Утро

Михоук спит так сосредоточенно, как будто выполняет ответственное задание. Будто у него в ежедневнике так и написано: «Сон продолжительностью семь часов. Увидеть не менее двух снов. Не храпеть!». Шанкс беззвучно смеется и приподнимается на локте, чтобы было лучше видно. Спящий Михоук — редкое зрелище. Михоук, воплощение спокойствия, лежит на спине, раскинувшись на подушках. Тонкая шелковая простыня прикрывает его до пояса. На мерно поднимающейся и опускающейся груди лежит игрушечный кинжальчик на цепочке — Михоук с ним никогда не расстается. Плотно сомкнутые веки еле заметно подрагивают, видимо, план по снам Михоук как раз выполняет. Шанкс снова улыбается. Интересно, что ему снится? Наверняка что-нибудь мрачное и скучное. Вопреки размышлениям Шанкса, Михоук бормочет что-то, к несчастью, совсем неразборчивое, и немного меняет позу. Простыня совсем сбивается и сползает. — Ого, — вслух говорит Шанкс. Похоже, что сны у Михоука все-таки интересные. Или это у него на собственные бесконечные тренировки так встает? Надо будет спросить при случае. Шанкс кладет руку на мускулистый живот и медленно ведет ее ниже. Касается твердого, горячего члена. Берет его в ладонь. Пару раз двигает вверх-вниз. Михоук не шевелится, но его дыхание становится чуточку слышнее. Или Шанкс себе врет. Шанкс ухмыляется и садится. "А это как тебе?" — мысленно спрашивает он и, наклонившись, проводит по головке языком. Михоук — каменная статуя. Если бы у статуй могли розоветь щеки. Если бы из их мраморных хуев могла вытекать полупрозрачная смазка. Шанкс легонько щекочет языком уздечку, еще пару раз облизывает темно-красную головку, собирая соленые капли, а потом плотно обхватывает ее губами. Он быстро сосет, больше не глядя Михоуку в лицо. Его захватывает лишь одна мысль — может ли Михоук кончить, не проснувшись? Михоук сдавленно стонет, и Шанкс разочарован. Рот наполняется горьковатой спермой. Шанкс сплевывает в сторону, проводит языком по губам и поднимает глаза. Немигающий взгляд Михоука полон укоризны. — Что тебе снилось? — легкомысленно спрашивает Шанкс. Михоук вздыхает с видом «что это за идиот и как он попал в мою постель». — Ты, — наконец отвечает он. Шанкс напоказ приосанивается, а в душе его затапливает нежность. Чертов честный Михоук. Мог бы и соврать какую-нибудь ерунду. Шанкс ложится рядом и кладет голову ему на плечо. Протягивает руку и теребит цепочку. Говорить не хочется. Хорошее выдалось утро.