Хорошее воспитание

От страха сердце бьется так сильно, что еще чуть-чуть и проломит грудную клетку и вырвется наружу. -Успокойся.- слышу такой знакомый голос - Кто это?- собака, с яркими золотыми глазами, которую я прижимаю к себе и становится так хорошо. –Тебе не страшно? -Очень, но это не позволительная роскошь. Я должен защищать нас обоих. А теперь успокойся. Он не отпустит, пока не будет уверен, что ты стабилен. А дома ждут родители, они волнуются. -Он убьет меня! -Если бы он хотел убить, его бы ни что не остановило, ещё там, в ангаре, но ты жив. – Я гладил мягкую шерстку, пропуская её через пальцы. - Ты забыл?- Глаза у собаки как-то странно мигнули. -Ты сильный, ты не имеешь право на слабость, ты не можешь сдаться. У тебя есть люди, ради которых ты должен жить. А теперь встань, открой дверь и иди. Я всегда рядом. Если будет тяжело, я всегда помогу. Жа…- последнюю фразу я не смог разобрать. Но теперь, я чувствую, что что-то внутри изменилось. Я сделал глубокий вдох и встал. Решив для себя, что больше я никогда не позволю себе так расклеиться. Пусть это звучит самонадеянно, но я переступлю через вчерашний день, я его не забуду, но и боятся больше не буду. Я должен двигаться вперед. Собаки не стало, но тепло её присутствия осталось. Как будто температура моего тела поднялась на пару градусов, но это не вызывало никакого дискомфорта. Дверь оказалась открыта, и я прошел в коридор. Меня окутал запах, он был как живой. Гладил, обнимал, звал... Создавалось впечатление, что с ним можно говорить. Он окутывал как паутина , дернешь за ниточку, и всплывают образы, некоторые как в тумане, а другие четкие, как хорошая фотография. В голове промелькнул образ брюнета. И все остальные запахи ушли на второй план. Его запах был повсюду, но он был слабым, хотя, да вот тут именно он усилился. Я шагнул в одну из многочисленных комнат и оказался на пороге довольно светлого кабинета. В нем был он, сидел в мягком диванчике и внимательно что-то читал. -Может, ты пройдешь и сядешь? У нас впереди серьезный разговор .- Не отрываясь от чтения, проговорил он. Приподняв голову и посмотрев на меня, он сказал: -Меня зовут Андриан, Владимир. Надеюсь, ты любишь смотреть фильмы ужасов?- легкий кивок моей головы и он продолжил говорить – Так вот, Мир, ты не против этого прозвища? - Нет. -Ты наверно не раз смотрел фильмы про оборотней. Хотя это лишь вымысел, но все же, перевертыши существуют, и ты стал одним из них. Способа вновь стать человеком, нет. Просто потому что, после пробуждения зверя, его уже не усыпить. Хотя иногда он просыпается не полностью, а у некоторых он вообще отсутствует. Такие люди никогда не смогут оборачиваться. Но есть и те , в которых зверь очень силен, поэтому, будучи людьми, они не могут жить без насилия и крови. Зверь внутри них просто сходит сума и человек становится одержимым. Хотя я не сказал, что сам по себе человек без зверя не чудовище, алчущее крови.- Его взгляд наполнился болью, как будто он вспомнил то, что навсегда хотел забыть. - Перевертыши обращаются по своему желанию или если испытывают сильные эмоции. Живут всегда в стаях, хотя встречаются и одиночки. Стаи бывают одного вида или как моя. В моей стае собраны представители разных семейств. Но, не смотря на это, мы единое целое.- Он прекратил свою речь, а я все никак не мог понять, что он хочет от меня. - А причем здесь я?- он улыбнулся, пригладил волосы и посмотрел мне прямо в глаза. – Теперь ты член моей стаи и у тебя нет права отказать. Лет через 30-40 сможешь сам выбирать, а пока будешь под опекой моей семьи. -Как, лет через 40?-Он улыбнулся, как будто я сказал какую-то глупость. - Зверь внутри останавливает возраст. Если ты рожден со зверем, то вы растете вместе, а в пик вашей силы, возраст останавливается. Переродившиеся остаются в таком же возрасте, как и на момент перерождения. Мы не умираем от старости, чаще от одиночества или во время боев. А деремся мы часто, слишком эмоциональны.- После этих слов он вышел из комнаты, а я сидел и переваривал информацию. Я не сомневался в том, что он говорит правду, голос внутри подсказывал, что всё так и есть и мне просто надо смириться.