Враги. Или...

Наконец получено разрешение на прокурорскую проверку. Неполное служебное соответствие, минимум, что её ждёт. Конец рабочего дня. Прекрасно знаю, Зимина готовится к визиту наших, её, скорее всего уже предупредили. Она сейчас там. Который раз взгляд цепляет небольшой белый предмет, лежащий в углу стола, имеющий форму ровного прямоугольника. То, что таится под его глянцевой, слегка переливающейся стороной объясняет всё происходящее. – За Зимину зацепиться не получилось. Пока. Значит нужно установить слежку за её заместителем, Климовым. Вот здесь основание, – нерешительно протягивает красную папку с материалами. – Да. Да. Это очень серьезное дело и им должен заниматься следственный комитет. – Если это подтвердиться, они примут Климова. Но только его одного. Мне нужна вся их шайка, – на последних словах запинается. – Саш, я очень понимаю и ценю твоё рвение, но скажи, почему ты так вцепился в неё, в Зимину? – Это моя работа, – сухо и резко. – Ой, Саш, только ли в этом дело? – кажется, собирается что–то объяснить, но лишь сухо произносит: – Мне больше нечего добавить. Всему виной она. Сильная, строгая, властная, дерзкая, умная. Товарищ полковник. Звенящую тишину в кабинете нарушают лишь несколько слов, произнесённых им шёпотом. Им, человеком, который никогда не сдавался, который всегда шёл до конца. Всего несколько слов непроизвольно вырвавшихся. Дежурный не успевает сказать ни слова. Лишь привстаёт и снова опускается в своё кресло, внимательно изучив удостоверения сотрудников прокуратуры. В кабинете начальника ОВД горит слабый свет. Захожу туда один, без ребят. Хочу поговорить с глазу на глаз. Она встречает меня вопросительным и немного недоумевающим взглядом. Не могу не отметить, что я доволен произведённым эффектом. – Здравствуйте, Ирина Сергеевна, – произношу спокойно и дожидаюсь ответа. – Здравствуйте, Александр... Если я не ошибаюсь, Леонидович, – теперь её глаза открывают мне лишь усталость и грусть. – Не ошибаетесь. Интересно, а знает ли она о том, что несколько часов назад был взят её первый заместитель, Вадим Климов. Знает ли о том, что сейчас он в СИЗО и уже почти готов сдать всю их «ударную» мини–группу. Отворачивается к окну. Теперь я вообще не вижу лица Зиминой. Она не боится меня. Ей ровным счётом до меня ничего. Здесь она хозяйка. Здесь она королева. И она уверена, что в её королевстве я не причиню его хозяйке никакого вреда. Рыжие кудри свободно разбросаны по плечам. Всё в этом кабинете, даже в этом здании пропитано ей. Её эмоциями, её властью, её запахом. Подхожу к ней ближе и вот мои руки уже на тонкой талии. Вздрагивает, по спине пробегает дрожь, и я это чувствую. Не поворачивается, не произносит ни слова. – Это - конец, Зимина. Твой конец. Ты проиграла. Сдайся. Усмехается и резко оборачивается. Скорее читаю по губам, чем слышу. – Только после Вас. Вдруг чувствую, как в мой бок упирается холодный металл. Ствол, кто бы сомневался. Спокойно дотрагиваюсь до руки, в которой находится пистолет и опускаю её. Молчит, не пытается ударить или вырваться. – Что теперь будешь делать? Посадишь меня? – не знаю, что ей отвечать. Всматриваюсь в черты лица Ирины, чувствую аромат её духов, опасная близость. Дверь заперта на ключ. Нам некуда бежать. Да и, собственно, незачем. Подаюсь вперёд и касаюсь её своими. Почему не вырывается? Почему не останавливает? Она – старшая по званию. Одно слово полковника и меня уже здесь не будет. Но она молчит. Ничего не делает. Мои руки опять на её талии. Притягивает к себе за ворот. Китель начальницы ОВД летит куда–то в сторону, мой через несколько минут следует за ним. И вот теперь, кажется, схожу с ума. Жадно целую её шею, руки сами собой тянутся к бёдрам. Колготки, да и сама юбка трещат по швам. Аккуратно усаживаю рыжую красавицу на стол. Дела, которые буквально только что просматривала Зимина, рассыпаются по полу. Останавливаться уже поздно. Наконец, получаю ответ желанных губ. В отделе нет никого кроме нас и дежурного. Следак и два опера, которые встретились мне на входе отъехали на задержание. Протяжные стоны, короткие вскрики заглушены поцелуями. Не знаю, сколько прошло времени, десять минут или целый час, когда мы, наконец, отрываемся друг от друга. По всему телу расходится блаженная дрожь. Прикрывает глаза и утыкается мне в шею. Чувствую, как каждая мышца в её теле содрогается под моими руками. Одеваюсь, помогаю одеться Ире. Ловлю в темноте взгляд янтарных глаз. Смотрит на меня в упор. – Александр... Саш, документы, – протягивает мне папку, которую я бросил перед ней на стол когда пришёл. – Спасибо, Ирина Сер... Ириш. Медленно прихожу в сознание. Каждый из нас понимает: это ошибка. Это надо забыть, стереть, вырвать из книги жизни. Кидает мне ключи от кабинета. Два оборота и меня здесь больше ничего не держит. Отдаю ключи назад. Легонько дотрагиваюсь до её руки кончиками пальцев. Нежно целую в губы и быстро захлопываю за собой дверь. Точка. Враги. Как приговор. Всего несколько слов, непроизвольно вырвавшихся. Красивая... Хрупкая... и, кажется, а нет, в принципе не кажется, так и есть. Родная... Враги. Или...