Алкоголь и его последствия

- Нет, не надо было столько пить. – Пошатываясь, Трах шел к своей комнате. - Да и девочек развести не удалось…Блядь! - он столкнулся с закрытой, как он думал, дверью своего жилья. – Я же не запирал. – И стал ее пинать, применяя при этом всю свою дурь, на что дверь открылась. - Ты что делаешь, придурок? Разбудить всех решил? Иди на улицу и там бейся хоть головой! – Дверь открыл Гомо, который был весьма разгневан тем, что его разбудили. - О, пидорок, а что это ты у меня делаешь? – Трах был весьма удивлен, увидев своего соседа. - Ты вообще дебил? - парень скрестил руки на груди. – Это моя комната, а твоя дальше. И фу! Мало того, что ты свин грязный, так еще и перегаром несет, неотесанный мужлан. - Спасибо, детка. Ты тоже ничего. – Чуть усмехнувшись, отметил Трах, попутно разглядывая Гомо. А тот был хорош. Искусственно поставленного беспорядка на голове не было. Теперь от природы светлые волосы были просто забавно лохматыми после сна, а черные, тоже почему-то естественные, бровки были нахмурены. Пухловатые губки, тут тоже матушка-природа постаралась, были слегка поджаты от негодования. А еще ножки.… Такие длинные и стройные, что любая девушка от зависти повесится. Херувим с гейским прошлым, епт. - Что прости? Твои пошлые реплики со скрытыми животными намеками мне не интересны. – Парень попытался вытолкать ночного гостя. - Я не шучу, а говорю, что думаю. – Алкоголь творил с Трахом удивительные вещи. Раньше он, конечно, ловил себя на мысли, что жопа у Гомо была очень даже ничего, но это было от большого спермотоксикоза, по крайней мере он сам так думал. – И халатик тебе этот идет. Такой же шлюший, как и ты. - Все сказал? А теперь вали к себе. – Гомо разгневался и попытался закрыть дверь, но нога грубияна остановила резную деревянную преграду. – Ногу убрал, животное. Быстро! - А ты ротик свой блядский не раскрывай, пока им не работаешь. – Гость с силой толкнул не до конца закрытую дверь и прошел в комнату, заставляя Гомо пятиться назад. - Ты себя не контролируешь! И это уже не смешно. – Стиляга и дальше бы отходил, но его спина столкнулась со стеной. – Тебе же потом хуже будет. -Я голоден, Гомо. Покорми меня, пожалуйста. – Неожиданно он прижал к себе блондина, аккуратно гладя по спинке и ласково шепча на ухо. – Или я просто умру с голода. - А? Ты чего раньше не сказал? Там в холодильнике пицца осталась, и пару кексиков. – Решив, что сосед больше не будет ошалевать, парень облегченно выдохнул. - Кексики - это очень хорошо. Это то, что нужно. – Горячо выдохнув и прикусив бледную кожу, которая так приятно пахла ванилью и корицей, Трах забрался под коротенький халатик, поглаживая друга по ягодицам, изредка их сжимая. - Трах, мать твою, прекрати! И руки убери! – Гомо сразу же стал дергаться и вырываться, когда озабоченный знакомый стал так явно домогаться. - Да тихо ты. Не строй из себя невинность. Я же знаю, что тебе мужики по вкусу, особенно дикие. – Как бы случайно, “голодающий” стал тереться пахом о бедра Гомо. - Блядь, да прекрати ты, грязное животное. – Гомо уже самому нравилась внезапная роль жертвы, да и, как говорилось, мужика хотелось дико, причем какого-нибудь необузданного, чтобы до потери пульса заниматься бурным и жестким сексом. - Даже не подумаю. – Прикусив нежную кожу на ключице и вызывая тем самым довольный и шумный выдох, Трах стащил бесполезный шелковый халатик голубоглазого парня и скинул его на пол. - Ну ладно, потом не ной. - Даже не подумаю. Тут Гомо оттолкнул от себя похотливого мужчину и заставил упасть на белый ворсистый ковер, усаживаясь ему на бедра. Сейчас он не выглядел жертвой. Закусанная губа, похотливый огонек в глазах с некой блядской поволокой, длинные пальцы, так ловко растягивающие пуговицу и молнию на джинсах и творящие с напряженным членом безумные вещи. Трах не верил, что это действительно настоящий Гомо. Вроде обычный стервозный идиот, помешанный на моде. А тут на тебе, и ошибочка вышла. Наклоняется тоже как заправская проститутка и не целуется, а издевается, кусаясь и только дразня. И всегда в глаза смотрит. Вот же бесстыдная сволочь. И даже сосет, в глаза смотря, сладко причмокивая, загоняя член себе в горло или выпуская полностью и дразня кончиком языка, или облизывая как мороженое, или… Черт! А ноги как раздвигает. Так медленно и зазывно. Как скользит блестящими от смазки пальцами по сжатому колечку и как проникает в себя. И все это с выражение лица “Я ХОЧУ, ЧТОБ ТЫ МЕНЯ ДРАЛ, КАК ПОСЛЕДНЮЮ ШАЛАВУ ”. И Траху терпеть было тяжело. Хотелось секса до безумия. Хотелось натянуть по самый яйца и драть, драть пока Гомо не закричит. Но останавливать или мешать во время Гомовских игрищ было опасно. И поэтому он терпел, сдерживая порывы. И только тогда, когда его попросили, Трах сорвался. Грубо беря податливое тело, заставляя его выгибаться и кричать, раздирать немаленькими ногтями плечи и поясницу, податливо двигать бедрами, облизывать и кусать пересохшие губы. Они испробовали множество поз и только поздним утром остановились, погружаясь в сон после марафона. Уже под вечер они проснулись. Сначала Трах, который аккуратно гладил и любовался спящим ангелом. Да, именно ангелом. От него вело чем- то умиротворяющим и светлым, хотя пару часов назад этого точно не было. Свернувшись и прижавшись к теплому телу и посапывая носиком, Гомо еще спал, чему- то слегка улыбаясь во сне. Проснулся же от стука в подъезде, медленно потягиваясь и зевая. Поистине милый ангелочек с темной стороной. И теперь Трах уже точно понимает, что “напиваться” теперь он будет чаще.