День 9
21 ноября 2014 г., 16:10
Жизнь как кораблик в бутылке Попробуй плыть, не сможешь без воздуха День за днем становится труднее Попробуй крикнуть, но никому нет дела Сквозь стекло ты видишь те же лица Слышишь голоса, которые стихают как барабан Когда твоя жизнь кораблик в бутылке Тебя обступили, дрейфуешь в одиночестве Не оставляй меня сейчас Останься еще на день Со мной Перевод песни Ten black roses - the Rasmus<right>
</right> Рен разбудил меня с утра. — ДжонХён, сегодня мы едем в китайский храм, — оповестил он меня. — Через полчаса отъезжаем. Я подскочил с кровати и начал одеваться. Блондин посмеивался. — Я позавтракать не успеваю! — сказал я, натягивая шорты. — Я сходил в магазин, — Рен мотнул головой в сторону стола. На гладкой поверхности стояла тарелка с булочками. — Чай я уже сделал, — парень протянул мне чашку с темной жидкостью. — Ешь быстрее. Я накинулся на еду. Тем временем Рен расчесывал свои белые волосы и красился. Когда я закончил, он повернулся ко мне: — Твои родители заходили. — И что ты им сказал? — я вернул тарелку на прежнее место. — Что ты спишь. Что еще я мог сказать? — пожал плечами парень. — Что угодно, только не правду, — я поднялся. — Ты закончил, красавец? — Да, — Рен взял меня за руку и повел на выход. — Не так явно, — я вырвал ладонь. — О, да, прости, — блондин немного нахмурился. Мы спустились вниз. Я кивнул родителям в знак приветствия, они помахали мне в ответ. В автобусе я опять сидел рядом с блондином. Рен сидел у окна и слушал музыку со своего телефона. Я незаметно сжал его ладонь (я знаю, что это ему нравится). Парень улыбнулся и покосился на меня, одними губами произнес: — Люблю...***
На территории храма играла музыка. Я никогда ранее не слышал этих звуков в живую, только в дорамах... Наша группа прошла мимо огромного фонтана, направляясь в буддийский храм. У ступеней мы сняли обувь и зашли в здание. Там было прохладно и тихо. Меня в который раз поразили расписанные стены, их яркость. Рен был здесь явно в первый раз: он безостановочно крутил головой и восхищался: — Как здесь прекрасно, хен! Его голос эхом прокатился по храму. На нас обернулось несколько туристов и монахов. — Говори тише, — прошептал я ему на ухо. Блондин закивал. Наша группа поднималась на третий этаж и вышла на балкон. там висел колокол. Я уже много раз загадывал желание, и они всегда сбывались. — Что это за колокол? — спросил меня Рен. — Загадай желание и позвони в него, — объяснил я. — И сбудется? — прищурился он. — Если только что-то реальное. Я подошел к колоколу. Загадал то, чего больше всего хочу: остаться с Реном. Бью в колокол. Громкий звук пролетает над территорией храма. Блондин отодвигает меня в сторону: — А теперь дай мне. Я хмыкаю и отхожу в сторону. Смотрю на то, как парень загадывает желание. Интересно, он загадал то же, что и я? Он оборачивается и хитро улыбается. — Что загадал? — задаю я вопрос. — Не уверен, что если я расскажу, желание сбудется, — Рен проходит мимо меня. — Посмотрим на статую Будды? — Конечно, — иду за ним. Парень заходит в зал, где находится статуя Будды, отходит к дальней стене, облокачивается на нее и сползает на пол. Сажусь рядом с ним. Блондин разглядывает золотое изваяние. Мы долго молчим. Изредка в зал заходят туристы, не обращают на нас внимание. Чему я очень рад, так как в моей руке рука Рена. — Я знаю, что ты загадал,— говорит парень. Поворачиваюсь к нему: — Неужели? — Оно не сбудется, — Рен отводит глаза в сторону. — Я тоже так думаю, но буду надеяться на... — начинаю я, но парень прерывает меня. — Наши родители будут против, — говорит он. — Давай будем говорить, что мы друзья, а сами... — ДжонХён, — вновь перебивает блондин. — Твои родители видели тебя сегодня. Голого. В моей кровати. И то, что сейчас они молчат, не значит, что когда я уйду, они не выскажут тебе все, что думают. Я даже подозреваю, что они запретят тебе завтра увидеться со мной. — Где ты живешь? — спрашиваю я. — В Сеуле. — Я тоже. Может быть... — Нет, хен. Задумайся на секунду, ты представляешь наше совместное будущее? Я уставился на него. Мне стало больно. — И ты говоришь, что любишь меня? — Да. Люблю и желаю всего только лучшего. — А ты не понимаешь, что лучшее для меня — это ты? — Нет. Я вскакиваю и, не оглядываясь, бреду на выход. Он зовет меня, догоняет, просит прощения, но я только отталкиваю его и ухожу. Родители поджидают меня на улице, чувствуя на себе их взгляд, я набираю полную грудь воздуха. Иду к ним. — Привет, — спокойно говорю я. Отец кивает и спрашивает: — Где тот парень? — В храме. — Что же ты вышел без него? Я пожимаю плечами. Совсем не хочется ничего обсуждать с отцом. — Между вами ведь что-то есть? — задает вопрос мама. Я дергаюсь, в душе просыпается обида. — Не понимаю о чем ты, мам. Экскурсовод приглашает всех на обед. Группа выходит за пределы храма. Напротив него находится фабрика по разведению мидий. Это что-то новенькое в программе. Раньше нас везли в кафе, а теперь можно попробовать мидии. Я чувствую на себе прожигающий взгляд. Не оборачиваюсь, иду рядом с родителями. Рен не подойдет ко мне, пока я рядом с ними. Садимся за длинный стол. Мама кладет мне в тарелку кусочки рыбы и мидии, поливает их сверху лаймовым соком. Я молча ем, не смотрю по сторонам. — ДжонХён, все хорошо? — обеспокоенно спрашивает мать. Я киваю и продолжаю есть. Возвращаемся в отель. Я снова не отстаю от родителей. Я такой трус, мне даже самому противно. Оборачиваюсь: блондин плетется в конце группы, его взгляд опущен вниз. "Значит, ты думаешь, что мне лучше будет без тебя?" — думаю я. Он поднимает глаза, открывает рот, и тут уже я отворачиваюсь. В номере заваливаюсь на кровать, беру мамину книгу. Мама удивленно смотрит на меня: — Неужели ты собрался читать? — Да. Давно пора было начать, — отвечаю я. — Надолго ли? — усмехается она. Звонок в дверь. Отец открыл ее. Слышу голос Рена. Они о чем-то разговаривают. Папа зовет меня. — Не хочу, — кричу я. — У меня есть важные дела. Отец показывается в поле видимости. Я показываю книгу. Через несколько минут слышу звук закрывшейся двери. Отец возвращается в комнату. — Вы что, поссорились? — спрашивает он. - Что-то типа того, — соглашаюсь я. — Ясно. Мы сходим с мамой по магазинам. Ты останешься здесь? — потом добавляет, — ...читать? — Да. Они уходят. Я лежу на кровати, отложив книгу в сторону. Грустно и больно... Пусто... Иду на балкон, оглядываюсь. Семнадцатый этаж — я никогда не был так высоко. Опускаюсь на стул и закрываю глаза. Я ему не нужен, парню, что изменил мою жизнь. Я позволил себе влюбиться. Я стукнул кулаком по подлокотнику плетеного кресла. Кретин! Да пусть будет проклят день, когда я впервые увидел этого блондина! Услышал, как кто-то пинает входную дверь. Выхожу в комнату. За дверью, в коридоре отеля раздается: — ДжонХён! Я знаю, что ты никуда не ушел! Пусти меня. Нам нужно поговорить. — Рен, я полностью уверен, что разговаривать нам не о чем, — мой голос не дрожит. Блондин ненадолго замолчал, потом продолжил: — Хен, я был не прав... — Нет, это я был не прав, когда познакомился с тобой в ответ. — Прости меня! — теперь в голосе парня слышались слезы. Почти отчетливо. Он что, плачет? Я представил себе зареванного Рена: покрасневшие глаза, слипшиеся ресницы, распухшие губы. Я шагнул было вперед, но одернул себя. Нельзя сдаваться, он все равно не будет моим... — Нет. Убирайся! — громко сказал я. Теперь уже за дверью отчетливо раздавались рыдания. — Я люблю тебя, ДжонХён! — его срывающийся голос. — Уходи, — я зашел в ванную комнату и запер дверь. Мне нужен холодный душ. Необходимо успокоить нервы. Включил воду на всю, хотя Рен больше ничего не говорил, я старался звуком текущей воды заглушить свои эмоции. Умылся. Захотелось зареветь. Встал под душ прямо в одежде. Это меня совершенно не успокоило. Я ринулся к мини-бару. Нашел бутылку коньяка и опустошил ее за считанные минуты. Жидкость обожгла мое горло, я начал задыхаться. Слезы полились из глаз. Интересно, что сейчас делает Рен? Тоже пьет? Или может быть, решил найти новую жертву?***
Стемнело. Я сидел на пирсе абсолютно пьяный. Мне невмоготу стало сидеть в номере и захотелось прогуляться. На пляже уже никого не было и я мог побыть в одиночестве. Давно я не был один. И теперь мне выпал шанс. Я скучал по нему... По моему Рену. Жалел, что его нет рядом. Я не знал, что делать дальше. Я не могу разлюбить и забыть блондина. Не так сразу... Меня обхватили чьи-то руки, и я почувствовал сладкий запах парфюма. — Рен, — узнал я. Он затрясся, моя футболка на правом плече стала мокрой. — Не заставляй меня уходить! — вскрикнул парень. — Я люблю тебя... Очень сильно люблю... Он сжал меня в объятиях сильнее. — Я все переосмыслил, — поделился он. — Мы не расстанемся навсегда. Я повернулся к нему. Рен накрыл мои губы своими, нежно поцеловал. — Обещаешь, что мы никогда не расстанемся? — спросил я, чувствуя соль на своих губах. — Только на время. После я сразу же разыщу тебя, — ответил парень. — Я хочу быть с тобой. Всю жизнь. Я прилег на его грудь, закрыл глаза. Моя боль перестала съедать сердце. Всем моим миром были руки блондина, обхватывающие мои плечи, и его спокойное дыхание в мое ухо.
