планеты, сжимая горячей ладонью мое горло, заставлял меня склониться перед ним, признать свою слабость. — В чем же твой секрет? — прошептал он, едва касаясь моих губ.