Гостья из вечности

Казалось, прошла целая вечность перед тем, как Тедов поднялся с земли. Голова у него кружилась, грудь болела, но хуже всего было то, что вернулась способность размышлять. А вместе с ней пришла страшная мысль: «Я убийца. Я только что убил человека». Преодолев отвращение, он взглянул на поверженного противника. В темноте было трудно разглядеть лицо, но под головой лежащего мужчины уже образовалась тёмная лужа. Виктор поскорее отвернулся и наткнулся взглядом на Фелисию. Она сидела на земле, прижимая руки к лицу. Тедов заковылял к ней. – Лисси, ты цела? Девушка кивнула. Из носа у неё текла кровь, и Виктор поспешно достал из кармана платок. Лисси прижала насквозь промокший лоскут ткани к лицу и прерывисто вздохнула. – Это я во всём виновата. Это всё из-за меня... – Что ты сделала с машиной? – прервал её Виктор. Перед его глазами вдруг очень ярко предстала картинка: девушка в забрызганном кровью платье вытягивает руки, и машина, послушная её воле, переворачивается. – Это телекинез? Как в «Кэрри», да? – Возможно и так, – глухо ответила девушка. – Послушай... я всё тебе расскажу, только позже. Сейчас надо бежать и как можно быстрее! Виктор по голосу понял, что она испугана дальше некуда, и в этот самый момент в нём будто заговорил кто-то другой – сознательный и рассудительный. Не своим, ровным голосом, Тедов произнёс: – Не надо бежать. Он подошёл к трупу, стараясь не смотреть на него, поднял пистолет, тщательно обтёр рукавом и вложил в руку второго мужчины. – Я не хотела его убивать, – донёсся сзади голос Лисси. – Я хотела только испугать его. Наверное, у него не выдержало сердце. Виктор мысленно задался вопросом, а было ли вообще сердце у этого существа, но Фелисии возражать не стал. – В ресторане было мало посетителей, и почти никто не знает, что я разговаривал с Лисянским. Вряд ли он говорил о своих планах кому-то, кроме этих двоих, – медленно начал Виктор. – Когда их найдут, никто не подумает на нас. Полицейские решат, что они сами друг друга перебили. – А твоя машина? – вновь подала голос Лисси. Тедов подошёл к автомобилю и принялся осматривать его – очень внимательно, чтобы не думать о страшном. Стёкла были разбиты, в правом боку появилась большая вмятина, но в целом машина была в рабочем состоянии. – Доедем до дома Ларисы Ивановны. Я оставлю машину в лесочке. На следующее утро отгоню её куда-нибудь подальше и сниму номера. А знакомым скажу, что продал. *** На всю жизнь Виктору запомнилась дорога через лес. В разбитые окна задувал ветер, Фелисиа сидела, съёжившись на сиденье, а сам он безуспешно пытался прогнать из головы мысли о том, что будет, когда их найдут. Ведь их непременно найдут... он совсем не умеет заметать следы... или всё-таки есть надежда? Преступников будут искать в первую очередь среди врагов Юрия. У него ведь наверняка были враги! Скорее всего, это дело сочтут очередным «висяком». Надо надеяться... Машину они бросили в середине лесочка и до дома дошли пешком. К счастью, Лариса Ивановна спала или, по крайней мере, делала вид, что спит. Фелисиа открыла дверь своим ключом, и они, стараясь ступать как можно тише, добрались до её спальни. Это была маленькая неуютная комнатка со светло-зелёными обоями и старой лампой на письменном столе. Пока Виктор приводил в порядок одежду и чистил ботинки, Лисси проскользнула в ванную комнату и вышла оттуда, закутавшись в длинное полотенце. Платье она развесила на стуле и сама села туда же, жестом пригласив мужчину устроиться на кровати. – Конечно же, я тебе всё расскажу, – тихо начала девушка, голос её был будто сорван. – Я солгала тебе тогда, когда ты нашёл меня здесь. Вернее, не солгала, а... не сказала всей правды. Ты бы мне всё равно не поверил... Она осеклась и через секунду спросила без всякой видимой связи: – Ты знаешь, кто такие хюльдры? – Кто? – Хюль-дры. – Нет... а кто это? – Существа из скандинавского фольклора. Прекрасные женщины с длинными хвостами, коровьими или лисьими. Если верить преданиям, они живут в лесах, обладают прекрасными голосами, способными очаровать любого, и могут быть очень жестокими. Если человек полюбит хюльдру, он должен уйти с ней в лес и провести там всю оставшуюся жизнь. А жизнь у хюльдр долгая, почти вечная. Она сделала паузу и медленно, почти торжественно добавила: – И я – хюльдра. Виктор даже не удивился. После произошедшего на дороге ему казалось, что он вообще потерял способность чему-либо удивляться. Если Лисси хочет считать себя хюльдрой – пусть считает. Это ещё не самая страшная из форм сумасшествия. Но дальше случилось то, что сумело-таки выбить Тедова из колеи. Фелисиа скинула полотенце, под которым не было ничего – даже нижнего белья. Фигура у девушки была стройная, изящная, кожа имела молочно-белый оттенок, но Виктор едва заметил эту красоту. Его расширившиеся от изумления глаза были устремлены на пушистый светло-рыжий хвост длиной чуть ниже колена. Его кончик чуть подрагивал. Множество мыслей пронеслось в это время в голове Тедова. «Конечно, вот почему она не захотела раздеваться! И вот откуда волоски на кровати! Но, чёрт возьми, как? Как?» Прошло около минуты, прежде чем Виктор сумел собраться с мыслями и выдохнул: – Ты знаешь... Я, конечно, читал про всякие генетические мутации... атавизмы... Пока он судорожно пытался вспомнить всё, что рассказывала им об этом учительница биологии, Лисси снова завернулась в полотенце и опустилась на стул. – Я так и знала, что ты мне не поверишь. Ты ведь считаешь, что я – просто ошибка природы? Что я сошла с ума и воображаю себя хюльдрой? – Нет, Лисси, что ты! – Неужели того, что я сотворила, мало для доказательства? – не слушая его, продолжала девушка. – Да, я могу и лечить, и убивать! Я действительно скинула одного из прихвостней Юрия с лестницы! Я – последняя из хюльдр, я – гостья из вечности! Я не могу долго жить без леса, я не должна была здесь оставаться, но всё пошло не так, когда я влюбилась в тебя! Выпалив это признание, Фелисиа бессильно откинулась на спинку стула. Виктор почувствовал, как его мир стремительно разваливается на части. Ещё несколько дней назад он был счастливым влюблённым, а теперь он убийца, а его избранница – сверхъестественное существо! – Но этого не может быть! – воскликнул он и сам разозлился на себя за банальность. – Если ты не веришь мне, спроси своего друга, который уехал в Швецию, посмотри в Интернете, в конце концов! – Фелисиа приподнялась, глаза её засверкали. – И беги! Беги прочь от меня! – Зачем? – Мы не можем быть вместе! Если ты останешься со мной, тебе придётся навсегда уйти в горы! – Мне в любом случае придётся это сделать. Мы связаны кровью, Лисси. – Убийство не раскроют. Ты вернёшься домой и заживёшь своей прежней жизнью. А я уеду, – девушка заговорила рублеными короткими фразами. – Ты думаешь, что после всего, что случилось, я смогу жить как раньше? – он повысил голос, и Фелисиа поморщилась. – Да мне каждую ночь будет сниться убитый мной человек! И пусть это была самозащита, мне от этого не легче! – Хорошо, – неожиданно быстро согласилась Лисси. – Всё равно эти несколько дней мы должны провести здесь, в относительной безопасности. У тебя есть время подумать. – Я уже сделал свой выбор однажды и менять его не намерен, – твёрдо заявил Виктор. – Я тебя не оставлю. Потом они долго сидели в молчании. За окном шелестел затихающий дождь. Когда молчание стало давящим, Тедов произнёс: – Лисси... Расскажи, как ты жила раньше? Кем были твои родители? Она грустно усмехнулась. – Мать была хюльдрой, а отца я никогда не знала. Мама никогда не рассказывала, как она забеременела, а я тогда была ещё слишком мала, чтобы задавать подобные вопросы. Мы жили в маленькой хижине в лесу – как в сказке, честное слово! Однажды зимой мама не вернулась домой. Я долго ждала, затем вышла её искать и заблудилась. Да, я, хюльдра, заблудилась! Наверное, я бы умерла, если бы не «дядя». Он спас меня, принёс к себе домой... Когда он увидел мой хвост, я рассказала всю правду. Мать велела мне таиться от людей, но он был не такой, как другие. Он поверил мне, научил скрывать свою сущность от других людей. Потом появился Юрий... остальное я тебе уже рассказывала. – А Юрий знал, кто ты такая на самом деле? – Не думаю. Он был догадлив, но вряд ли такая мысль пришла бы ему в голову. Она слишком фантастична... – Фелисиа глубоко вздохнула и печально посмотрела на Виктора. – Я так устала! Не расспрашивай меня больше. Остаток ночи она провели, пытаясь уснуть: Фелисиа – на кровати, Виктор – на кушетке. Сны Тедова были тревожны и беспокойны. Снова и снова в них появлялся усмехающийся Юрий, безымянный бандит, сжимающий в руках пистолет, текущая из его головы кровь... А потом всё сменилось другим, облачно-призрачным видением. Источник, от которого поднимался пар, пляшущие вокруг него девушки и женщины – молодые и немолодые, рыжие, блондинки, брюнетки, шатенки, русые – но все до одной невыносимо прекрасные. Из-под их зелёных и синих платьев высовывались кончики пушистых хвостов.