Feat not me

— Эрик, это что за малолетка? — девушка в очередной раз с презрением взглянула на меня и повернулась к парню. Напряжение в комнате можно было резать ножом. Блондинка видимо все ждала ответа от лидера, а он просто стоял и смотрел на нее в ответ. Хотелось бы знать, что сейчас творится у парня в голове. Может быть он думал, как бы вытолкнуть меня из квартиры, хотя от такого я ни за что не отказалась — это мое самое главное желание вот уже как минут двадцать. Раз этого все еще не произошло, складывалось ощущение, что третья лишняя в этой квартире точно не я. — Ты пришла устраивать мне допрос? — Эрик прикрыл глаза и устало потер переносицу. Видимо не только я мечтала, чтобы сегодняшний день наконец кончился, — если это единственная цель твоего визита, то будь добра, закрой дверь за собой с обратной стороны. Молча. Такой ответ явно не устроил блондинку. Она удивленно уставилась на парня и то открывала рот, то тут же закрывала, видимо не зная, что ответить на подобное. Эрик развернулся и направился к холодильнику. Мгновение, и в его руках оказалась стеклянная бутылка, с чем-то похожим на виски. Парень сделал два больших глотка из горла и поставил емкость на стол. Та со звоном ударилась о мраморную поверхность, и звук этот был таким громким, что я невольно вздрогнула. — Если это твоя очередная шутка, то мне совсем не смешно, Эрик, — девушка уверенными шагами двинулась к парню, — я не собираюсь обсуждать что-либо при этой. Не мог бы ты все же объяснить, кто она? Неужели инициация теперь предусматривает допуск к тренировкам через постель? — Кристина, что в слове «молча» ты не поняла? — лидер подошел к блондинке и схватил за руку, — я, кажется, попросил тебя закрыть дверь с обратной стороны. Если ты и это не понимаешь, то мне очень жаль. Трудно наверное быть такой тупой? Я стояла и просто не понимала, как вообще попала в такую ситуацию. Мне не было не неловко, не страшно. Было никак. Просто я стала невольным зрителем довольно странной сцены. Кто знает, может если бы меня и не было в квартире, Эрик был бы мягче с девушкой. Хотя, в этом очень сильно сомневаюсь. Наверное, единственное, чего я никак не могла понять: почему меня все еще не выставили за порог, что сейчас пытается сделать Эрик с Кристиной. Девушка не успела и опомниться, как парень открыл входную дверь, а после, убедившись, что раздражающий его объект находится вне его квартиры, захлопнул железную. Дверь хоть и заглушала недовольные возгласы Кристины, но все равно было четко слышно, как Эрика явно называли не ангелом во плоти. Может быть я только что узнала парочку новых милых слов, какими можно как-нибудь потом называть лидера. Мне надоело просто так стоять в коридоре, поэтому я просто молча развернулась в сторону выхода, надеясь, что сейчас-то меня наконец отпустят. Ситуация вновь повторилась: оставалось лишь дернуть дверную ручку и выйти, как меня ожидаемо остановили. — Кажется, тебе все еще не разрешали уходить. — А мне кажется, ты заигрался, — я развернулась и посмотрела Эрику в глазах. К моему огромному сожалению, по взгляду парня можно было мало что понять: то ли он так забавлялся, то ли действительно хотел сделать что-то страшное со мной, — мне не нужно разрешение, чтобы сделать что-либо, даже если передо мной сейчас стоит лидер фракции. Я устала за сегодня, и просто уже хочу наконец дойти до комнаты. Уже прошло двадцать минут с того момента, как я здесь нахожусь, а ты так и не сказал, что тебе от меня нужно. Если ты хотел меня запугать или что-то в этом роде, то попытка была жалкой. Поэтому, если это все, то я пошла. *** Чем я руководствовалась, когда решила покинуть пределы фракции? Вопрос безусловно интересный, но ответа на него так и не нашлось. Идея выбраться наверх и исследовать территорию возникла в голове сразу, как только я оказалась за железной дверью квартиры лидера. Темный коридор, по которому я направилась в сторону комнаты неофитов так сильно начал давить, что показалось будто кислород в лёгких начал резко заканчиваться. Хотелось увидеть солнечный свет и сделать глоток свежего воздуха, чтобы привести мысли в порядок и перевести дух. Найти выход наверх не так трудно, как и уйти черт знает куда, а вот найти дорогу обратно, когда солнце скрылось за горизонтом, оказалось не самой лёгкой задачей. Вероятно, если бы я не просто шла бездумно вперёд, думая обо всем подряд, а хотя бы немного смотрела по сторонам, то могла бы спокойно уже сидеть на кровати в общей комнате и может быть даже видеть десятый сон, но сейчас я уже как час сидела на бордюре, окружённая разрушенными высотками и не понимала, в какую сторону мне следовало идти. Ситуацию делало ещё хуже то, что никакого освещения на улицах не было от слова совсем, а свет, что излучала луна настолько тусклый, что тяжело было разглядеть хоть что-нибудь на расстоянии ста метров. Сколько же мне тут сидеть? Вряд ли кто-то пойдет меня искать да и вообще не уверена, что хоть кто-нибудь заметил мое отсутствие. На месте других неофитов я бы радовалась, что на одного претендента на заветное место члена фракции стало меньше. Мне ничего не оставалось, как ждать рассвета и постараться не заболеть, потому что температура на улице упрямо двигалась к нулю, а на мне была лишь тонкая футболка, что совсем не грела. Единственное, что радовало хоть немного — возможность разглядеть небосвод, усеянный звёздами: настолько он красив, что захватывает дух. В детстве папа научил меня как найти полярную звезду и рассказал о многих созвездиях. Надо же, много столетий назад мореплаватели умели ориентироваться по звездам, чтобы не сбиться с пути, а сейчас я только знала, что есть тысяча и одно созвездие невероятной красоты, и на этом все. Если каким-то чудом у меня получится вернуться, то я в первую очередь добуду для начала карту местности, чтобы в подобных ситуациях не пришлось быть на грани отчаяния. Возможно, если бы не события, произошедшие сегодня, меня бы не так сильно клонило в сон, но будто огромным покрывалом меня накрыла усталость в очередной раз, тело кажется налилось свинцом, веки начали смыкаться, и я совсем не заметила, как просто напросто уснула, прислонившись к фонарному столбу, что уже не работал, кажется, целую вечность. *** — Эрик, скажи мне, за какие такие заслуги я поставил тебя на пост одного из лидеров, если ты даже не в состоянии контролировать свои прихоти и доводишь неофитов в первый день их пребывания во фракции? — Макс исподлобья взглянул на парня и сжал губы. Казалось бы, довел девчонку, поиздевался как следует: живи да радуйся. Но нет, эта полоумная как будто испарилась, и прилетело из-за этого Эрику. Первым тревогу поднял Четыре, который какого-то черта печется о Коллинз как о своей милой младшей сестренке, потом какая-то неофитка вдруг заявила, что слышала, как Эрик сорвался на Эмми. Четыре не дурак, сопоставил факты и в двенадцатом часу ночи нагло вломился к Эрику, не забыв перед этим доложить о сложившейся ситуации Максу. Сколько про себя выслушал приятных слова Эрик за пять минут от Четыре? Такие числа называть, кажется, не особо прилично. — Макс, может она просто решила, что сделала неправильный выбор и сейчас уже мило воркует с афракционерами. С чего мы должны идти и искать эту чокнутую дуру? Эрик невольно вздрогнул от того, как сильно ударил кулаком по столу сидящий перед ним мужчина. Давно Макс не был так разъярен. В последний раз проявление подобных эмоций Эрик наблюдал, когда два года назад отряд недоверолюционеров украл из-под носа охранявших лабораторию бесстрашных ряд психотропных препаратов. Это были одни из самых мрачных дней для фракции. Наказывали бесстрашных по поводу и всех, а виновные были отправлены за стену. Тогда Эрик только вступил на свой пост, и ему хорошо прилетело, но все же меньше, чем Гилберту, который руководил охранявшими препараты бесстрашными. Сейчас Эрик действительно не понимал, к чему паника, и что такого уникального в неофитке, которая, не пробыв и недели, успела нажить себе и проблем и врагов. В том, что мозгов у нее меньше, чем у курицы, он точно не виноват. Да, припугнуть было в планах, но разве эту одаренную действительно задела случившаяся перепалка между ними? Это никак не хотело укладываться у лидера в голове, как и то, почему за нее сейчас, посреди ночи, его отчитывают как какого-то провинившегося школьника, который сорвал очередной урок. Глубокий вдох, размеренный выдох, медленный счет до пяти — кажется столько понадобилось Эрику, чтобы не сорваться и не высказаться по поводу сложившейся ситуации. Его выдержка и терпение держались на самом честном слове — он был готов швырануть что-то в стену, давящую где-то слева. — Судя по твоему милому молчанию и взгляду, я должен достать ее из-под земли любым доступным способом и доставить обратно во фракцию? — голос Эрика был холоднее обычного, — если это все, то я пойду. Кажется девчонка уже немного заскучала без моей милой компании. Парень развернулся, одернул кожаный жилет и сделал пару быстрых и размашистых шагов по направлении к двери. Только его рука коснулась двери, как в спину прилетело: — Эрик, живой, — парень повернул голову в сторону Макса, — вернуть Коллинз необходимо живой. И если бы не шум кондиционера, который какого-то черта работал на максимум, Макс бы услышал как Эрик усмехнулся и бросил тихое: «тут уж как получится». Раз-два-три-четыре-пять, я иду тебя искать.