Враги. Или...

– Лен, а куда Игорь подевался? – Савицкий заглянул в комнату сына и, не обнаружив его там, поплёлся в гостиную. – Ой, Ром, совсем забыла тебе сказать, – хлопнула себя по лбу Измайлова, – просил передать, что идёт с друзьями на какой-то концерт. – А мне почему не позвонил? – Ну позвонил бы он тебе, и что? Ты бы его как–будто отпустил? – Может быть не отпустил бы, – улыбнулся оперативник. – И во сколько обещал вернуться? – Сказал поздно. А дальше как получится. – Умник, блин. Ну ничего, придёт, я ему уши оторву. – Да ладно тебе, пусть ребёнок погуляет. Я вот из–за сегодняшнего собрания беспокоюсь... – вздохнула начальница дознания. – Не понял. Мы же всё решили. *** – Кто за? После этих слов вверх взметнулось пять рук. Щукин, Климов, Фомин, Ткачёв и Исаев. – Кто против? На этот раз руки подняли Савицкий, Измайлова, Терещенко, Минаева и Жигаев. – Ир, твой голос решающий, – спокойно произносит Вадим, абсолютно уверенный, что Зимина разделит его мнение. Повисло молчание. Все присутствующие уже прекрасно знают исход дела. Ирина никогда не предаст своих людей, сделает ради них всё. – Ребят, я против. *** – Так что ничего случиться не может, – притягивая жену к себе, прошептал Савицкий. – Уже случилось... – Что? Лена резко вскочила с дивана, выхватила пульт от телевизора и прибавила громкость. «Сегодня возле здания следственного комитета города Москвы было совершенно покушение на подполковника юстиции Александра Леонидовича Быстрова... По счастью, опытный сотрудник правоохранительных органов сумел вовремя распознать действия киллеров и избежал серьёзных ранений...» – повествовала телеведущая. – Рома, звони Зиминой, срочно. *** Тёмная комната, освещённая лишь тусклым светом заляпанной лампочки. Старый заброшенный склад – проверенное место. – Я думаю, каждый прекрасно понимает, зачем я вас всех здесь собрала? Ирина обвела взглядом сидящих напротив её сотрудников. – Товарищ полковник, Вы, вообще, что ли ничего не понимаете? Мы все скоро за решёткой окажемся такими темпами, – как всегда беспокоился за свою репутацию Щукин. – Согласен, Ир. Пока вы там будете искать другие пути к спасению, он всех нас переловит, – поддержал Климов. – Я прекрасно понимаю ваши опасения, – вздохнула полковник. – Более того, я их разделяю. Но мы сами выбрали этот принцип – голосование. И отказаться от него мы не можем. – Подождите, Ирина Сергеевна, – сообразил Фомин. – Вы ведь голосовали против. Почему? – Что «почему», Фомин? – начала догадываться Ира о мыслях жуликоватого участкового. – Почему голосовали против? Этот хмырь нас посадить хочет. А мы ведь и из–за меньшего убивали. И вы, между прочим, всегда были на нашей стороне. Но этот вопрос так и остался без ответа. Ирина покинула помещение, тихонько прикрыв за собой дверь, для видимости постучала каблуками и прислонилась к стене. – Я вообще не понимаю, кто мог нас сдать, – послышался голос начальника СО. – Согласен, – тихо произнёс Вадим. – Всё было просчитано до малейшей детали. – Значит, его предупредили... – Ира? – Впустишь? – вскидывает бровь. Александр удивлённо отходит в сторону. – Случилось что–то? – Ты можешь не ходить на работу? Хотя бы пару дней. – В смысле? Ириш, зачем? – Просто. Не ходи. Он проводит пальцем по её щеке, касается своими, чуть потрескавшимися губами, её мягких, нежных. Аккуратно опускаются на кровать. Под её тонкими пальцами рвётся форменная рубашка. Одним лёгким движением её юбка отправляется ко всем другим вещам, которые ещё сохранили тепло разгорячённых тел. – Саш, остановись. Остановись, пожалуйста. Это очень опасно. Они... Они тебя убьют. В ответ лишь горячее дыхание, прожигающее ключицу. – Будь осторожен, ладно? – Ирка, обещаю...