Любовь как шпага, юмор как щит

Скромно подняв чашку одним пальцем, поднесла к губам и сделала глоток. - Кхэм, - родительница Дмитрия привлекла к себе внимание. - Ну, давай знакомиться. Я Алена, мать этого оболтуса. "Оболтус" недовольно фыркнул, явно раздосадованный тем, что его репутация в какой-то мере потерпела крушение. - А ты, Роза, девушка Димы, которую он... - замялась женщина. - Изнасиловал он меня, - всхлипнула я, отставляя чай. - Привязал к кровати рыболовной сетью и с криками "О, моя русалочка" принялся за дело. - Ужас, - Алена поморщилась. И так я поняла, что у меня есть союзник. - У русалочек ведь хвост! А, нет, ошибочка вышла. - Мама, - прошипел Беликов, сжимая в руке вилку, - Роза пошутила. - Роза не шутила, - мигом отозвалась Виктория. Вилка в руке парня погнулась. - Пошутила, - заверила родительницу Вика, с опаской глядя на брата. Не поняла. Тут, оказывается, детей мучают! И решила моя скромная персона перейти к активным действиям. - Дорогой, - Дмитрий вздрогнул, - помнишь, ты обещал показать мою новую комнатку? Алена подавилась, замахала руками в попытках что-либо объяснить. - Помню, - со злостью проговорил Беликов, поднимаясь с места. – Пойдем, я тебе ее покажу. Что-то мне подсказывало, что это была последняя экскурсия в моей жизни. Ну, кто не рискует, тот не идет к Димке в гости! Поднявшись на второй этаж вслед за Беликовым, уткнулась вышеупомянутому парню в спину. А вот зачем тогда так неожиданно останавливаться? - Ты, - палец Дмитрия уперся мне в грудь. - Извращенец, - констатировала моя скромная персона. Беликов холодно поглядел на меня и убрал свою конечность. - Ты слишком много о себе думаешь, - произнес парень. - О тебе, - поправила я его. И, заметив удивленный взгляд, добавила: - И ни одной хорошей мысли, черт возьми. Дмитрий с ледяным спокойствием взял меня за руку и повел в комнату. Скорее всего, его обитель это и была. - Какие милые подушечки, - я подняла предмет в форме клубнички. - Сестра давно подарила, - нахмурился Беликов. – Гадость. - Ну, если ты испытываешь неприязненные чувства к этой прелести, то не все еще потеряно, - сочла своим долгом отметить я. Потом посмотрела на потрясающие подушки. - Хотя нет, всё. Дмитрий силой опустил меня на стул. - Нам надо поговорить, - начал он. - Ладно, - я устроилась поудобнее, прихватила телефон со стола и начала его вертеть. - Мы играем в «парня с девушкой» только в школе, а при моих друзьях веди себя нормально, Хэзевей, - продолжил Беликов. - Легко, - отозвалась моя скромная персона. Телефон в руках завибрировал, и я, как человек порядочный (и забывший, что телефон не его), ответила. - Аллоу, - привычно заголосила в трубку. - Беликов? – недоуменно поинтересовались «на другом конце провода». - Нет, - честно ответила я. – А кто это вообще? - Адриан, - прошипел собеседник. - О, - я повеселела. – Ивашков, ты ли это? Какая неожиданность! Как раз тебя вспоминали. - Передай телефон Дмитрию! – не выдержал парень. Пожав плечами, протянула мобильник Беликову. Тот холодно поглядел на меня, но ответил. - Да, это Хэзевей была, - поморщился он. – Нет, не спали. Нет, не собираемся. Нет, не нравится. Нет, не надо об этом всем рассказывать. Нет, я тебе не вру, придурок. Нет, мы с ней не встречаемся... Когда мне надоело переваривать такое количество предложений с отрицаниями, пересела на кровать. А она, стоит заметить, мягкая. С довольной улыбкой легла и положила под голову одну из подушек. - Может, тебе еще и кофе принести? – недовольно поинтересовался Дмитрий, закончивший, как оказалось, телефонный разговор. - Хорошо бы, - откликнулась я. Затем поглядела на хмурого одноклассника. - Но можно и без этого, - поспешила добавить. Беликов вздохнул и уселся рядом. - Хэзевей, вот ты меня ненавидишь? – осведомился он. - Да, - честно ответила я. – Я на тебя даже смотреть не могу. Сразу придушить хочется. Или за шкирку схватить и пару раз головой об стену стукнуть. - Хоть это у нас взаимно, - отозвался Дмитрий. - Наш мальчик умеет ненавидеть, - с умилением отметила я. - Это чувство распространяется только на одну персону, Хэзевей, - ледяным тоном произнес Беликов. - Я польщена. Меня выделили из толпы! Дмитрий зарычал. С каждой минутой я убеждалась, что порой чувства-таки просачиваются наружу у этого парня. - Ты когда-нибудь замолкаешь? – спросил одноклассник. - Ночью, - радостно поведала я. - В это время суток мы и будем с тобой тогда общаться, - проговорил Беликов. - Боюсь, мама не поймет, - осадила я его. И зачем, спрашивается, с силой хвататься за голову и что-то рассерженно бормотать под нос? Стоп. Почему ты головой об стол биться начал? Все настолько плохо, да? Этот вопрос я и задала вслух. - Просто заткнись, - прошипел Дмитрий. Хотела сказать, какой он плохой человек. Но потом вспомнила, что он просил помолчать. Как приличная девочка, не сказав ни слова, принялась выщипывать пух из подушки. - Теперь и при друзьях придется продолжать спектакль, - вздохнул Беликов. - Почему? – не поняла я. - Спасибо Ивашкову скажешь, - откликнулся одноклассник. – Он всем всё растрепал. - То есть мне теперь придется везде с тобой ходить? – ужаснулась моя скромная персона. - Да, - кивнул Дмитрий. – И не подумай, что я сам от этого в восторге. - Ну, только если ты мазохист, дорогой, - улыбнулась я. - Выбирай себе платье, милая, - прошипел одноклассник, стараясь сохранить на лице беспристрастное выражение. – Готовься к вечернему походу в клуб, солнышко. - Готовься к краху своей репутации, лучик, - похлопала глазками я. – У тебя есть время с ней попрощаться! И не дожидаясь ответа, выбежала на лестницу. Никто меня не останавливал...