«Не говори со мной»

Все следующее утро прошло в «подбивании» материала. Переснимали, доснимали, дорабатывали и прочее. Бенедикт был ко мне очень расположен. Шутил, приносил воды, звал курить и беседовал на отвлеченные темы. Мы оба делали вид, что ничего не произошло и то, что случилось накануне, к нам отношения не имеет. Меня удивила суета, царившая на площадке. Я спросила режиссера, почему мы все так спешим? Времени на доработку оставалась еще много. Он странно на меня посмотрел и, перед тем как уйти в свои дела, кинул через плечо: - У Бена сегодня последний день. Дальше будем работать только с тобой и Майком*. Вот это новость! Словно гром среди ясного неба. Я могла предположить, что так и будет. Но, обычно, все остаются до самого конца. Потому что в процессе возникает еще много вопросов, решаемых сразу, на месте. Но, Мистер Камбербэтч - человек занятой. У него начинался новый проект. Я молча, понурив голову, прошла на задний двор дома, в котором мы снимали. В сад идти не хотелось, там сейчас толпа народу. Кто на перекуре, кто просто кофе попить. Я сажусь на низкую лавочку и обхватываю голову руками. Почему мне так хреново? Нет, не тошнит и голова не кружится, а просто на душе. Состояние, как будто изнутри скребли железными когтями огромные кошки. И пустота на привкус. - У тебя все хорошо? - слышу голос из пресного далека. Перед моими глазами на земле материализовались пару ботинок. Не поднимая головы, бубню в ответ: - Все хорошо. Значит, сегодня последний день? Во мне столько обиды, что ее видно не вооруженным глазом. Собеседник, присев на корточки, положил руки на мои колени. - В чем дело? Почему последний? - Мне сказали, что ты больше не будешь сниматься. - Надеюсь, что этого никогда не произойдет! - восклицает он и смеется. Актеры - люди суеверные, оказывается. - Я не в том смысле! Мы больше не увидимся в этом фильме. Твоя роль сыграна. У меня лицо, как будто я кусок лимона проглотила. Только что не плачу от обиды. Признаюсь, мои нервы за последнюю неделю сильно сдали. Расшатались по самый край. Никогда не замечала за собой таких резких перемен в настроении. И столько эмоциональности… Откуда? - Ты серьезно полагаешь, что это конец? - он смотрел на меня и продолжал улыбаться. - Что за дурацкая привычка говорить вопросами? - и тут я не выдержала. - Я уверенна в том, что это - конец! Ты хоть раз потом встречался с людьми, с которыми работал? - Да, - честно ответил он. - Мы постоянно общаемся, потому что многие стали мне хорошими друзьями. Он не понимал причину моего негодования и злости. Я носилась по двору, заламывая руки и боясь сказать самое главное. Я боялась признаться себе в том, что по самые уши привязалась к этому человеку. Подарила себе надежду и влюбилась. Что со мной? Или просто женщины привыкли себе надумывать что-то? Просто мы так созданы. Дайте нам шанс ухватиться за мечту и мы превратим ее в реальность. Только эта реальность будет существовать исключительно в нашей голове. - Что со мной? - останавливаюсь и трогаю лоб рукой. - Ты пойдешь сегодня на показ? - резко переводит он тему. - Да, - кидаю я ему, удивленному, и ухожу в дом. Еще пара часов работы. Время тянется долго и мучительно. Я не разговариваю с ним, по понятным только мне причинам. Избегаю взглядов и не хожу курить, вообще. К середине дня меня начинает бить мелкой дрожью от никотиновой недостаточности. И вот, о чудо, рабочий день подходит к концу и мы свободны. Выхожу из дома и иду к своей машине, вдыхая полной грудью. Хочется сейчас съесть большой кусок шоколадного торта и залечь на кровати, перед включенным теликом. Меня хватают за локоть, резко останавливая. - Что с тобой? - спрашивает Бенедикт серьезно. - Все нормально, - отвечаю я и опять начинаю злиться. - Больше всего меня раздражает недосказанность. Я вижу, в каком ты настроении и причиной этому быть не хочу, уж извини. Итак, я тебя внимательно слушаю? Вот тебе «на»! Он говорит это мне, глядя в глаза с нескрываемым раздражением. Я пару раз видела его недовольным, и признаюсь, в гневе он страшен. Он редко выходит из себя, но когда это случается, мороз пробирает до костей. Я виновато смотрю на него, признавая свое поражение. - Все. Я успокоилась. Честно, - пытаюсь улыбаться. Какая я на хрен актриса, если даже коллегу по работе не могу «обмануть»? - Я заеду за тобой в шесть часов. Будь готова. Не скажу, что строгий дресс-код, но выглядеть нужно хорошо. - А в чем будешь ты? - В брюках, в подтяжках и рубашке. - Опять? - теперь я улыбаюсь по-настоящему. - Что, "опять"? Да, мне нравится такая одежда, – он делает недовольное лицо, но глаза смеются. - Тогда я буду в бежевом цвете. Может тоже подтяжки надеть? - Нет. Двое - это уже намек на стиль и моду. ___________________________________ *Майкл, актер который исполняет вторую мужскую роль в фильме. Герой, который приходит на смену Бена, и «типа» отвлекает мою героиню от суровой реальности, в которой я не могу быть с любимым человеком. Все бы ничего, но мы с ним совершенно не знакомы. Не с героем, а именно с актером. И по тем пяти минутам общения, когда нас представили друг другу на репетиции, я не могла понять, какой он человек. На контакт шел с трудом и все время хмурил брови.(прим. Александры Крос)