Самое доброе сердце.

Никогда не думала, что я добровольно пойду в Гетто. Да еще и в такой одежде! Меня точно примут за проститутку и начнут приставать. Да я просто бесстрашная! Ноги стало неприятно покалывать, все тело онемело от холода. Отлично, помимо того, что я иду в самое криминальное место в городе, я еще и заболею. Я посильнее укутываюсь в свою кожаную куртку и опускаю голову вниз. Угораздило меня надеть шортики. Что же, Лондон меня подвел! Обычно здесь тепло, или идет дождь, или дождь со снегом. Обычная погода для этого города. Но сегодня не та обычная погода к которой я привыкла. Да, светит солнце, но мороз. Он настолько сильный. От моих мыслей меня прервал телефонный звонок. Я замершими руками вытащила из кармана телефон и ответила на звонок. Ну, точнее пыталась ответить, потому что сенсорный экран моего мобильного не реагировал на мои ледяные пальцы. Где-то с пятого раза у меня получилось ответить. — Эль, что-то случилось? — шмыгая носом спросила я. — Да, случилось. Я только что видела Луи, он зашел в бар. — И что такого? Может он решил выпить или там продают наркоту? — Вот именно что там продают траву. Ты где? — Около тебя. — отключив вызов, сказала я и подошла к девушке. Эль была одета в белый свитер, узкие джинсы, белые кеды и в кожаную куртку. Ее волосы были собраны в конский хвост. Ресницы были подкрашены тушью, губы были накрашены нежно розовым блеском. Она выглядела так свежо и невинно. В прочем она выглядит так всегда! В руках у нее была бутылка воды с кусочками лимона. — Куда он зашел? — оглядываясь в поисках вывески бара, спрашивала я. — Ты что так шла по улице? — возмутилась шатенка. — Это единственное что я нашла.— -осмотрела себя я. — Мы идем ко мне домой, и я дам тебе что-нибудь из одежды. — заявила Колдер и, взяв меня за руку, повела в неизвестном направление. — А как же Луи? Мы должны помешать ему! — вырывалась я. — Мы против него? — усмехнулась Элеонора. — Это не равный бой! Мы не остановим его, потому что нам не дадут его остановить. — Кто нам помешает? — Ты многое не знаешь! Купить наркотики тут обычное дело. Здесь не шифруются, не прячутся. — "открывала мне глаза" Эль. — Пойми, тут не сорвать эту сделку. Колдер взяла меня за руку и повела по темным переулкам. Странно что сейчас всего лишь одиннадцать часов утра. Я осматривала здания, вывески разных заведений, людей. Эль завернула за угол и поднялась по пожарной лестнице наверх. Я смотрела вслед и тихонько поднялась на балкон пятого этажа, и Элеонора открыла ключом деревянную дверь. Дверь неприятно громко скрипнула. Я зашла в квартиру за девушкой. Комната была в желтых от старости обоях, на одной стене были плакаты с Тейлор Свифт (Эль-свифтис). В комнате стояла большая кованная кровать, комод, шкаф. Колдер открыла шкаф и вытащила джинсы, футболку и серую толстовку. Я переоделась в одежду Эль и сделала косичку на бок. Я села на кровать и взяла рамку с фотографией в руки. На фотографии были Луи и Эль. Парень крепко прижимал девушку к себе и лучезарно улыбался. — Тут он еще только баловался наркотиками. — села рядом Эль. — Кто вообще дал ему эту гадость? — подняла взгляд на девушку я. — Он сам. — сквозь слезы говорила шатенка. — Одна затяжка по пьяни и понеслось. Каждые выходные он зависал в этом баре и обкуривался. Приходил домой и бил меня, плюс его галлюцинации! — Почему ты не ушла? — Потому что я люблю его. Думаю больше нет никаких оправданий. — дала волю слезам Элеонора. — Луи дорог мне, я его безумно люблю и готова терпеть даже такое. — Эль, мы должны хоть попробовать его остановить. Ему нужна помощь! И ты, и я это прекрасно понимаем. — убеждала девушку я. — Что мы сделаем? Его наверно давным-давно накачали наркотиками. — Может сдадим его в клинику? — предложила я. — Нет. — Больше ему никак не помочь! — Мы сделаем только хуже! Его положат в клинику, спросят откуда наркота, у него не будет больше выбора, и он расскажет. — И что? Закроют этот напичканный наркотиками бар и станет лучше! — уверяла я шатенку в обратном. — Вот именно бар закроют. Шона упекут в тюрьму... — Шон - это наркоторговец? — перебила Колдер я. — Да. И друзья этого бандита убьют Луи. — переубедила меня сдавать в клинику Томлинсона, Элеонора. Мы тихо сидели в комнате. Лишь изредка слышались всхлипы плачущей Эль. Ее можно понять. Она влюблена! По-настоящему влюблена, и ее любовь не остановят ни побои, ни наркота. Боже! Как глупо это звучало, но это правда. Я вскочила с кровати и, надев сапоги и куртку, потянула Эль за собой. Мы вышли из дома и направились прямиком в этот бар.