А зло умеет любить?

      За тренировкой десять минут пролетели незаметно. Выходя из тренировочной комнаты, Макс уже практически забыл о том, что пришло ему в голову десять минут назад, и теперь спокойно ожидал Алана, который, как обычно, остановился поболтать с Лиан.       Обычно Макс дожидался друга у двери, после чего они вдвоём шли в столовую, чтобы немного перекусить. Однако в этот раз Алан появился не один.        - Макс, ты не против, если в этот раз Лиан составит нам компанию?       Макс глянул сначала на друга, потом на девушку, а затем сказал:        - Да нет, с чего мне быть против?       По дороге в столовую Алан и Лиан о чём-то увлечённо болтали. Макс их почти не слушал, погружённый в свои мысли, когда Лиан обратилась к нему.        - Кстати, Тандэрмэн, я тут наблюдала за твоими упражнениями. У тебя хорошо получается. Такими темпами к концу курса ты меня превзойдёшь.        - Спасибо, – слегка смущённо ответил Макс. – Я стараюсь. Ай!       Буквально на несколько секунд парень перестал смотреть, куда идёт, и столкнулся с человеком, идущим ему навстречу. Это был крупный парень в кожаной куртке и джинсах.        - Смотри, куда идёшь, придурок! – воскликнул он и толкнул Макса в сторону так сильно, что тот упал, не успев даже ничего сказать.       Алан помог Максу подняться.        - Ты в порядке?       Получив от Макса утвердительный кивок, Алан переключил своё внимание на амбала, который не успел далеко уйти.        - Эй, ты!       Парень обернулся, выискивая взглядом того, кто осмелился столь дерзко его окликнуть.        - Да, да, ты! – не унимался Алан. – Тебя что, не учили, что толкаться неприлично?       Амбал двинулся в сторону парня. Макс услышал, как Лиан зашептала Алану на ухо:        - Не советую тебе с ним связываться. Это Терри Гронк - четверокурсник, один из лучших жнецов.       Начиная с третьего курса группы студентов разбивались, и дальнейшее обучение продолжалось уже по потокам. Право выбрать поток предоставлялось самим студентам в зависимости от личных предпочтений и планов на будущую злодейскую карьеру, однако преподаватели, как правило, давали советы, основываясь на способностях, проявленных студентами в ходе первых двух курсов.       Одним из таких потоков являлся поток «Жнецы». На этот поток, как правило, направлялись наиболее сильные, ловкие и даже в чём-то жестокие студенты. После окончания университета жнецы обычно становились наёмникам, чьей задачей было находить и уничтожать любого, кто был неугоден нанимателю.       Макс слышал про Терри Гронка. Среди прочих жнецов он был третьим не только по успехам в профильных предметах, но и по жестокости. Благодаря способности нагревать собственное тело до крайне высокой температуры он был практически непобедим. Говорили даже, что одного из преподавателей пришлось в срочном порядке менять, так как Гронк едва не задушил его раскалёнными докрасна руками.       И вот сейчас эта машина для убийства медленно надвигалась на Алана. Макс забеспокоился. Оба парня были примерно одного роста, но Гронк всё равно казался намного крупнее, как Голиаф на фоне Давида.        - Тебе чё надо, личинка? – голос у Гронка был низкий и хриплый.        - Ты толкнул моего друга, – твёрдо произнёс Алан. – Извинись перед ним.       Буквально на секунду на лице Гронка застыло удивлённое выражение, а затем он рассмеялся - так громко, что, казалось, стены затряслись.        - Я серьёзно, - не отступал Алан. – Извиняйся, сейчас же.        - А то что? – с этими словами Гронк сильно толкнул Алана назад.       Дальнейшие события произошли так стремительно, что никто не успел вмешаться. Едва Гронк снова засмеялся, как Алан врезал ему кулаком по лицу - так сильно, что тот даже слегка пошатнулся.       По коридору пронёсся вздох изумления, а затем воцарилась зловещая тишина. Гронк потёр место удара. Выглядел он на удивление спокойным.        - А вот это ты зря.       Гронк бросился на Алана со скоростью дикого зверя. Тот даже не успел опомниться, как громила одним ударом повалил его на землю, а затем, прижав его к земле собственным весом, потянул свои ручищи к его шее. Алан едва успел перехватить их. Гронк лишь улыбнулся. Его руки вдруг покраснели и даже слегка засветились. Алан вскрикнул.       Макс с ужасом наблюдал за дракой. Он попытался докричаться до Алана, попросить его прекратить всё это, но его голос потонул в гуле возгласов, которым собравшиеся студенты подбадривали обоих участников этого неожиданного боя.       Не в силах ничего сделать, Макс мог лишь наблюдать, как Гронк тянет к Алану свои раскалённые лапы. Неожиданно он заметил, что от искусственного глаза Алана расползлись красные полоски. Видимо, Алан пытался к чему-то подключиться. Только вот к чему?       Вопреки распространённому мнению, ответ на этот вопрос упал прямо с неба. А точнее, пролился с потолка. Должно быть, Алан взломал систему пожаротушения. Некоторые зрители тотчас с криками разбежались, пытаясь спастись от неожиданного душа.       Руки Гронка от контакта с водой зашипели, место схватки окутало облако пара, которое довольно быстро рассеялось. Как выяснилось, подобная стратегия оказалась крайне эффективной: руки Гронка погасли, Алан смог спихнуть громилу с себя и теперь перешёл в наступление, обрушивая на противника буквально целый град ударов.       Макс не знал, что делать. От волнения он, похоже, даже забыл, что у него есть суперсилы. Стоящая рядом Лиан, похоже, тоже. Противники продолжали избивать друг друга, когда неожиданно раздался громогласный возглас:        - А ну немедленно прекратили!       От этого выкрика стены и в самом деле задрожали. Толпа расступилась, пропуская высокого и мускулистого человека в военной форме.        - Кто это? – шёпотом спросил Макс.        - Это полковник Ландерс, - ответила Лиан. – Он курирует поток Жнецов. Говорят, он своим голосом может снести целый дом.       Противопожарная система неожиданно отключилась. Обернувшись, Макс заметил профессора Эклипса, а точнее, его копию, рядом с рычагом управления системой. Ещё две копии возникли рядом с противниками, переставшими драться, и властно положили руки каждому на плечо - на случай, если те вдруг вздумают возобновить бой.       С другой стороны зрители тоже расступились, и к месту поединка подошёл настоящий профессор Эклипс. Его лицо по-прежнему ничего не выражало, в отличие от полковника, который, казалось, вот-вот был готов взорваться - во всех смыслах этого слова.        - Ну и что здесь происходит? – вечно спокойная и монотонная речь профессора звучала в этой ситуации несколько странно и неуместно.       Алан и Гронк тут же начали оправдываться, перебивая и сваливая вину друг на друга.        - Молчать! – крикнул полковник так громко, что некоторые из наблюдавших схватились за уши.       Профессор Эклипс, однако, никак не отреагировал на громкий звук. Он внимательно оглядел толпу, словно пытаясь кого-то найти. Наконец, его взгляд остановился на Лиан.        - Мисс Аргентмарк, может быть, Вы прольёте свет на эту ситуацию?       Лиан растерялась. Макс впервые видел её в таком состоянии. Казалось, вопрос привёл её в полное замешательство.        - Мисс Аргентмарк, - снова заговорил профессор. – Позвольте напомнить Вам, что при Вашем положении покрывать провинившихся – далеко не самая удачная идея. Я повторяю вопрос: кто из студентов начал драку?       Лиан бросила виноватый взгляд на Алана, а затем, опустив глаза, указала на него пальцем.        - Это был он.        - Ага! – воскликнул полковник, только на сей раз не так громко. – Я так и знал, что это один из твоих устроил эти беспорядки, Эклипс! Мои студенты, в отличие от твоих, имеют представление о дисциплине! А ну тихо!       Последнюю фразу полковник адресовал толпе, по которой прокатился лёгкий смешок. Жнецы являлись самым проблемным потоком, большинство нарушений совершали именно они, и всем это было прекрасно известно.       Профессор Эклипс, казалось, пропустил выпад полковника мимо ушей. Вместо этого он обратил своё внимание на Алана.        - Мистер Блумвуд, - произнёс он всё с той же интонацией. – Знаете, некоторые преподаватели обучали ещё Вашего отца. Они предупреждали, что с Вами тоже могут быть проблемы, но я рассчитывал, что мы сможем этого избежать. Что ж, видимо, я ошибся в расчётах. Опять.       Алан стоял практически неподвижно, стараясь не смотреть профессору в глаза. Тот, по-прежнему сохраняя абсолютно бесстрастное выражение лица, продолжал свою речь.        - Знаете, до сих пор я старался закрывать глаза на все те мелкие нарушения, которые Вы совершали, - Алан с недоумением посмотрел на профессора. – О, не нужно делать вид, что не понимаете, о чём я. Автоматы фиксируют выдачу содержимого - не важно, каким способом оно получено. Это, конечно, мелочи, но в сумме со штрафными баллами за драку этого вполне хватит, чтобы выкинуть Вас отсюда в конце семестра, и даже Ваш папочка Вас не спасёт.       Макс почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Нельзя допустить, чтобы Алана выгнали из университета. Нужно было что-то делать.        - Профессор Эклипс, постойте, - воскликнул Макс, поражаясь своей смелости.       Профессор отвлёкся от Алана и обратил свой полный безразличия взгляд на Макса.        - Да, мистер Тандэрмэн, Вы хотите что-то сказать?        - Эм… я… - откровенно говоря, эту часть своего плана парень не особо продумал. – Это всё я. Я спровоцировал драку! Алан просто вступился за меня, он ни в чём не виноват.       В коридоре вдруг воцарилось молчание. Некоторые даже решили, что оглохли, пока профессор, подойдя к Максу, не произнёс:        - Похвальная преданность, мистер Тандэрмэн. Жаль только, что в нашем ремесле это качество редко бывает полезно.       Эта фраза почему-то прозвучала невероятно пугающе, хотя интонация голоса профессора не изменилась ни на секунду. Макс слегка вздрогнул.        - Что ж, - продолжил профессор. – Я полагаю, на сей раз мы ограничимся предупреждением. Но если с кем-либо из вас ещё раз возникнут проблемы, будете отвечать по всей строгости. Вы согласны со мной, полковник?        - Согласен, - пробубнил полковник, всем своим видом стараясь показать, что его такой расклад не слишком устраивает.       Гронк слегка усмехнулся. Полковник тут же набросился на него, дав ему подзатыльник.        - А ты чего ухмыляешься? У тебя-то проблем побольше, чем у этой мелочи! А ну прочь отсюда!       Громила поспешил ретироваться. Полковник ушёл за ним следом. Зрители, осознав, что больше ничего интересного не предвидится, тоже начали расходиться. Лиан и Макс подбежали к Алану.        - Друг, ты в порядке?        - Да, - ответил Алан. – Всё хорошо.       Впрочем, выглядел он совсем не хорошо. Гронк серьёзно побил его, из губы шла кровь, а ладони были сильно обожжены.        - Вам повезло, мистер Блумвуд, - о том, что профессор Эклипс всё ещё здесь, все, похоже, забыли. – Мистер Гронк не стал использовать полную силу, иначе Вы бы уже лишились рук. Мисс Аргентмарк, мистер Тандэрмэн, отведите его в медпункт. Что касается Вас, мистер Блумвуд, настоятельно рекомендую снизить свой рацион. И ещё кое-что…       Окончание этой фразы профессор прошептал Алану на ухо, после чего удалился.       Лиан и Макс повели Алана в сторону медпункта.        - А что он тебе сказал? – поинтересовалась Лиан.        - Неважно. Скажи лучше, о каком таком положении он говорил с тобой?       Лиан снова опустила взгляд.        - Ну, понимаешь… Ты знаешь, как я не хочу возвращаться домой. Я договорилась с руководством, что если я хорошо проявлю себя, они включат мой факультатив в обязательную программу. Тогда я смогу остаться здесь как штатный преподаватель.        - Так значит, ты наставница?       «Наставники» были ещё одним потоком - самым малочисленным. Попасть туда было очень трудно, так как этот поток целенаправленно готовил будущих преподавателей.        - Ага. Всё лучше, чем обратно к отцу.       Алан положил руку девушке на плечо.        - Слушай, Лиан, я понимаю: твои отношения с отцом далеки от идеала. Но он ведь любит тебя, несмотря ни на что. Ты хоть сообщи ему, где ты, а?       Лиан ненадолго задумалась, а затем её лицо озарила улыбка.        - Ладно, так и быть, Блумвуд, - сказала она, слегка ткнув Алана в плечо, отчего тот застонал. – Ой, прости.        - Простите, что прерываю, - вмешался в разговор Макс. – Но мне вот интересно, а что имел в виду профессор, говоря, что опять ошибся в расчётах?        - Никто точно не знает, правда ли это, - ответила Лиан. – Но говорят, что как-то раз, когда Эклипс был ещё обычным студентом, он пытался создать формулу, усиливающую органы чувств. Ну, там, суперзрение, суперслух и тому подобное. Ну, в общем, он допустил какую-то ошибку, и в результате, когда он опробовал полученное средство на себе, оно стёрло ему все эмоции. Напрочь.       Макс обдумал полученную информацию. Так значит, их руководитель не робот.        - И что, он никогда не пытался их восстановить?        - Нет. Он решил, что ему это не нужно. С тех пор так и живёт. Правда, есть версия, что эмоции у него не пропали, а просто были заперты глубоко внутри, и однажды случится прорыв, который сведёт Эклипса с ума.       «Занятно, - подумал Макс. – Похоже, даже у преподавателей здесь было непростое прошлое. Интересно, а какая у Алана история? Нет, думаю, лучше не спрашивать».