Любовь как шпага, юмор как щит

Розмари поправила волосы, скорчила сама себе рожицу в зеркале, чтобы немного приподнять настроение, и поспешила в коридор. - Мам, я готова! – прокричала девушка. Выключив телевизор, Джанин поспешила к дочери. - Ты уже совсем взрослая, - улыбнулась женщина. - Шестнадцать лет, - усмехнулась Хэзевей. – Конечно, я уже взрослая. Джанин только грустно улыбнулась. Да уж, как быстро взрослеют дети! Еще, казалось бы, недавно ее маленькая девочка орала дурным голосом и кидалась во все стороны игрушками (между прочим, очень больно получить в лоб очередной лошадкой, особенно если она деревянная, а еще и обидно). - Милая, тебе учиться будет непросто, - предупредила Джанин дочь. - Мам, я неглупая, - отозвалась девушка. – Справлюсь. - Ребята в классе могут быть немного другие, - не желала сдаваться женщина. Да, она беспокоилась, как и всякий родитель, отправляющий ребенка в совершенно новую школу и не знающий, что именно ждет его молодого отпрыска в неизведанном учебном заведении. - Мам, я поняла, - буркнула Розмари. Подхватив сумку с учебниками, девушка выбежала из дома и направилась к школе. В класс она входила со смесью страха и радости. Все-таки ей здесь еще целых три года придется учиться... - Новенькая, - раздался холодный голос с последней парты. Роза поглядела на говорившего парня. Высокий, темноволосый и... безумно красивый. - Привет, - радостно отозвалась девушка. Теплая улыбка заиграла на ее губах. Хотелось сразу же наладить отношения с будущими одноклассниками. - Как тебя зовут? – радостно спросила она у незнакомца. И никак не ожидала Хэзевей услышать в ответ громкий ледяной смех. - Тебе-то что, - беззлобно отозвался парень. – Надолго не задержишься. Роза недоуменно приоткрыла глаза. Только теперь она заметила, что говорил с ней только темноволосый, остальные же сохраняли тишину. - Почему? – повторила попытку влиться в коллектив Розмари. Парень спрыгнул с парты и неспешной походкой хищника подобрался к замершей девушке. - Здесь говорю только я, - холодно произнес он. – Остальные молчат и слушаются. Хэзевей взмахнула непослушными локонами. - Не слишком ли много Вы о себе возомнили, Ваше Превосходительство? – ехидно поинтересовалась она у парня. Тот прищурился и попытался схватить ее за руку. В последний момент девушка успела увернуться, отпрыгнув назад. Но парень не сдался и снова приблизился к Розе. - Беликов! – остановил его голос учителя. – Займи уже свое место. Дмитрий холодно глянул на преподавателя и прошествовал к последней парте, недобро косясь на новенькую. Сам Беликов был источником спокойствия, умиротворения и в то же время власти. Его трудно было заставить волноваться или беспокоиться по какому-либо поводу. А новенькой удалось вывести его из себя буквально за пару минут. «Скоро все изменится», - подумал Дмитрий. Но изменений не происходило. Через месяц Роза все так же продолжала игнорировать попытки Беликова подчинить себе и ее. Девушка наконец поняла, почему все одноклассники порой замолкали, негласно признавая Дмитрия своим лидером. Его до жути боялись. То ли кто-то из родителей парня был влиятельным человеком, то ли он сам создал себе такую репутацию... Но факт оставался фактом: никто из сверстников даже не пытался противостоять воле Беликова. Но вот вскоре у Хэзевей появилась пара друзей. Василиса Драгомир и Кристиан Озера теперь часто сбегали из ледяного Ада, дабы больше времени провести с Розой. В отличие от холодного Беликова, Хэзевей излучала тепло, заставляя окружающих улыбаться. Причем делала она это неосознанно, порой сама не понимая, почему люди смеются. Возможно, дело было в ее непосредственности и постоянном хорошем настроении. Роза часто говорила то, что думала, и не желала меняться из-за какого-то Беликова. - Я не люблю зиму, - всегда отвечала девушка. – Зимой почти не бывает солнца и света. - Зато снега навалом, - печально добавляла Драгомир, убеждаясь, что Дмитрия рядом нет. – Холодного и неприступного снега. Но даже Лисса не могла скрасить тягучие серые дни. Когда на горизонте появлялся Беликов, блондинка невольно отшатывалась, отходила от Розы и занимала привычное место на третьей парте. Потому что никто не мог воспротивиться воле Дмитрия. Таким уж человеком он был: сильным и очень холодным. Очень. Самого Беликова порой жутко раздражало поведение новенькой. Он не знал, чего от нее можно было ожидать. И если остальные одноклассники были готовы на все, лишь бы угодить своему лидеру, то Хэзевей каждый раз прилюдно выказывала свое недовольство таким положением дел. А Роза каждый раз еле сдерживала слезы, получая очередное оскорбление от самого парня или его друзей. Ведь ни Ивашков, ни Зеклос не гнушались унизить девушку на глазах у всех. - Ненавижу, - сквозь слезы шептала Хэзевей, уткнувшись ночью в подушку. – Как же я его ненавижу! А днем она опять надевала на лицо улыбку и бежала в школу. И вновь сыпались холодные взгляды со стороны Беликова. Насмешки Адриана и Ивана. Оскорбления Таши. И лишь иногда поддерживали ее Крис и Василиса. Они и сами боялись гнева Дмитрия. Хотя... разве он мог испытывать гнев? Они боялись нарушить правила лидера. Пугались даже самой мысли о том, чтобы пойти против него. Страшились, что он устремит свое ледяное презрение именно на них. И никто не знал, что испытывает сам Беликов. - Ненавижу, - прохрипел Дмитрий, изо всех сил ударяя кулаком об стену. – Ненавижу! Если бы кто-то из друзей увидел парня в этот момент, то он не поверил бы своим глазам. Хладнокровный Беликов, закусив губу, думал о своем персональном кошмаре. О своем личном кошмаре с противным именем "Розмари". - Ненавижу, - повторил темноволосый перед тем, как выйти из комнаты. И только младшая сестра, затаившаяся под дверью, услышала эти слова. И изумленно опустилась на пол. Вика и не знала, что ее брат может испытывать настолько сильные чувства и эмоции. Она не догадывалась, что он вообще умеет испытывать чувства и эмоции... Только спокойствие. Ледяное спокойствие. Шли месяцы, недели, годы, а ситуация не менялась. И вот Розмари в очередной раз оторвалась от подушки и спустилась на первый этаж. - Ты стала совсем взрослая, - рассмеялась Джанин. - Восемнадцать лет, мам, - отозвалась девушка. - Завтра в школу, - отметила родительница. Роза бросила взгляд на календарь и невольно содрогнулась. Летние каникулы закончились, и на следующий день начинался новый учебный год. В выпускном классе. - Как настроение? – подала голос Джанин. - Я чувствую, - Хэзевей откинула волосы, - что скоро все изменится. Кардинально изменится... "И не только от меня будут эти изменения зависеть", - пронеслось в голове у девушки.