Каждый вторник и четверг.

Мне кажется, что этот поцелуй длится вечно, но самом деле около двух минут. Однажды мама рассказывала мне историю об одном человеке. О Рыцаре. Он шел, пробирался по пояс в снегу, и тогда ему казалось, что даже звезды над его головой – чужие. Она говорила, что он шел через ночь, не надеясь достигнуть рассвета. Единственное, о чем он мог думать – это о девушке, которая ждала его, он только и мог себе представить, как она говорит «Поднимайся, мой ангел». И шел. Шел, в холодной ночи, с вьюгой над сердцем. С единственным спутником – холодным, сияющим ветром. И, когда он умирал, замерзал, прекрасно зная, что холод у сердца – смерть, полная боли, он смеялся. Замерзающий рыцарь, смеющийся во льдах. В нашем сердце огонь, озаряющий стороны света. Вот, что для меня Фрэнк. Я делаю шаг назад, ожидая от всей аудитории… чего-нибудь. Я хочу, что бы они что-нибудь сделали, потому что когда все молча стоят на своих местах, значит, все идет к чертям. И Стив нарушил это неловкое молчание. Он захлопал в ладоши, и через минуту, каждый поддержал его. Они стояли и смотрели на нас, продолжая хлопать. -Ладно, хватит, руки болят. А после этого ничего не изменилось. Стив снова начал перебирать документы, Рэй с моим братом отошли поговорить к кладовке, и мы с Фрэнком просто… остались. -Не хочешь поговорить об этом? -Нет, не особо. -Тогда хорошо, - он кивнул. *** -И да, милочка, ты забыла дело Молко. Такой странный, гнилой парень, короче, один из моих. Поверь, он тебе и даром не нужен. Мы сели и смотрели, как Стив любезничает с телефоном, а Фрэнк держал меня за руку. Все так по-обычному. То есть, я при них только что поцеловал его, а никто не устраивает истерик. Будь мы в группе Симпс… -Ладно, хер с ней. – говорит Стив. - Пойдем праздновать? Я плачу, так уж и быть, грязные засранцы. -Почему с ним опять проблемы? Я думал, она избавится от него в первую очередь. Видит Бог, он бесил ее больше всех нас вместе взятых, - говорит Рэй, и мы с Фрэнком киваем. -Формально он в коме, так что не нуждается в терапии. Поэтому, пока он в больнице, он не может считаться частью группы. Да вообще-то, если говорить «формально», - Стив делает кавычки в воздухе, - вас всех можно отпустить. Айеро заговорил, Торо уже как полгода может валить в университет, а Джерард сегодня в суде доказал, что от депрессии и апатии ни следа. Ты кричал со стула! Майкс рассмеялся. -И что теперь будет? -Господи, Айеро, ну и голос у тебя! Я представлял другой. Не знаю, - говорит психолог, - наверное, на его место придет кто-нибудь другой. В нашей группе не в первый раз новенькие. -Наша группа в первый раз без Брайана, Стив. Это еще хуже. На несколько минут все замолкают, но потом Стив говорит: -Тогда предлагаю пропустить по стакану за то, что один из фондов согласился на мое письмо. Его перевезут в Берлин, немцы всегда умели лечить, так что этот говнюк еще вернется.