701

Я все ожидал, но чтобы вот так просто превратить две отличные боевые единицы Конохи в шашлык, в прямом смысле этого слова... Нет. Вот так... Просто. Я в ступоре сверлил взглядом кучу оголенного мяса с прожилками, сосудами и лоскутками бывшей одежды и не мог поверить глазам. Я даже не мог осознать что все это реально. Их просто вывернули наизнанку в одно мгновение. Я чуть скосил глаза на Наруто. Кажется, у нас идентичные реакции. Что там говорил этот ублюдок? Если вывести из себя Джинчуурики, то зверь сам вылезет наружу? Не с тем Джинчуурики ты связался, сукин сын. В этом блондине сидит не только Курама, но и части всех остальных. И они не вырвутся на волю, а лишь помогут ему сделать с вами всеми тоже самое, что вы сделали с Сакурой и Хинатой. Как я и ожидал, блондин покрылся желтым свечением, вокруг него материализовались несколько огромных огненных лап, которые похватали всех преступников, в том числе и громилу, который, от неожиданности, выпустил нас из обеих рук. Наруто просто встал на ноги и, держа в больших лапах на весу всех ублюдков, направился на выход. Молча. С безумием в глазах. Не представляю, что сейчас творится у него в душе. Если мне сейчас безумно гадко, оттого, что на моих глазах зверски убили двух куноичи из моей деревни, одна из которых была матерью моего ребенка и самой близкой шиноби женского пола, и я ничего не мог сделать в этот момент... То что сейчас с ним... С человеком, который отвечает за каждого в своей деревне, любит каждого, потому что вся деревня - его семья. С человеком, для которого две жертвы были лучшей подругой, сокомандницей и женой, подарившей ему двух детей. Мы оба не любили Сакуру и Хинату как своих возлюбленных, но мы привыкли к ним и любили их как друзей и товарищей. Это, в любом случае, очень больно. Я даже частично не могу представить, что он сейчас чувствует... Хотя нет, я знаю, но я не представляю всю степень этой боли. Узумаки медленно и наигранно спокойно шел по коридору, неся в лапах врагов, а я следовал за ним. Чую, сейчас начнется месиво. Только не разрушь Суну, пожалуйста, Добе... Наруто вошел в кабинет Казекаге, где мы обнаружили бессознательного Гаару, упавшего корпусом на рабочий стол. Видать, те трое, что специализировались на той же технике, что и Яманака, в лапах лиса потеряли контроль над техникой. Наруто швырнул на пол главаря и распял его, прижав к полу четырьмя лапами поменьше, после чего молча взглянул на меня. В его глазах читалось безумие и жажда крови. В прочем, я разделял его желание. Подойдя к главарю и наблюдая его жалкие попытки к бегству, я достал катану из-за спины и с превеликим удовольствием провел лезвием вдоль его руки посередине, насквозь разрезая ее пополам во всю длину. - Вот, алчный ты человек, теперь у тебя три руки. Хотя нет, постой! Даже четыре.. - Наруто ледяным колющим голосом начал комментировать мои действия. Я разрезал и вторую руку, после чего принялся за ноги. Парень пытался кричать, но его рот был заткнут еще одной лапой лиса, однако гримаса боли, застывшая на лице, приносила толику удовлетворения. Кровь растекалась по полу всего помещения ровным слоем, но крепкий орешек держался, не теряя сознания от потери крови и болевого шока. - А теперь чувствуешь? Ты становишься похож на милого осьминога, три ноги, четыре ноги... Прекрасно. Теперь у тебя четыре ноги и четыре руки. Мы тоже умеем трансмутацию выполнять,- Наруто ядовито выговаривал каждое слово. Да, сильно же его это шокировало, раз он до сих пор здесь все не разрушил. Либо изо всех сил держится, чтоб доставить ублюдкам как можно больше боли. Я принялся располосовывать насквозь тело главаря. На его животе я глубоко, до самого позвоночника "выгравировал" знак клана Узумаки. Эстетичненько. Как я и думал, кишки повалились наружу, но мы же шиноби старой закалки, нам ничего не страшно. Алая жидкость покрыла весь пол ровным ковриком. Парень уже практически не двигался, кажется, близок к смерти. Напоследок, я ювелирно разделил каждое ребро, заканчивая располосовкой сердца. Натюрморт! Когда парень издал последний судорожный вздох, я использовал Чибаку Тенсей на его плоти и крови, а затем запечатал сложенный шар в свиток убийств. Отличный способ зачистки следов, на полу ни пятнышка крови. - Кто следующий? - я повернулся к Наруто. Совсем забыл, что остальные преступники все это время наблюдали за происходящим и им это, мягко скажем, не нравилось. Более того, каждый был готов наложить в штаны от страха. Наруто ухмыльнулся и швырнул к стене трех мужиков, ранее управляющих сознанием жителей Суны, также припечатав их к поверхности лапами. - Теперь я, - ухмыльнулся он, материализовал еще три лапы и создал в них по стандартному Рассенгану. Затем просто по садистски медленно приближал их к мечущимся в его хватке мужикам. Надо ли упоминать, что Рассенган стал медленно крошить черепушки вдребезги? Еще один Чибаку Тенсей и плюс печать в моем свитке. - Следующие - твои, - объявил он и прижал к полу двух алхимиков. Пока они чертили круг, я Шаринганом копировал все движения, так что без проблем я посадил их в Гендзюцу и заставил нарисовать такой же круг, а потом сесть в середину. Парни повиновались и уселись на пол в центре круга, спиной к спине. И активировали трансмутацию. - Упс... Кажется, опять не удалось, - иронично бросил я, подхватывая блондину. Остался последний. Громила. Мы скосили на него взгляды, соображая, как же его получше убить. - Что здесь... происходит? - подал голос Гаара, видимо, потихоньку приходящий в себя. - Казекаге-сама. Нам пришло письмо о нападении на Суну и мы поспешили на помощь. В данный момент мы безжалостно лишаем жизни преступников. Ибо суду их деятельность не поддается, - я доложил ситуацию, все еще думая, как бы над ним поиздеваться. - Гаара, эти уроды поместили всю деревню, и тебя в том числе, под Гендзюцу и управляли вами. А как только мы прибыли, они убили Сакуру и Хинату, - скрипя зубами рассказал Узумаки. Глаза Казекаге обрели осмысленно-скорбный взгляд и даже минуты не потребовалось, чтобы он медленно покрыл громилу песком, пока тот истошно вопил, брыкался и молил о пощаде. - Песчаный гроб! - Гаара и пальцем не пошевелил, научился делать все только с помощью управления чакрой. - И вообще, почему убийства происходят именно здесь? - забрав песок в тыковку, Гаару вдруг осенило. - Ну так наблюдали когда очнешься, а в это время мстили, - пожал плечами Наруто. - Только, я уже говорил, что месть - дерьмо. Вот мне ни разу легче не стало! - он зыркнул на меня злобным взглядом, как будто я во всем виноват. - А я тут причем? - Да до сих пор понять не могу, какого хера ты поперся брата убивать... Логики ноль! Давай наводи порядок и пойдем домой, - он отсалютовал Гааре и удалился из кабинета. Вот засранец! Не сыпь мне хлорид натрия на нарушение анатомической целостности покровных тканей! Вновь создав мясной шарик из Чибаку Тенсей и запечатав трупики, я откланялся Казекаге и направился вслед за Наруто. Он шел по коридору, возвращаясь в то место, где были убиты матери наших детей. Мы вошли в помещение и вновь наткнулись взглядами на кучку мяса, с которого уже стекла на пол практически вся кровь. Почему-то, когда убиваешь врагов - все равно. А на останки товарищей смотреть нет сил. Я вспомнил как возвращался с академии домой тем вечером. Помню свой испуг. Некоторых людей из моего клана я даже не знал, но со многими хорошо общался. И было так больно видеть их трупы... Будучи ребенком, я, конечно, испугался, но взвешивая всю эту картину сейчас - это боль. Боль от потери людей, бок о бок с которыми ты жил, разговаривал, проводил время. Я не рассуждал сейчас о реакции на трупы родителей... Труп Итачи.. Ведь это уже эквивалентно смерти Наруто. Хотя... Здесь бы я уже рассудок потерял. Он, жмурясь от слез и душевной боли, молча разложил на полу свиток и аккуратно запечатал останки куноичи, чтобы вернуть на родину и похоронить. В любом случае "Погиб в бою" - достойная смерть для шиноби. Может быть, я рассуждаю как сухарь, ведь Хината мне практически никто, мы даже едва знакомы лично, а Сакура... Всегда меня раздражала, но в конце концов, стала мне хорошей подругой и товарищем, и даже согласилась помочь мне восстановить клан. И хоть часто нападала на меня с целью придушить, она оставалась мне товарищем. Не больше. Вот кому сейчас действительно тяжело, так это Наруто. Он так и сказал, что от мести ему ни капли не легче. И я с ним совершенно согласен. Не знаю, чем я думал, когда был пацаном. Думал что месть все решит и освободит меня от уз ненависти. Как бы не так! Все это неправда. И вот, понурый, он подходит ко мне и буквально повисает на моей шее, силясь не разрыдаться. Но как только моя рука касается его затылка в успокаивающем жесте, как его срывает и несет куда-то далеко-далеко. Он кричит, истошно, срывает связки, слезы льются по полосатым щекам и он обессиленно бьет меня кулаком по груди. Удары такие слабые, что я практически не чувствую. Он сильно истощен морально и тело его даже не слушается. В его глазах лишь боль от потери близких людей. Он медленно сполз на колени, утаскивая меня за собой всем весом. Все таки мы оба уже не пушинки. - Ну... как это... вообще... вот так вот просто...они же... на войне сражались...а тут... - срывающимся голосом он произносил невнятные наборы слов, всхлипывая каждую секунду. Да, Узумаки, даже возраст не заберет твою эмоциональность и способность к душевному переживанию. АНБУ из тебя бы точно не вышел. - Ладно, хватит, пошли домой, - я поднялся на ноги и потянул блондина за собой. Он встал и, вытерев слезы, понуро поплелся за мной. По дороге из резиденции Казекаге мы встретили Темари и Канкуро, которые, по виду, уже побывали у Гаары. Они скорбно склонили головы и молча пожали нам руки, благодарно кивнув напоследок. Пройдя ворота деревни мы остановились, глубоко вдыхая сухой пустынный воздух. - Тебе работать пора, осилим без остановок? - спросил я, глядя через пустыню. Наруто глухо усмехнулся. - Пешком не осилю, устал. Но осталось еще немного чакры, - он активировал режим Мудреца, поднялся в воздух и полетел... Просто полетел! Вот засранец! А меня подождать? Я скрипнул зубами, активировал Мангеко и покрылся Сусаноо, который между прочим, тоже летать умеет! Через пару секунд я нагнал засранца и весь путь до Конохи мы играли в "догонялки" как дети малые. Не может он на какой-то проблеме долго зацикливаться, настроение прыгает как кардиограмма. А мне просто хорошо с ним. И, может быть, я рассуждаю как последняя скотина, но я рад, что теперь никто не будет компостировать нам мозги. И, в принципе, я могу теперь даже в деревне жить, ведь меня дома больше никто не будет пилить. - Эмм.. Нару... - я подал голос тихо, но он услышал за пять метров, сквозь свистящий в ушах ветер, и повернулся. - Можно мы с Сарадой переедем к вам в дом? Лицо блондина сперва немного удивленно вытянулось, а затем расплылось в довольной фирменной улыбке. Не снижая скорости он приблизился ко мне и мазнул губами по моей щеке. - Конечно, любимый, - никогда не думал, что смогу покраснеть... Это прозвучало неожиданно и... ну, мило, что ли...нежно. - Ой, прости, я что, смутил тебя? - никакого раскаяния, только умиление во взгляде! Вот сученок! Я в шутку плюнул в него Катоном, от которого он ловко увернулся, продолжая пялиться на мои порозовевшие щеки. Ему в глазах только сердечек и звездочек не хватало в тот момент, а губы почти сложились в кошачий ротик! Актер большой сцены! - Не отвлекайся, мы почти дома! - буркнул я, увидев за деревьями ворота Конохи. Узумаки проверил на глаз правильность моих слов и, игриво взглянув на меня, прибавил скорости. Не принять вызов я, конечно же, не мог и ринулся следом. По мере приближения к воротам мы все снижались и буквально в десяти метрах от ворот уже бежали по земле, но чертов Уссуратонкачи обходил меня чуть ли не на метр. Вот только я даже сам не заметил, как это произошло, но Хокаге либо запнулся о камешек, либо ноги заплелись и он, совершив пару сальто, приземлился лицом в песок, рукой едва дотягиваясь до каменной кладки, которая отделяет деревню от свободной территории страны Огня. Я же, победно хмыкнув, спокойно перешел границу и присел перед Наруто на корточки. - Я первый, - объявил я. Соревноваться с ним - одно удовольствие, однако даже при проигрыше я никогда не чувствую, что проиграл, потому что все наши соревнования, и правда, дело случая. Ибо по силе мы равны, в этом мы еще десяток лет назад убедились, когда лишились рук. Грозный Хокаге медленно поднялся на ноги, отплевываясь песком и приготовился к старту. - Ну я тебе сейчас жопу-то надеру! - рявкнул он, в предвкушении оскалившись и я дал деру, ради того, чтоб злобный Хокаге, гоняясь за мной, побесился еще чуток. Мы молча прыгали по крышам домов, передвигаясь к резиденции и на наших лицах снова сияли легкие улыбки. * * * После официальных похорон Сакуры и Хинаты все вновь занялись своим делом. Из Суны пришли посмертные благодарности храбрым куноичи Конохи, хотя все это формальности, ведь они в принципе ничего даже и не сделали. Хотя нет, своей смертью они сподвигли великого пацифиста на убийство целой банды преступников. Уже немало, ладно. - Сарада, ты прости, но хочешь ты или нет, мы переезжаем в дом к Хокаге, - я зашел в общагу, где временно проживали Сакура и Сарада после разрушения дома. Дочь, кажется, слегка смутилась, но против не была, посему как молча побежала собирать вещи. Вот и отлично, держу пари, ей нравится Узумаки младший. Буквально за пару часов собрав все манатки и выкинув большую часть вещей Сакуры за ненадобностью, хотя Сарада настояла оставить кое-что на память, мы уже стучались в дом Хокаге. Дверь, конечно же, открыл недоросль. - Двигай задом, теперь мы соседи по дому, - я потрепал мальчишку по волосам и прошел в дом, разуваясь. Сарада втиснулась следом, здороваясь с ошарашенным сокомандником. - Наруто не предупреждал? - удивился я. Хотя, кого он там предупреждать будет, как решил, так и сделает, даже если близкие до последнего в ус дуть не будут. - В общем, учитывая потерю ваших матерей, мы решили, что вместе нам будет легче оправиться от этого. Так что, теперь мы одна большая семья, - я легко улыбнулся детям, которые очень скупо ответили мне взаимностью. Ну что ж, я их понимаю. - Дядя Саске, а куда вы поселитесь? У нас всего три комнаты. - подал голос Боруто. - Сарада составит компанию Химавари, а я думаю, часто буду на миссиях, а когда здесь, то мне хватит и дивана в гостиной. Или займу спальню Наруто, пока тот будет зависать на работе, он же часто так делает, - я пожал плечами и разгрузил сумки в коридоре, после чего прошел в гостиную и уселся на диван. - Дети, хотите я вам расскажу о моем брате? - я поманил ребят к себе. Думаю, что история моей семьи даст им понять, что я пережил что-то подобное и, возможно, им станет легче. Откуда ни возьмись, на диване появилась Химавари, сжимающая плюшевую игрушку. Бедный ребенок. Боруто и Сарада подошли ближе и уселись по бокам от меня. - У Вас есть брат? - спросил мальчишка, удивленно хлопая ресницами. - Был. Его звали Итачи. Мы были счастливой семьей. Отец, мама, старший брат и я. В Конохе было очень много Учих, ведь наш клан был одним из основателей деревни. У нашего клана был свой огромный квартал. Но все случилось, когда мне было семь лет. Тогда я возвращался домой с академии и вдруг обнаружил, что в квартале не осталось ни одного живого человека. Везде валялись только трупы моей большой любимой семьи. И когда я зашел в свой дом, увидел там трупы мамы и отца. А около них стоял Итачи. Мой старший брат вырезал весь клан и оставил в живых одного лишь меня, чтобы я смог отомстить, когда вырасту, - по мере своего рассказа я наблюдал как меняются эмоции на лицах детей. Кажется, уже начали жалеть меня. Хех. А я еще до самого интересного не дошел. - Как он и сказал, я подрос, стал сильнее, и моя ненависть к нему с годами только росла. В итоге, спустя несколько лет, я нашел его и убил. И сразу же после этого мне сказал человек, который помогал ему тогда вырезать весь клан, что Итачи искренне любил своих родных, а в особенности меня. Но больше всего он любил Коноху, свой дом. И когда старейшины приказали ему убить всех Учих, потому что тогда клан строил заговор против деревни, Итачи, со слезами на глазах, убил всех до единого, а на меня у него просто не поднялась рука и единственное, что он мог сделать - заставить меня ненавидеть его, заиметь цель, чтобы стать сильным и способным шиноби. И ко всему прочему, он хотел в конце концов проверить, насколько я стану сильным и умереть от моей руки, убедившись, что я стал достойным шиноби. Однако, не все пошло по его плану. Меня поглотила ненависть, и после всего этого я поклялся уничтожить всю Коноху, потому что деревня была виновата в смерти каждого, кого я любил. Но, не дойдя до цели по одной интересной причине, я перевел свой взор конкретно на старейшин. Тех, кто подписал Учихам смертный приговор. Я мстил долго и жестоко и с каждым убитым человеком все сильнее погружался во мрак. Дети, не повторяйте моих ошибок, никогда не берите с меня пример ни в чем. Я не хотел, чтобы кто-либо, кроме присутствующих при тех ошибках знали о них, но вы столкнулись с той же болью, что и я когда-то. И я не хочу, чтобы вы хоть в чем-то были похожи на меня. Единственный, с кого надо брать пример, это человек, который вытащил меня из этой тьмы. Тот, кто не переставал верить в меня даже тогда, когда весь мир охотился за моей головой. Он спас меня от самого себя и за это я ему безмерно благодарен, - я сжал кулак и закрыл глаза. Воспоминания отзывались тупой притихшей болью. - Этот человек - наш отец? - Боруто положил ладонь на мое плечо, а я лишь коротко кивнул. - И чего ты детям голову своими косяками забиваешь? Хочешь чтоб у них нервный тик от такого безумного тебя образовался? - в дверь влетел оранжевый вихрь, ну впрочем, как и всегда. - Просто хочу, чтоб они знали о том, что я сумасшедший убийца, и что эта роль уже забита мной, так что пусть выбирают другие пути, - в последнее время я стал слишком разговорчив, неспроста это! - Не думал, что все может быть так плохо и запутанно. Значит отец для вас как бы герой? - гордо улыбнулся пацан. - Не как бы, а герой. Он герой для всей деревни, что уже не мало говорит. Хотя, я помню, в чем тогда была разница. У меня ненависть была внутри, а у него вокруг, - усмехнулся я, вновь углубляясь в воспоминания. - Что значит "ненависть вокруг", - переспросила Химавари, глядя на меня. - Вам что, папаня не рассказывал о своем "криминальном" прошлом? - усмехнулся я. Лица детей еще больше недоуменно вытянулись. - Не. Смей! - прорычал Наруто, предупреждающе надвигаясь, словно грозовая туча. Я молча активировал Мангеко и прикрылся с детьми от него ребрами Сусаноо. Дети, немного повеселев, наблюдали, как Наруто бьет кулаками по фиолетовому облаку чакры и гневно открывает рот. Звукоизоляция чудесная. Но я могу сделать так, чтобы он меня слышал. - Так вот. В день, когда Наруто родился, умерли его родители и в нем самом был запечатан девятихвостый демон, ну об этом вы знаете. Вот только это не сделало его Сыном Четвертого или Джинчуурики или Спасителем, нет. Он стал изгоем. Каждый из жителей деревни не скупился на бесплатные тумаки и взбучки за просто так. Каждый взгляд на него был наполнен ненавистью. Он был один с самого начала, был изгоем, которого ненавидели все вокруг, - на меня непонимающе смотрели три пары глаз и словно говорили "ты вообще про того человека рассказываешь?". - Он хулиганил, пытался обратить на свои шалости внимание, но вновь и вновь напарывался на взгляды, сравнивающие его с куском грязи. Именно тогда Наруто загорелся желанием стать Хокаге. Он просто хотел чтоб его признали, он хотел стать сильным и защищать деревню. Видите в чем соль? Он хотел защищать деревню, которая его ненавидела. Просто потому, что это его дом. Но когда он стал расти, он быстро заводил себе друзей лишь своими поступками. Он спасал людей из таких ситуаций, где любой другой бы смотрел и не рисковал соваться, чтоб самому не умереть. Но своим безрассудством и вечным оптимизмом он и начал притягивать людей. Он никогда не был отличным ниндзя, более того, у него была самая низкая успеваемость в академии, и на миссиях мне часто приходилось спасать его задницу, чтоб тот, элементарно, с дерева не шлепнулся. У него ничего никогда не получалось с первого раза. За каждой его техникой стоят бесчисленные попытки, столько не насчитает никто, наверное. Боруто, ты обучился Рассенгану в разы быстрее, чем твой отец. Но благодаря своему упорству, целеустремленности и оптимизму, он добился всего, чего хотел. Он один из самых сильных шиноби в мире, он Седьмой Хокаге, его признает и уважает вся деревня, и не только наша. У него есть отличные друзья в каждой деревне и я, даже помню, как он, спасая меня, надрал задницу нынешнему Казекаге, а потом, само собой, подружился и с ним. Я единственный, кто отталкивал его на протяжении многих лет, но он ни на секунду не переставал верить, что однажды мы подружимся, и тем самым спас меня от тьмы тогда, когда от меня отвернулся весь мир. Кроме него, - я посмотрел на счастливых детей, глаза которых буквально горели жизненным примером Наруто. Я убрал Сусанно, увидев, что Хокаге стоит перед нами, надувшийся как мышь на крупу. - Поздравляю, благодаря тебе, мои дети думают, что их отец - по жизни лошара, - пробурчал он, складывая руки на груди. - Нет, они думают, что их отец - самый крутой шиноби в мире. Так? - я довольно посмотрел на него и краем глаза заметил, как активно дети начали кивать. - Так что, вот человек, на которого стоит равняться, - я ткнул в Наруто пальцем. Надеюсь, детишкам полегчало или хотя бы это отвлекло. - Засранец ты, Саске, - сказал Наруто и испарился. Клон? В следующую секунду Коноху сотрясло громовым воплем "Саааскеееееееееееееееее!!" О, клон испарился и Наруто узнал, что я наляпал детям. Я усмехнулся, подошел к окну и распахнул раму. "Наарруутооооооооооооооооо!!" - разнеслось по деревне в ответ. Ну, не нарушать же традиции...