Между ненавистью и любовью тонкая грань

– Нам влетит по первое число, Джек, – в голосе Джеффа явственно слышалась нервозность и тревога, – Ты, вообще, чем думал? – Да никто не поймёт, что, вообще, случилось, угомонись уже, – Джек небрежно отмахнулся от товарища и обернулся на Розали, – Хей, Лютик, ты как?       Розали медленно перевела взгляд на парней, пытаясь сфокусироваться на ком-то одном, но задача была успешно провалена. Голову прострелило воспоминание о поцелуе с Безглазым, и в животе снова заметались бабочки, а на лице поселилась глупая улыбка, показывая всем, что девушка подчинилась играм воображения. Рука непроизвольно потянулась к губам, но взгляд гетерохромных глаз пересёкся с вязко-притягательной тьмой, напоминая: окажешься слабой – хищник разорвёт не только плоть, но и душу. – Пойдёт, но не хотелось бы идти в особняк, – руки привычно скрестились на груди девушки, – Можем немного посидеть у озера?       Парни переглянулись, синхронно кивнули и пошли в направлении водоёма. Тейлор выдохнула и внутренне обрадовалась, что никто не заметил, что её действительно волнует сейчас. Волновала далеко не путаница мыслей от вещества, а путаница из-за поцелуя. И как продолжать врать себе, что Безглазый Джек никак не трогает её за душу, если он, подобно искусному музыканту, перебирает струны её души и получает невероятную симфонию, позволяя ощущать тепло, разливающееся по всему телу, от влюблённости? – Тей! Не теряйся! – злой голос Джеффа помог ей выбраться из глубин своего разума, и девушка побежала за парнями. – Я тут, – Роуз поравнялась с убийцами, восстанавливая дыхание.       В воздухе чувствовалось напряжение и злость, последняя исходила от Вудса, вызывая в остальных напряжённость, а им хотелось просто весело провести время. Но Розали мельком глянула на Найраса и заметила поразительную деталь – парень зол.       Джек действительно был охвачен гневом, что показывали чуть сведённые к переносице брови, сжатая челюсть и неестественно прямая, напряжённая спина. Сейчас Найрас упрямо не понимал, каким образом можно было так облажаться и поцеловать девушку, казалось, что в тот момент вся напускная холодность была сбита вихрем огненного жара, который исходил от неописуемо-восхитительной Тейлор. И как он мог сказать, что она ледяная статуэтка? И глаза с жидкой нефтью в зрачке пересеклись с гетерохромным взглядом.       Каждый раз его будто парализовало от её взгляда, хотелось схватить, спрятать и никого не подпускать. Казалось, что парень стал безумцем в острой фазе параноидальной шизофрении: его собственные мысли отделялись от разума, приобретая свой собственный голос и убеждая попробовать поставить на Розали Тейлор клеймо собственности. Он сходил с ума, потому что, проходя ночью мимо её комнаты, ему хотелось выбить дверь и завладеть, но после мыслей об этом возникало чувство отвращения к себе. И только спустя несколько дней парень понял, что отвращение к себе – это итог от желания сломать и подчинить себе, потому что девушку хотелось оберегать.       Хранить, как ледяную статуэтку. Розали Тейлор была действительно похожа на холодный трофей, который невозможно долго удерживать в руках, иначе получишь переохлаждение на ладонях – а может на сердце - и сама фигурка потеряет свой завораживающий вид, плавясь от чёрствых тёплых прикосновений. Она казалась холодной и прекрасной, настолько красивой, что парень боялся её изуродовать своими прикосновениями. Поэтому он поддерживал из всех сил мороз в их взаимоотношениях, чтобы его ледяная статуэтка не растаяла от какого-либо тепла, но сегодня он понял одну истину.       Внутри его ледяной статуэтки замурованы острые лезвия, которые непременно изрежут его в клочья, если Розали Тейлор расплавится под его касаниями.       Джек встряхнул головой и заметил, что они уже дошли до озера, а девушка с разбега нырнула под воду. Парень дернулся следом, но железная хватка Джеффа его остановила, а в следующую секунду челюсть заныла от сильного удара и, не удержавшись, Безглазый упал на спину. – За что блять? – Найрас сразу же вскочил на ноги и двинулся к Вудсу. – Ты ебнулся окончательно? Ты её накурил, чтобы потом свалить всё на неё? Ты с башкой со своей разгребись, еб.. – Эй, ребят, вода потрясающая! – Розали ненамеренно перебила Джеффа, выныривая на поверхность, – Правда, холодная, но это даже хорошо.       Роуз снова нырнула и поплыла на дно. И девушка внутренне засмеялась от такой метафоры, потому что сейчас она была уверенна: на дно она погружается вовсе не физически, а морально. Хотелось отрицать, но это было до смешного глупо. – Ты либо что-то решаешь со своей головой и уже наконец-то признаёшь, что тебе голову сносит только от её голоса, либо… Отрицай дальше. Но ты и сам же понимаешь. Что ещё лет тридцать – сорок и воздействие Слендера тебя исцелит? Кем ты будешь, если не сможешь оставаться в этом мире, и тебе придётся идти в неприветливый людской? – Молодец, пять с плюсом за мотивационную речь, но два с минусом за знание друга, – Джек уже остыл, потому что совершенно не ожидал такого выступления от Джеффа, – Я не собираюсь никогда возвращаться в мир людей, даже если «исцелюсь».       Для всех жителей особняка не было секретом – Слендер влияет на сознание жителей и постепенно, рано или поздно, они все будут готовы вернуться в обычный мир. Хотелось ли этого? Возвращаться – нет, а вот исцелиться – да. Просто хотелось снова взять над своим телом контроль, потому что кровожадность уже себя исчерпала и только утомляла. С ясностью рассудка приходило и осознание, что убивать просто нравилось. Хорошо ли это? Конечно, нет, по человеческим моральным устоям. Заботит ли убийц, то что они поступают плохо? Естественно, нет. Однако, чем дольше Слендер влияет на разум, тем больше начинаешь задумываться о правильности своих действий, а этого не хотелось.       Все знали, что когда-то придётся выбирать: остаться или уйти. Перед глазами всех маячили живые примеры тех, кто остался – Тим Маски переживает уже бесчисленное количество циклов выздоровления – безумия. Худи и Тоби переносят эти циклы намного спокойнее, однако не без проблем, но все боятся стать именно Тимоти Райтом, который через раз впадает в наркотическую зависимость на много лет и становится буквально неуправляемым, слушаясь только Хозяина. Безглазый Джек был готов и к такому исходу.       Рассудок некоторых жителей особняка был сломан окончательно, и даже Безликий не мог их исцелить, но они определённо были спокойнее от его влияния. Салли никогда не вернётся к нормальной жизни, Джефф навечно останется живой страшилкой, КагеКао изначально был демоном, и всех это устраивает.       Однако, Клокворк иногда поддается панике из-за того, что может встать перед выбором рано или поздно. Джинн логически предполагает, что уже давно в своем уме и сделала свой выбор много лет назад, но в душе иногда возникает червячок сомнения. Кровавый Художник, чувствуя, что приходит в норму, покидает особняк на долгие года, чтобы вернуть своё безумие. – Видишь вихри на дне? – Джефф подозвал к себе товарища, указывая на дно озера, – Меня удивляет то, что она их не замечает. – Удивительно, – голос Джека прозвучал мечтательно, как бы говоря «Он вовсе не про вихри», и парень тут же прочистил горло, добавляя, – Удивительно, что не тонет. Но Слендер разберётся с этим лучше, чем мы. – Ага, почти удалось, придурок, – Джефф тихо засмеялся, продолжая наблюдать за девушкой.       Джек нервно свел лопатки и устремил взгляд на глубину озера: там, под толщей прозрачной воды, образовывались вихри, которые переплетались с энергией водной стихии и становились смертельно опасным сочетанием, приводящим к стремительной смерти. Завораживающе было то, что хрупкая фигура девушки с шоколадными волосами упрямо игнорировала смертоносность явления энергетических завихрений, двигаясь так легко и грациозно, что Безглазый невольно представил её русалкой.       Если воздушная энергия искрилась бело-золотым переплетением, то водная стихия представала перед наблюдателем переплетением энергетических нитей антрацитового и серебряного цветов. Парни подметили, что Тейлор невероятно гармонично смотрится в этих переплетениях. – Как думаешь, она замечает, что уже полторы минуты не выныривает? – Джефф задумался над вопросом Безглазого. – Думаю, что она очень увлечена, учитывая то, что она сейчас полна энтузиазма. Дневная или ночная? – Дневная, Оффендер ненавидит сонливость. – Вот ты и сдал своего поставщика, – Убийца тихо хихикнул и поднял взгляд на водную гладь.       Розали вынырнула, жадно глотая воздух, но её глаза искрились счастьем. Вудс махнул ей рукой, как бы намекая, что пора выходить из воды. Снова погрузившись под воду с головой, девушка поплыла к берегу, вызывая опьянённое восхищение у Джека. Всё же как бы парень не старался, но конкретно сейчас он не мог скрыть ничего, и оставалось только развернуться, подкурить сигарету и сесть на землю, опираясь спиной на дерево. – Очень холодно, – у девушки зуб на зуб не попадал, а губы начали уже лишаться крови, становясь бледными, – Можем развести небольшой костёр? – Нет, но вот, возьми, – Джефф начал стягивать свою толстовку, но на физическом уровне почувствовал угрозу, проклиная Безглазого, – Хотя знаешь, лучше, наверное, мою толстовку тебе не надевать. – Да мне всё равно, что она грязная… – Роуз резко замолчала, потому что в голову ей прилетела синяя толстовка Найрас, – Эту я точно не надену! – Это с чего вдруг? – Джек от неожиданности отказа встал с земли и направился к девушке. – Она грязная и потная, – не будет же Тейлор говорить, что если почувствует его запах настолько близко, то уже не сможет здраво рассуждать. – Ты издеваешься? То есть кофта с въевшейся, потемневшей кровью ты наденешь, а в моей тебя смутил запах пота? – парень начинал злиться, и только Джефф спасал ситуацию: – Тей, серьёзно, надевай его толстовку.       Сейчас девушка себя ощутила максимально некомфортно: она стоит в лесу, к телу липнет мокрая блузка, которая показывает каждый изгиб тела, между двух убийц, которые в считанные секунды могут её скрутить. Розали попыталась максимально развеять подобные мысли. – Мне надоело ждать, Лютик, – с такими словами Джек грубо притянул к себе девушку и силой натянул на неё предмет одежды.       Помимо тепла девушка сразу ощутила запах, который задурманил голову: акватический аромат с тонкими нотами табака и жжёного дерева. Непроизвольно шатенка глубоко вдохнула, расслабляясь, но внутренний голос кричал что-то о достоинстве, гордости и бла-бла-бла, которые слушать было совершенно не интересно. – Тепло? – Найрас прекрасно всё увидел и понял, получив утвердительный кивок на свой вопрос, он задал ещё один: Кто та девушка, с которой ты тренировалась? – Идиот.       Розали засмеялась с забавности ситуации и той интонации, с которой Джефф обозвал Джека. Нельзя отрицать, что девушке было приятно, что за ней кто-то присматривал. – Да, следили и что? Не надо было подбивать гордость и корону на Маски, – вид Джек принял максимально спокойный, но внутренне дал себе не один подзатыльник. – Это Эмма, думаю, что Слендер уже рассказал о ней как минимум тебе, Джек, – Роуз посмотрела на Джеффа и начала всё же с самого начала, чтобы и её друг-улыбка был в курсе дела.       Весь рассказ, который растянулся на добрые двадцать минут, Джефф внимательно следил за Розали, подмечая её мимику и движения. Джек же безучастно курил сигарету за сигаретой, потому что всё, действительно, слышал не первый раз, но когда девушка рассказывала про события в сегодняшнем дне, то заинтересованность вернулась к нему. Вообще Найраса очень сильно настораживала подруга шатенки как минимум из-за того, что служила Залго. – Ты в ней уверена? – Джек дослушал рассказ до конца, – Она служит тем, кого мы считаем своими врагами. – Вот и я о том же! – Розали подскочила и резко осеклась, – Вот что я испытываю... – Да-а, кому-то надо привести себя в порядок, и дело вовсе не в дурмане, – Джефф слабо улыбнулся, прекрасно понимая, о чем говорит девушка, – Ты бы разобралась с этим скорее, чтобы не впасть в цикл. – Что значит "цикл"? – Тейлор попыталась проявить любопытство, но её личное открытие по значимости было вещественней, – Нет, потом объясните. Джек, ты гений! – Ага, – Безглазый потушил окурок о землю и положил его в карман штанов, – Но Джефф прав, у тебя начинаются беды с головой. – Беды с головой у меня с детства, – девушка саркастично закатила глаза, – А это временное помешательство. Если бы не оно, я бы с тобой не разговаривала, а сидела в каком-нибудь углу и тряслась от страха. – Ладно, вернёмся к Эмме, – Безглазый поспешил вернуть изначальную тему разговора, – Ты хочешь вернуть с ней общение, которое было до её смерти? – Возможно, – чего она конкретно хочет, Роуз и сама не понимала. – Твоя Эмма служит нашим врагам. И где гарантия, что она просто не использует тебя? – Джефф начинал злиться, потому что понимал: Эмма несёт угрозу. – Я понимаю. Просто... – Просто ты боишься быть плохим другом, потому что друзья для тебя являются семьёй, – Джек подкурил ещё одну сигарету, – Поэтому ты тогда открыла дверь своему другу, потому что если бы он умер, то и ты не стала бы задерживаться. Забавно в твоей голове проходят параллели. – Получается альтруистка до мозга костей? Я думал будет интереснее, – Джефф забавно фыркнул и пнул близлежащий камень, отправляя тот в далёкий полёт. – Ну почему же, она может вообще не быть альтруисткой, только вот комплекс определённо присутствует какой-то, –Джек с задумчивостью потёр подбородок. – Не одно, так другое. Мне казалось, там будет что-то глубже, – Джефф с озорством посмотрел на Розали. – Что-то глубже есть, только докапываться до этого придётся через шаблонную херню, – Джек с раздражением сморщил нос. – Я тут, вообще-то, – Роуз помахала руками, привлекая внимание, – Как минимум, некрасиво обсуждать меня при мне, а как максимум в следующий раз я оболью вас водой. Пока она мне помогает, я не могу просто перестать контактировать. Слендер тоже не знает, как управлять этой силой, поэтому логичнее всего будет просто продолжить поддерживать контакт и забивать на угрызения совести. В конце-концов, убила я её не просто так.       На лице Джека заиграла садистко-довольная ухмылка, Джефф лишь кивнул и пошёл в сторону особняка, видимо, у убийцы появились мысли для раздумий. Было понятно, что мистеру Улыбке не нравится идея поддерживать контакт с одной из подчинённых Залго, но и переубеждать парень никого не собирался. – Я бы посоветовал обратиться с этим разговором к Слендеру, – Джек опустил взгляд на носки кроссовок, засунув руки в карманы, – Но если тебе интересно моё мнение, то я с тобой согласен. «Что ты сейчас сказал?» – первое, что пронеслось в голове девушки, а после в глазах поселилось отрицание, потому что парень такого сказать просто не мог. – Не надо делать вид, будто я только что умер и воскрес прямо при тебе. Пошли.       Джек быстрыми шагами направился в сторону Джеффа, а Розали со странным чувством в сердце застыла на месте, в голове мгновенно пропали мысли, оставляя лишь одну: "Он меня поддержал".

***

      Как только тройка переступила порог особняка, то Джеффа и Джека как ветром сдуло, а внутри девушки, которая уже пришла в себя, зарождалась тревога. Атмосфера в доме была напряжённой, будто сейчас ловушка захлопнется, оставляя Тейлор в безвыходной ситуации. И как только нога наступила на первую ступеньку, громкое покашливание донеслось с кухни, а после прозвучал приказ строгим голосом Трендера: – Розали, немедленно иди сюда.       Дыхание перехватило, мысли закружились калейдоскопом в голове, а страх сковал все движения, потому что она совершенно не знала, что говорить. А если Трендер решит попросить Слендермена использовать свою способность, чтобы узнать, где она была и с кем... Ладони начали мокнуть, лёгкий тремор не обошёл стороной, и казалось, что само сердце внутри грудной клетки дрожит от страха. – Я сказал немедленно, – теперь в голосе Безликого слышалась угроза, и Розали на ватных ногах зашла на кухню. – Привет, – девушка не сразу заметила Тима Маски, который незаметной тенью стоял у окна, – И тебе привет, Маски. – Жаль, нельзя с твоего тона весь яд собрать, можно было бы население маленького городка истребить, – Тейлор по голосу Тима слышала, что его губы сейчас изогнулись в довольно-надменной усмешке. – Действительно, жаль, я бы сама не прочь его собрать и тебе споить. Вот только подойди, Тимми, – Розали вызвала водяной шар, потому что Маски кинулся к девушке, но вовремя остановился. – Ты будешь угрожать жителю особняка при мне? С чего ты решила, что можешь творить такое в моём присутствии? Это прокси моего брата, а ты просто живёшь в этом особняке! Посмотри на себя, как ты выглядишь? Это мой представитель, который встречался с новыми клиентами?       Выглядела она сейчас, и правда, не опрятно: мятый воротник блузки выглядывал из-под толстовки Безглазого, светло-серые штаны были насквозь мокрыми и усыпаными пятнами от травы и земли, в шоколадных волосах застряли ниточки водорослей, макияж потёк от подводных кувырканий, босые ноги были грязными и красными, а жемчужное ожерелье, не выдержав нагрузки на свою персону, поломанным лежало в кармане штанов. – Я выглядела прилично, когда встречалась с клиентками. Кстати, может не лучшее время, но вся документация на почте, нужно только распечатать, в офисном принтере закончились чернила, но я заказала доставку нового картриджа. Ещё нужно будет обрисовать примерные фасоны одежды, заказ благотворительного характера: дамы решили подарить детскому дому партию одежды. Ещё нужно уточнить насчёт обуви, мы сможем сделать? – Розали мгновенно переключилась на рабочие моменты, вызывая ещё больше раздражения у Трендера, – Я ещё кое-что придумала, когда приступим к чертежам, то я покажу… – Ты больше со мной не работаешь, – фраза, брошенная так презрительно, прозвучала как гром среди ясного неба. – Что? – шок читался в глазах девушки как никогда отчётливо, – Я встретилась с клиентами в нормальном виде, я провела переговоры, я отлично выполняю все твои поручения, даже если не могу много двигаться, я всегда исправно заказываю новые партии материалов. Я знаю, что испортила вещи, но их достаточно постирать и погладить, ожерелье я пересоберу, пожалуйста. – Нет. – Ты, правда, меня сейчас выгоняешь из-за Тима Маски? – она была в бешенстве, а воображаемый крест уже вычерчивался на силуэте прокси, – Хорошо. Твой выбор. Розали уже развернулась, чтобы покинуть кухню, но её догнала фраза: – Зайди ко мне в кабинет, как только приведёшь себя в порядок. – Нет. Тебе я больше не подчиняюсь, а вся информация на твоей почте. Сегодня я постираю и поглажу вещи, а завтра их занесу. Девушка вышла, оставляя после себя горький осадок внутри Трендера, а вот Тим Маски наоборот излучал позитив и удовлетворение. – Доволен? – сейчас в голосе у Безликого звенела сталь, – Что ты затеял? – Я ничего. И не нужно язвить, помни, что, потеряв Розали, ты спасаешь Джесс. Ты же не хочешь, чтобы Слендер узнал про девушку, которую определили к тебе, но ты спас её от Джеффа, а следовательно - от смерти. Теперь мы квиты, и я забыл об этом секретике, – Тим подмигнул под маской, вызывая волну раздражения у Трендера. – Ты знаешь, что опять слетаешь с катушек? Что ты хочешь? Её ты не получишь, разве ты не заметил в чьей толстовке она была? Безглазый Джек никогда не отдаст тебе своего. Особенно после того, как ты забрал у него место прокси, – после этих слов от Безликого, Тим вылетел с кухни, громко хлопая дверью, – Нужно сообщить Слендеру. Кухня опустела в одно мгновение, оставаясь наедине с двумя пустыми кружками из-под кофе.

***

      Смотреть на себя в отражении зеркала было пугающе: ненавистное лицо теперь будто подсвечивалось изнутри от счастья. Ванну в доме можно было назвать удовлетворительной, и Роуз всегда идеально вписывалась в её атмосферу, но сейчас она совершенно не узнавала ту девушку в отражении с искрящимися глазами красного и тёмно-коричневого цветов. Сейчас девушка в этой атмосфере считала себя инопланетянкой, которую поселили сюда прямиком из райских садов: уголки губ не были привычно опущены вниз, появился непривычный блеск в глазах, даже волосы казались мягче и красивее. Она не должна так выглядеть.       Услышать от Трендера новость об увольнении – нож прямо в сердце, но Роуз не отличалась приличным поведением и прекрасно услышала продолжение разговора с Тимом Маски. Конечно, немного отлегло, но стало обидно, что выбор снова сделан не в её сторону. Всю жизнь она оставалась позади людей, которым нужно было сделать выбор, и всю жизнь она пыталась научиться смириться. Правда оказалась горькой: смириться не получится, только привыкнуть. Тейлор очень быстро усвоила, что лишний раз трепать себе нервы не стоит и, когда выбор снова был не в её сторону, спокойно уходила, закусывая губу до боли, чувствуя привкус металла от крови, но больше никогда не давала себе погружаться в эту боль. Постепенно даже губы перестали страдать, потому что кожух из метала внутри девушки больше не пропускал ни единой эмоции.       Розали осторожно коснулась кончиками пальцев своего лица и улыбнулась, мгновенно пряча эмоцию. "Что это сейчас было?" – с этой мыслью девушка снова попыталась улыбнуться и застыла в немом удивлении: "Это и правда я?". Роуз приблизилась к зеркалу над раковиной и продолжила разглядывать своё лицо, будто изучая новую себя и отмечая для себя, что не стоит кому-либо другому видеть её такой. Кончиками пальцев девушка почувствовала влагу, а, подняв глаза, поняла, что плачет. При этом, что происходит внутри, она не понимала, только ощущение, что внутри всё бурлит: боль неожиданно сменялась на радость, после власть забирало отчаяние, эстафету перехватывал гнев, апатия, грусть, жалость, ликование, и этот калейдоскоп эмоций пугал.       Маленькими шажками девушка попятилась назад, упираясь в стену и опускаясь вниз на холодный кафельный пол, утыкая лицо в коленки. Она понимала, что сейчас её стальные цепи больше не держат коробку с запертыми эмоциями, и весь шквал сейчас обрушивается на неё. Сейчас Розали отчётливо ощущала ребёнка внутри себя, который истерично метается из угла в угол и истошно кричит, плачет, смеётся и крушит всё вокруг. И самое страшное: Тейлор не знала, как угомонить внутреннего демонёнка, потому что слишком рано повзрослела и, что чувствуют дети, не знала. – Но ты ведь была ребёнком, дура, ты же знаешь, что чувствовала, – истеричный шёпот-крик в тихой ванне прозвучал слишком атмосферно для этого помещения, – Тебе же было страшно, и ты злилась на отца.       Слёзы градом текли из глаз, некоторые капли затекали в рот, оставляя на языке быстро растворяющийся солоноватый привкус. Ей было необходимо поговорить с собой, необходимо было признать, что она ещё чувствует внутри и, самое сложное, признать, что она не такая уж и сильная. – Я тебя просто ненавижу, тупой кусок отброса, – перед глазами вставал размытый силуэт отца.

– Не говори так про папу! – ребёнок внутри визжал от злости.

– Он меня бросил! Он мне никто, как ты не понимаешь! – девушка начала говорить уже громче.

– Ты ему не помогла, он нуждался в помощи, а ты его бросила!

– Он издевался надо мной! Я его содержала, маленькая ты дрянь, как ты не поймёшь, что он мне не нужен!

– Я его всё равно люблю! – если бы маленький ребёнок внутри Розали материализовался, то слух девушки пострадал бы от этого визга.

– И я!...– Тейлор закашлялась, давясь воздухом, – Нет, нет, нет, я не могу после всего...       Как ошпаренная Розали подскочила с пола и встала под ледяные струи воды, надеясь прогнать наваждение, но чем больше она сопротивлялась, тем сильнее сдавливало грудную клетку и лились слёзы из глаз. В голове начали своё издевательство воспоминания обо всей дряни, на которую её подписал отец: фиолетово-синие синяки, которые покрывали всю спину маленькой девочки, сломанный нос, страх, что отрубят пальцы, боль от избиений ногами, истерика от срезанных волос и, наконец, омерзительное ощущение движений внутри себя и полное отключение от реальности. Она не могла любить монстра...

– Хей, Лютик!

      Голос Джека всплыл в мыслях так неожиданно, что Роуз ощутила физическую слабость от переживаний. Тихий смех вперемешку со звуками воды распространился по комнате. До чего же омерзительно забавно было то, что Розали влюбилась в Безглазого Джека: холодного, высокомерного, сильного, пугающего, сумасшедшего убийцу-каннибала. Обычно люди с её травмами остаются одни и слов про любовь слышать не хотят или заводят семью максимально спокойную и уютную, а она выбрала себе хаос в чистом виде, приправленный жгучим безумием. Тогда почему тут она ощущает себя нормально?

– Ты вышла пить кофе.

      Теперь над девушкой решил поиздеваться голос Тима Маски, который всплыл в мыслях, заставляя девушку отбросить душ и спрятать лицо в ладонях. Нужно было взять себя в руки, иначе можно дореветься до бессознательного состояния, а падать голой в обморок в душе не хотелось. Тело начало трястись от холода и девушка прибавила горячей воды, подбирая с пола лейку от душа. Разогнать мешающие мысли было легче-лёгкого, и Тейлор мысленно поблагодарила Слендермена. Когда вся лишняя влага с кожи была удачно устранена с помощью полотенца, а тело было прикрыто тканью пижамы, то в дверь тихонечко постучали: – Розали, всё нормально? – обеспокоенный голос Джейн был настолько привычный, что Розали про себя усмехнулась, открывая дверь. – А вы чего вместе забыли тут? – девушка совершенно не ожидала увидеть Джеффа и Джейн в таком близком контакте друг с другом. – Да ладно тебе, мы волновались просто, – Джейн с подозрением осматривала девушку, – Не аллергия же у нас друг на друга.       Розали и Джефф синхронно засмеялись, но под серьёзным взглядом Аркенсоу быстро успокоились. Брюнетка развернулась и пошла в строну своей комнаты, Джефф же мотнул в сторону Джейн, как бы приглашая шатенку пойти с ними. Роуз тихо хмыкнула, но пошла. Уже в комнате Джейн достала из-под кровати поднос на котором стояло три чашки с чаем. – Открыла свою Нарнию? – Джефф закрыл за собой дверь и с ухмылкой посмотрел на убийцу. – С удовольствием закрыла бы тебе рот, да вот только, ты живучий, – Розали впервые видела девушку такой разозлённой. – Так вот о чём все говорят, – Роуз уселась на кровать, опираясь спиной на стену, – Вы, и правда, как кошка с собакой. Оно и понятно... – Что значит: оно и понятно? - Джефф нахмурился, а в глазах его плясали смешинки. – Ты же... Ну... – Она хочет сказать, что ты убил мою семью, изуродовал меня и прислал в качестве извинений вшивые цветы, письмо, платье, маску и парик. То есть, выражаясь на более понятном тебе языке, она хочет сказать, что ты Джеффри-Алан Вудс кусок... – Именно это, да, – Розали перебила девушку, за что поймала злобный взгляд. – А, ты про это, – Джефф по-клоунски почесал затылок, – Ну было дело. Давно же было, чего начинать? Джейн вскипала, и это было видно по изменившемуся дыханию и сжатым кулакам. – То есть, ты разрушил мою жизнь, а теперь спустя столько лет говоришь мне такое? Мозгов совсем не прибавляется, придурок? Да мне в кошмарах снишься ты со своим причитанием о том, что сделаешь меня красивой! – Джейн начала приближаться к Джеффу, вызывая у того самодовольную улыбку. – Я тебе снюсь? – Стойте, хватит! Вы позвали меня сюда, чтобы подраться при мне? – Розали понимала, что грядёт страшное сражение и попыталась успокоить убийц, – Если честно, Джейн, у меня есть некоторые вопросы на счёт твоей мотивации... – Можешь задавать, потому что меня это тема давно не трогает, – брюнетка села на стул и выпрямила спину, напоминая аристократичную особу. – Ты только осторожнее задавай вопросы, а то её эта тема давно не трогает, наверное, точно так же, как тема с перерождением, – сказав это, Джефф поднял руки вверх, ловя разгневанный взгляд девушки. – На самом деле, в самом начале мотивацией было не дать Джеффу убить как можно больше людей. Я убивала всех без разбора просто, чтобы ему досталось меньше жизней. Потом я стала следить за этим психопатом и научилась понимать, к кому он придёт следующим, убивая человека намного быстрее. Помню, что особенным удовольствием было перерезать горло на глазах у Джеффа, потому что в тот момент его взгляд... О, на это я могла смотреть вечно, – Джейн мечтательно прикрыла глаза, – А после я поняла, что стала таким же гнусным отбросом, как и Вудс. Прекратить было сложно, поэтому я стала выслеживать серийных убийц, насильников, воров, ну, ты поняла, и убивала их. Ну и, конечно, параллельно не давала Джеффу убивать невинных. – О, я помню, как я взбесился, что ты не даёшь мне убивать, и стал действовать по твоей логике. Ты меня, кстати, своей реакцией ещё больше взбесила! – Да, я помню это, – Джейн засмеялась, держась за живот, – Ой, умора, ты бы видел себя. Розали, этот дурак решил, что я взбешусь, если он убьёт мою жертву, а я ему просто "спасибо" сказала и ушла. Розали загадочно улыбнулась и повернулась к Джеффу: – А ты? Что тебя побуждает это делать? – Я... – А Джефф у нас настоящий психопат. – Это точно. Розали, во мне ты не найдёшь причин, просто я уже давно тронулся, что даже Слендер не вылечит. Да, у меня случаются периоды, когда я прихожу в себя, как сейчас, но в иные моменты... Даже Безглазый решает оставить меня. Просто как щёлкает, замыкается цепь, и появляется жажда отобрать жизнь и почувствовать себя всесильным. И с каждым новым убийством жажда только растёт, а восхищение самим собой захлёстывает с головой. Даже мысли иногда сложно формулировать.       Розали стало жутко от таких слов, потому что оказаться рядом в момент приступа ей бы не хотелось, но тут в голове всплыли слова о каком-то цикле. – А что такое цикл? – Розали заметила, как Джейн укоризненно бросила взгляд на Джеффа. – Да, Улыбка, вас с Безглазиком только в шпионы отправлять. Цикл это... Слендермен воздействует на нас всех и постепенно мы приходим в норму. И когда мы полностью приходим в себя, то у нас есть шанс начать свою человеческую жизнь с чистого листа. Не у всех есть возможность выздороветь, но некоторые могут и когда время приходит, но крипи остаётся подле Слендера, то исцеление перестаёт действовать, и мы снова погружаемся в безумие. Цикл безумие – здравый рассудок может повторяться бесконечное количество раз, как, например, у прокси. Тим Маски хуже всех переживает эти циклы, сейчас близится фаза полного безумия и, мой тебе совет, не приближайся к нему. – Да, Тей, это не шутки, потому что Тим может быть очень опасен, а Слендера может не оказаться рядом.       Убийцы постарались перевести тему разговора на более позитивную ноту, вспоминая, как забавно начинает троить Тикки-Тоби, когда снова сходит с ума, и каким заносчивым становится Худи. Они болтали-болтали, а в голове у Розали метались мысли о Безглазом Джеке: сколько раз он прошёл этот цикл? Девушка прекрасно слышала разговор Джеффа и Джейн, попивая чай, но внутри поселился червячок страха, потому что, насколько она поняла, сейчас Безглазый Джек выздоравливал и, через сколько он обезумит снова, она не знала. А это значило, что она совершенно не знакома с монстром, в которого влюбилась.       Ближе к часу ночи Розали и Джефф покинули комнату Джейн, расходясь каждый к себе. Странное желание заглянуть в комнату к Безглазому охватило девушку совершенно неожиданно, но она с ним справилась и стала засыпать. Тихий скрип двери вывел её из полу-дрёмы, но Роуз продолжала держать глаза закрытыми и вслушивалась в тихие шаги. Когда тайный посетитель оказался рядом с девушкой, он присел на корточки, а акватический запах ударил в нос, давая понять, что в комнате находится Безглазый Джек.       Парень поправил одеяло на девушке и убрал с лица прядки волос настолько осторожно, что Розали задумалась над тем, что Найрас делает это не впервые. Тейлор почувствовала, как практически целомудренный поцелуй коснулся её лба, а после тихий шепот разнёс по телу спокойствие: – Ты вовсе не безумна, Лютик. Безумны только те, кто тебя любит. Спокойной ночи, ледяная статуэтка.       Джек аккуратно, но быстро встал и вышел из комнаты девушки, проклиная себя за слабость. Потому что он не мог влюбиться. Но как объяснить эту тягу? С самого первого дня, как только он увидел её, стало понятно: девушка с ним останется навечно, и не важно живая или наваждением, но она будет рядом. Парня пугало это до чёртиков, не позволяя трезво мыслить: он садился писать ход очередного эксперимента, а после приходил в себя за написанием письма для Розали Тейлор; он шёл гулять в лес и случайно выходил к тому месту, где Розали Тейлор тренировалась или гуляла; выходил из комнаты аккурат в тот момент, когда Розали Тейлор была в коридоре; напивался и в каждой девушке искал черты Розали Тейлор. Ему казалось, что это всё помешательство, и очень хотелось, чтобы девушка была лишь его бурным воображением, только вот... Джек вовсе не воображению сейчас поправил одеяло и волосы, говоря "спокойной ночи". Джек просто продолжал отрицать очевидное.