Просто позови...

Однажды, Мукуро сказал мне, что если я действительно сильно буду в нем нуждаться – я просто должен позвать. - Рокудо Мукуро, - Тсунаеши посмотрел на свои руки. Они были бледные и маленькие, их пробивала крупная дрожь. – Почему ты сказал это? Тсуна был напуган, ведь его иллюзионист вряд ли сказал ему такое когда-нибудь, да и телепатией он связывался обычно с Хроме. Неужели, что-то случилось? А может, это все игры сознания? Просто сон и ничего более. Так почему же от этого сна так страшно? Почему сердце пропускает удар, а по спине течет холодный пот? Кокуе-Ленд встретил Дечимо молчанием и холодным нагромождением развалин. Веяло одиночеством. Знакомые ворота, знакомая дорога, знакомое здание. Вот только не все, что было знакомо Тсунаеши, вызывало в нем теплые чувства. Парк Аттракционов, например, заставлял Джудайме морщиться и вспоминать старые битвы, обиды. - Х-хроме, - безликое эхо разнесло звук по всем уголкам здания. – Х-хро-оме! - Да, Босс? – она появилась из-за спины, как истинный иллюзионист. Савада вздрогнул и оглянулся: она стояла в свете солнца в школьной форме с трезубцем. Такая… обычная и это несказанно радовало. – Я рада Вас видеть. - И я тебя, - Тсуна улыбнулся. – Я-я бы хотел поговорить… Они не пошли в некрепкое здание. Там было оставлено слишком много плохого, слишком много крови. Они сели на солнечной полянке под деревом, поливаемые солнечными лучами. Такими мягкими и теплыми. - Хроме, слушай, тебе… тебе Мукуро что-нибудь говорил последнее время? – он посмотрел на нее своими большими карими глазами. - Почему Вы спрашиваете? - она изумленно заморгала. – Нет, он в последнее время не связывался со мной. Мне кажется, он копит силы для чего-то. - Просто… я не знаю, - Савада посмотрел на Докуро, замявшись. - Быть может, это игры моего глупого разума. Просто мне приснился странный сон. Она склонила голову вправо, ожидая дальнейших объяснений. Может, Хроме и была тихой девушкой, но иногда ее мимика говорила за нее. - Мне снился Мукуро. Мы стояли среди холмов с сакурой, и он произнес одну очень странную фразу... «Если ты будешь во мне действительно нуждаться – просто позови». Я не знаю… во время сна мне было очень страшно! Медиум задумалась. - Это в стиле Мукуро-сама. Все возможно, Босс. Я думаю, Вам нужно учесть его слова, - она покачала головой. На этом они расстались. Нападение было совершено без предупреждения. Резко и подло – со спины. Не то чтобы Тсуна сильно обижался – не до того было. Когда ты зажат в углу и на тебя смотрят два коротких и обоюдоострых ножа, не задумываешься об обиде на кого-то. Их было двое: рыжая девушка и парень, чьи губы изогнулись в зловещей усмешке. - Юный Вонгола, так наивен, что гуляет вечерами в одиночку, - не признать их правоту не представлялось возможным. Холодная сталь клинка уперлась под ребро. Парень облизнулся. - И оставляет своих хранителей одних. - Ха-ха, возможно, чтобы их было проще перебить по одиночке? - Савада испуганно дернулся. Хранители! Почему? Почему он не умеет включать пламя без пилюль?! - Что-то наш Вонгола засуетился? За них боишься больше, чем за себя? Как за маленьких деток? - Ладно, хватит болтать убьем его и дело с концом! - рыжая скривила губы и слегка отвела нож. Мысленный крик вырвался сам. Савада не знал кричал ли он в действительности или же это был просто мысленный импульс, но убийцы на секунду остановились. И этой секунды хватило! - Ку-фу-фу, ты все-таки позвал меня, Тсунаеши-кун, - Мукуро улыбался. И, пожалуй, впервые в жизни Тсунаеши не испытал страха при виде своего Тумана. - А это кто? Фи, нельзя пугать моего маленького Вонголу! Они испуганно отшатнулись.Одного из них проткнул стальной прут, а вторая с простреленной головой рухнула на асфальт. Тсуна дернулся, к горлу подкатил холодный ком, но сейчас ему было важно не это... совершенно не это! - Мукуро, спасибо! - он почти бросился в обьятья Рокудо. Почти. - Проверь Хроме в Кокуе-Ленде. И Савада сорвался с места, в ужасе думая о том, что может ждать его дома. Рокудо знал, что все в порядке. Ему сказала Докуро. Они отбились от надоедливой семьи чужаков, так как во время приехала Вария с отрядом. Он улыбнулся и растаял в воздухе, а по улице эхом разнеслось: Я люблю тебя, Тсунаеши-кун...