Ключ Саламандры

- Сконцентрируйся. Ощути, как по твоему телу разливается моя сила. Услышь её шепот. Забудь про свою чакру, потому что она всегда будет уступать моей, - говорил Кьюби, положив голову на передние лапы и закрыв глаза. Эти слова были сказаны им уже не в первый раз, поэтому вырывались из огромной пасти сами по себе. - Чакра – это вторая кровь шиноби. Как я могу отказаться от неё? – Наруто сидел на коленях в паре метров от носа Лиса. Его глаза также были закрыты, но не от скуки, как у буджу, а из-за попытки сконцентрироваться. - Сколько лет проходит, а ваши слова не меняются. Как же никчемны люди. Я до сих пор не могу понять, как вы смогли обуздать силу хвостатых, - Кьюби лениво поднял веки и посмотрел на блондина. Ему понравилось то выражение лица, что появилось у джинчурики. Злость, ненависть, презрение и, конечно же, отвращение. Лис все это прекрасно читал по мимике. - Ты… Кем ты себя возомнил, Кьюби? Богом? Да, ты силен, но люди также не уступают вам в этой силе. Ведь сам на собственной шкуре испытал мощь шиноби, - Узумаки едко улыбнулся, но продолжил концентрироваться на внутренних ощущениях. - За последние сто пятьдесят лет было всего несколько человек, что удосужились капли моего уважения. - Видимо, когда из тебя сделали ручного зверя, ты начинал уважать! - …Похвально, ты уже пытаешься видеть мои воспоминания сам, но впредь хочу тебя предупредить. Если что-то и увидел, то держи свой острый язык за зубами, иначе я подкорректирую твою изысканную речь, - биджу встал и потянулся, после чего одним из хвостов «легко» толкнул Наруто, из-за чего тот прокатился пару метров по полу. – Проваливай, у тебя гости. - Угрозы, Кьюби, это первый признак страха, - смеясь, напоследок бросил парень, перед тем как исчезнуть. - Ты даже понятия не имеешь, как угрожают биджу, - Лис неспеша побрел в темноту зала. Тори уже несколько минут стучала в дверь номер тринадцать, но, по всей видимости, её жилец не спешил открывать. Девушка чертыхнулась и постучала вновь, уже намного сильнее и настойчивее. Звук разнесся по всему второму этажу и спустился на первый. Этому свидетельствовали громкие ругательства в сторону источника звука из соседних номеров. «Элементарное задание: сходи, разбуди, приведи. Но нет, как обычно судьба несправедлива ко мне», - Тори закрыла глаза и вздохнула, а когда открыла, увидела открытую дверь и парня, что стоял к ней спиной. На его голове было белое полотенце, а по телу, которое сразу выдавало в нем бойца, стекала вода. - Заходи, - был дан ей короткий приказ. Секретарша, как окрестил её для себя выходец Конохи, замешкалась на пару секунд от такой наглости, но все-таки зашла, закрыв за собой входную дверь. – Прости, я был в душе и не слышал тебя. - Может, повернешься лицом к человеку, с которым говоришь? – девушка осмотрела комнату, которая за сутки успела стать похожей на не большую свалку. Вещи были разбросаны, кровать не убрана, а на полу валялись пустые пластиковые миски из-под лапши. И самое главное, что откуда-то появился телевизор. - А может я настолько страшный, что боюсь показываться такой красавице? – вопросом на вопрос ответил Наруто. Он прекратил тереть полотенцем свои длинные волосы и бросил его на кровать. - Не удивлюсь, если там у тебя свиное рыло, - тихо высказала свои мысли Тори. – Нас ждет Ханзо-сама. Надеюсь, ты не забыл про свою новую работу? - Охранник для мальчика? - Мальчику уже двадцать три, - Узумаки вздохнул, а брюнетка усмехнулась, услышав это. – И ещё… - Что? – парень натянул на себя черную майку, под цвет штанов, и поднял с пола плащ. Элемент верхней одежды мгновенное сел на тело Наруто и он накинул на голову капюшон, скрывая лицо в тени. - Да так, ничего, - как-то странно улыбаясь, отмахнулась Тори. Как только они вышли на улицу, в лицо сразу ударил свежий прохладный воздух, вызванный недавним дождем. В небе, под действием солнечных лучей, появилась радуга, - весьма не редкое явление для жителей этого края. Джинчурики успел лишь пару секунд полюбоваться творением небесного светила, потому что его проводница не намеривалась ожидать зазевавшегося парня. - Тебе пора прекратить рассматривать все вокруг, - сказала помощница Ханзо, когда Наруто поравнялся с ней, - ты выдаешь в себе приезжего. - Просто я первый раз… - Узумаки запнулся, понимая, что каждое слово из его рта может стать для него фатальным. Саламандра не зря тогда упомянул про то, что парой даже у стен есть уши. – Первый раз увидел такую красоту. - Что же в ней такого? – удивилась девушка, покосившись на гостя её начальника. - Раньше я не так часто поднимал голову вверх, - как-то устало ответил носитель Кьюби. В эту секунду, всего лишь на мгновение, Тори показалось, что рядом с ней идет не молодой человек, а утомленный жизнью старик. Она удивилась этому ощущению, что пропало так же быстро, как и появилось. «В нем что-то есть… что-то, что я не могу объяснить. Странная сила, веющая от его голоса. Она заставляет слушаться… Ты очень интересный персонаж, Наруто Узумаки, как он и сказал». Спустя пару минут они подошли к башне правителя Амэ. Снова винтовая лестница и тот же кабинет Секретарши, который через несколько секунд остался внизу. Саламандра, как и вчера, стоял на балконе, вдыхая свежий воздух сквозь щели своего респиратор. Он не изменял этой привычке из года в год, и глядя на это, в голове джинчурики непроизвольно всплыли воспоминания о Третьем Хокаге, который был любителем раскурить трубку с крепким табаком. Если бы не Орочимару, думал раньше Наруто, то старика Сарутоби угробил бы рак легких, и даже закаленное годами тело шиноби вряд ли помогло. - Оставь нас, - тихо произнес Ханзо и его приказ тут же был выполнен. Он повернулся к Узумаки, сверля его ринниганом. Старый шиноби желал что-то увидеть с помощью доудзюцу. То, что для него осталось незамеченным. – Насколько крепка связь между клеткой и узником? Не нужно быть гением, чтобы понять, о чем идет речь. Наруто нахмурился, думая, что можно ответить. На помощь пришли вчерашние слова Кьюби, и он незамедлительно заговорил: - Он не пробудился после долгого сна, - уголок рта потянулся к верху, выдавая слабую ухмылку на устах джинчурики. Саламандра хмыкнул, внимательно изучая собеседника. - Ложь – это плохое начало нашего сотрудничества. Я понимаю твои опасения, но лучше говорить правду. - Эти глаза многое видят, - успел подумать Узумаки, но его опередил собственный язык. Лис посмотрел в глаза Ханзо и последний отчетливо почувствовал ненависть и жажду крови, что испытывал демон по отношения к носителю риннигана. – И от них тяжело скрыться, пусть даже это жалкая пародия того, что имел Рикудо. - Я бы мог многое от тебя узнать, но, думаю, ты вряд ли захочешь поведать парочку историй, - Саламандра медленно направился к столу, не спуская глаз с человека, чьим телом сейчас владело одно из сильнейших существ этого мира. Нужно было ожидать любой реакции Кьюби и быть готовым подавить её всеми силами. - Мне хватает одного слушателя, который без умолку может болтать часами и задавать глупые вопросы. Плохая черта, которая досталась ему от матери, - Лис присел на стул и положил руки на стол, давая понять Ханзо, что не намерен сейчас что-то делать. - Так с кем мне стоит иметь дело: с тобой или с мальчишкой? – старик последовал примеру Девятихвостого и тоже сел, пытаясь разглядеть лицо Наруто во тьме, создаваемой капюшоном. - Хотелось бы ответить твоей кровью и уничтожением всей этой жалкой деревни, но я не хочу, чтобы за мной вновь была объявлена охота. Я… мы поможем тебе, - демон замолчал, вновь передавая тело в распоряжение законного владельца. Ему с каждой секундой все больше и больше нравилось находиться в человеческом теле, которым можно было управлять по своему желанию, пусть и не всегда. Идеальное место для того, чтобы полностью скрыть свое обличие и силу, что всегда просится на волю из-за её огромного количества. Лис в который раз отметил гениальность своих мыслей. Вечный покой от проклятых алчных людишек, которым всегда не хватает силы, и ради которой они готовы на любые жертвы. Только один образ никогда не покидал мыслей Кьюби и был всегда для него эталоном уважение и безграничной власти. Старик, которого он и остальные биджу не боялись назвать другом. Первый и единственный человек, мысли о котором у любого из хвостатых вызывали не отвращение, а светлые воспоминания о том времени, когда они даже толком не умели использовать свою силу. Рикудо стал для них отцом и наставником в начале сложного и долгого пути, сказав на прощание не так много, как хотелось бы: «Не стоить испытывать ненависть и злобу к людям. Это их натура – жаждать силы. Порой, вас будут использовать как её источник, но даже это не должно сломить вашей воли. Вы были созданы ради великого дела, в котором вам придется стать бок о бок с человеком. Когда-нибудь… отбросьте свою злобу ради будущего этого мира». Сознание Девятихвостого связало странное чувство, которое возникало всегда после воспоминаний о последнем разговоре с Рикудо. Сейчас все негативные эмоции, что полностью заполняли демона, пропали, уступая свое место тоске и печали. Именно в такие моменты Лису больше всего хотелось услышать голос своего отца, который всегда был пропитан любовью и заботой. Кьюби завалился на бок перед раскуроченной решеткой. Его взгляд стал затуманенным и был прикован к большому порванному листу бумаги, который не так давно, по меркам Лиса, являлся замком для клетки. - Старик, я чувствую, что скоро придет то время, о котором ты нам тогда говорил… - произнес он в пустоту и его голос эхом разлетелся по темным коридорам. * * * Ветка под ногой хрустнула и незамедлительно сломалась под весом молодого шиноби. Киба не растерялся и смог уцепиться за ближайший к нему отросток дерева. Скорость, с которой парень падал, придала телу ускорения и, качнувшись вперед, Инузука сделал сальто. Подошва его сандалий почти полностью погрязла в мягкой после дождя земле. - Проклятье! Почему постоянно я попадаю на эти сухие ветки? – громко выругался Киба, вновь оказавшись на одном уровне со своими товарищами. - Потому что у меня есть бьякуган, а у Шино – жуки. Мы знаем, куда лучше не наступать, - с насмешкой ответила Хината, кинув через плечо взгляд на наследника клана собаководов. - Это все как раз из-за твоих так горячо любимых насекомых, - со злостью в голосе буркнул Инузука, сверля спину своего старого друга. - Меня винить и всех моих друзей нет смысла, ведь не они одни служат причиной твоего расстройства, - тихо произнес Шино в своей рифмованной форме. Он пролетел ещё несколько метров, после чего замер как вкопанный, и не ожидавший этого Киба чуть не снес на всей скорости представителя клана Абураме. – Хината! Девушка поняла все с одного слова, потому что за годы совместных миссий у этих троих образовалась тесная связь, и порой они понимали друг друга даже без слов. Хьюга активировала свое доудзюцу, осматривая все вокруг в радиусе, что сейчас составлял чуть больше полукилометра. С одной стороны, очень невероятное расстояние, в пределах которого представитель сильнейшего клана Конохи мог по своему желание рассмотреть даже букашку, ползущую по коре дерева. Но с другой, если Хьюга пытался видеть дальше, чем позволяли его способности, глаза начинали жутко болеть из-за перенапряжения. Дальность видения должна была развиваться постепенно, и это время могло занять даже всю жизнь. - Мы единственные здесь люди, по крайней мере, в радиусе моего обзора, - Хината убрала бьякуган и как-то странно посмотрела на Шино. Она знала, что парень всегда по дороге оставляет своих жуков или «вербует» новых. Бывали случаи, когда техника Абураме давала сбой, но на памяти девушки в последний раз это было очень давно, ещё в то время, когда все они были генинами. - Тут слишком сыро, поэтому мне и Акамару будет тяжело учуять кого-то на большой дистанции, - признался Киба, зная, что лидера их группы редко подводят чувства и собственные техники. - Жуки учуяли кого-то, но сразу это чувство испарилось. Хината, твоим глазам я доверяю, но все же не упускай возможности вокруг ты осмотреться иногда, - Шино ещё раз посмотрел в ту сторону, откуда пришел сигнал от жуков и через несколько секунд вновь восстановил свое движение, перепрыгивая с ветки на ветку. За тремя джонинами Конохи внимательно следила маленькая красная лягушка своими выпуклыми глазами. Она квакнула, когда из поля её зрения пропали молодые люди, и сразу же из маленького рта показалась рука, а вслед за ней и все тело человека. Джирайя сначала посмотрел в сторону, куда направилась команда восемь, а потом на дымку, что оставило после себя земноводное. Он прислонился плечом к дереву, давая время юным шиноби разорвать дистанцию. «Чуть не попался этой малышне. Хорошо, что вовремя применил призыв и спрятал свою чакру внутри жабы. Эх, старость не радость», - мужчина запрыгнул на ветку и ринулся чуть правее от курса, в котором направились джонины. Его скорость была намного выше, чем у любого члена команды восемь, поэтому он решил их обогнать, зная, в каком месте должна пройти встреча со шпионом из Амэ. Отшельник на пару секунд поднял глаза к небу, когда кроны деревьев перестали плотно прилегать друг к другу, закрывая землю от солнца. «До полночи ещё часов девять, а до места я прибуду через три, максимум четыре часа. В лучшее годы успел бы ещё в бар заскочить, чтобы пропустить бутылочку саке», - на его устах появилась улыбка, и Джирайя прибавил ещё больше скорости, превращаясь в размытое пятно, которое прыгало по деревьям. * * * - Сделай одолжение, где у вас здесь аптека? – пролепетал Наруто, следуя за Тори. После того, как Кьюби успокоился и вернул контроль над телом, разговор с Ханзо затянулся лишь на пару предложений. Узумаки вновь направился за помощницей Саламандры, порой поглядывая на её покачивающуюся попку. Гормоны брали свое, заставляя бурлить кровь молодого парня, и это, хоть и на мгновение, приглушало ту головную боль, что принес с собой силой захват разума демоном. - А тебе зачем? – мило поинтересовалась девушка, уже предвкушая, какая реакция будет у будущего охранника сына правителя Амэ. Об этом парне ходило много слухов в селении, некоторые из которых порой очерняли имя отца. Ханзо жил относительно спокойно, пока его отпрыск не увлекся спиртным, легкими наркотиками и… мужчинами. - Мне нужен аспирин и только. Голова раскалывается, - Наруто перевел взгляд на женщину, что вела маленького ребенка за руку. Она как-то странно осмотрела его с ног до головы, после чего прибавила шагу. Блондин удивился и сам быстро прошелся взглядом по одежде. Не было никаких нашивок или других символов, которые хоть как-то намекали на личность Узумаки. «Странно». - Хорошо, я принесу тебе его попозже. А сейчас, - она остановилась напротив входа в двухэтажное здание, вывеска которого гласила о том, что это бар. Тори отодвинула ткань, что заменяла дверь, и поманила рукой Наруто. Когда они вдвоем попали внутрь, то это оказалось только небольшим помещением, по бокам которого располагались трехместные диванчики. На одном из них сидел мужчина, а второй стоял возле нормальной деревянной двери. Охранник без слов пропустил помощницу Ханзо и незнакомца в черном плаще, подозрительно на него покосившись, - приветствую тебя в закрытом клубе любителей выпить, развлечься и принять наркоту, какую только душа пожелает. - Почему доступ сюда ограничен? Чем оно отличается от множества других? – сиплым голосом спросил джинчурики, неожиданно вдохнув облако сигаретного дыма. Он взглядом пробежался по людям, что собрались тут. Каждый стол этого места окружали не стулья, а диваны и кресла, оббитые кожей. У владельца этого заведения было достаточно денег и связей, чтобы сделать этот бар закрытым для обычных людей. Практически каждый человек был одет в дорогой костюм или шелковое кимоно с разными красочными нашивками в виде драконов, цветов и даже черной саламандры, такой же, как и в кабинете Ханзо. В руках у многих были явно не дешевые сигареты. В заведении царила удивительная тишина, и это было вызвано вовсе не появлением новых лиц. Люди, собравшиеся здесь, в последнюю очередь волновались о своей безопасности. И все только по одной причине. - Это любимое место Аясе, - ответила Тори, направляясь к лестнице на второй этаж. – На входе ты увидел двух джонинов Амэ, а внутри находится ещё пятеро, замаскированных под обычных посетителей. Так же трое патрулируют снаружи. Это тайные телохранители сына Ханзо. Возможно, он и подозревает, что за ним двадцать четыре часа наблюдают, но вряд ли может это доказать. - Не любит, чтобы за ним следили. Зачем тогда нужен я? – Наруто замер перед дверью, всю поверхность которой покрывала красивая резьба, явно выполненная мастером своего дела. Секретарша повернула ручку, выпуская на волю клубы дыма, что скопились под потолком в закрытой от всех комнате. Сразу же картину тишины и спокойствия разрушил громкий смех мужчины, который смеялся так громко, что Узумаки невольно скривился. Девушка прошла внутрь, разгоняя руками дым, чтобы появилась возможность хоть что-нибудь увидеть. Глазам Наруто предстала вся шумная компания, что тут собралась. У дальней стены, сидя на таком же трехместном диванчике, как и на входе, расположились два парня, что сейчас пускали круги после очередной затяжки. В середине находился круглый невысокий стол, вокруг которого находились четыре коричневых кресла. Все они были заняты такими же молодыми парнями и одной девушкой, как и сам бывший шиноби Конохи. Слева возле стены стоял шкаф с разными бутылками спиртного, а возле него большой, почти метр в высоту, сейф. Справа же был ещё один столик, вокруг которого сидели три девушки на мешках набитых разным мягким хламом, которые в данный момент выполняли роль мебели. Перед ними на плоской поверхности стояла бутылка с саке. Каждый здесь был либо пьян, либо находился под кайфом, - совершенно не сложное умозаключение, сделанное Наруто. - Тори, какого черта? – поднявшись с кресла, поинтересовался высокий блондин с голубыми глазами и не аккуратными, растрепанными волосами. Парень имел светлую кожу, чем напоминал Учиху, и был одет в белоснежное кимоно, которое сидела на нем небрежно и открывало вид на оголенную грудь. Он слегка пошатнулся, но все же удержался в ровном положении. «Золотая молодежь, будущее вашего грязного и порочного мира, - раздался насмешливый голос Кьюби в голове. – Только один или двое станут успешными людьми, остальные закончат жизнь самоубийством, напившись или заправившись наркотиками». «Объявился, все-таки. А я уж было подумал, что ты помер где-то во тьме моего подсознания, - Узумаки посмотрел на то, как парень поднес к губам трубку кальяна и заполнил свои легкие белоснежным дымом с привкусом яблока. – Я думал тебе плевать и на мир, и на людей, что в нем живут». «Вы жалкие человечки не цените свои короткие жизни, и от этого хочется смеяться и плакать одновременно. Парой, совсем редко, мне бывает жалко выше никчемное существование», - Лис затих. Видимо, дальше он был не намерен говорить, но и этих слов оказалось достаточно, чтобы Наруто смог в них уловить нотки печали. Демоны умеют страдать и грустить? Вздор, хмыкнул сын Четвертого. - Успокойся, Аясе. Меня послал твой отец, - зажав нос пальцами, ответила Тори. Видимо она, как и джинчурики, не выносила табачный запах. – Это твой новый телохранитель. Прошу любить и жаловать, а мне нужно возвращаться на работу. «И… это все? - носитель Девятихвостого хотел было хлопнуть себя по лбу, но не стал. Он просто посмотрел в спину секретарши, пока та не закрыла дверь. – Итак, что мне сейчас ожидать? Подколок или угроз от детишек зажиточных родителей?» - Покажи свое лицо! – сын Ханзо не стал долго думать и отдал первый приказ. Он с детства вкусил чувство вседозволенности и привык, что никто не смеет ему перечить или отказывать. - В этом нет необходимости. Я просто тихо постою возле входа, а вы продолжайте свое веселье. - Гляди, Аясе, в этот раз тебе попался скромняга! – засмеявшись, произнес чернявый парень, который находился напротив чада Саламандры. У него были не длинные кудрявые волосы и смуглая кожа, а в черных глаза горел пьяный огонек. Смех поглотил комнату, а Аясе дал пять своему другу за хорошую шутку. - Я… - Теперь твой хозяин я, поэтому мне решать, что необходимо, а что нет, - парень плюхнулся в кресло и открыл вид на свои длинные, даже слегка женские ноги. «Считаешь себя выше меня, ублюдок? Я убью вас всех, а вы даже моргнуть не успеете», - со злостью подумал Наруто. Его руки потянулись к капюшону и быстрым движением скинули маскировочный элемент одежды, открывая вид на выделяющеюся внешность. Джинчурики полностью снял плащ и откинул его в сторону, оставаясь в одной майке и штанах. Узумаки взъерошил длинные волосы, раскидывая их по плечам. – Так лучше? - А ты ничего так, симпатичный, - сказала одна из девушек, что сидела справа на мешке. – Аясе, я бы хотела проверить, на что он способен. - Заведи себе своего охранника и делай с ним, что твоей душе угодно, а моих попрошу не трогать, - блондин жестом позвал к себе недавнего заключенного, и тот не задумываясь подошел. – Будешь? - Почему бы и нет, - ухмыляясь, ответил Наруто, взяв из рук сына Ханзо трубку. Опыта в курении кальяна у носителя Кьюби не было, но он решил не показывать своей слабости в этом деле. Глубокая затяжка, сдерживание кашля, и белый дым вырывается из легких. – Неплохо. - Беру свои слова обратно, - хмыкнул кучерявый, протягивая руку. – Сумару. - Шидо, - ответил бывший шиноби Конохи, вспомнив свое тюремное имя. - К черту имена, давайте выпьем за этого парня! – крикнул Аясе, странным взглядом осмотрев Узумаки. Что-то в сердце джинчурики юркнуло, но он не придал этому значения, опрокидывая в себя пиалу с саке, которую подал ему отпрыск Саламандры. – Сегодня нужно развлечься по полной! * * * Граница страны Огня осталось позади, а вместе с ней и линия фронта. Место встречи располагалось в месте, в котором редко проходили патрули Амэ. Густые деревья, моросящий дождь и крики ночных птиц – это все, что сейчас видели, чувствовали и слышали трое молодых людей. Хината через каждые десять минут включала бьякуган на несколько секунд, чтобы не расходовать чакру. Шино уже давно направил своих жуков во все стороны, и теперь оставалось только ждать прихода шпиона Хокаге. - Проклятая погода! От меня никакого толку, - с нотками обиды произнес Киба. Парень привык делать все возможное для успешного выполнения миссии. Так учила его мать, так учила его жизнь шиноби, после того, как Инузука потерял одного из своих учеников, которых к нему приставила Цунаде год назад. Это были тяжелые воспоминания для парня, ведь все случилось именно из-за его халатности. Он не учуял в нужный момент врага, которого они должны были поймать. Это было личным мнением Кибы и он не собирался его менять, неся столь тяжкий груз на своих плечах в одиночку. Парень встряхнул голову, прогоняя нахлынувшие воспоминания. Он напряг все свои чувства, пытаясь не упустить ничего. - Успокойся, друг мой. В этом дожде все запахи теряют всякий смысл, поэтому уж лучше на нас ты положись, - Шино сидел в несколько метрах от Инузуки, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. Абураме не мог себе позволить во второй раз за день оплошать, используя технику, что была в его арсенале практически с того момента, как он встал на ноги и принял жуков в свое тело. - Кто-то приближается. Явно шиноби, - оповестила своих товарищей Хината, внимательно следя за человеком при помощи бьякугана. Незнакомец в плаще выпрыгнул на поляну и начал осматриваться по сторонам. Шино переглянулся со своими друзьями и спрыгнул вниз, медленно направляясь к новой персоне. - Огонь всегда горит в наших сердцах, - произнес человек в плаще. - А умерев, он переходит в сердца наших детей, - ответил Абураме и махнул рукой, после чего к нему спустились Хината и Киба. Пароль совпадал, но незнакомец не спешил передавать свиток команде восемь. – У нас, как и у Вас, нет времени на болтовню. Отдайте свиток и разойдемся. - Постойте, я так давно не видел своих соплеменников. Расскажите, как дела у Конохи? – человек в плаще начал навязывать ненужный разговор, и это понимали все трое молодых шиноби. - Последний раз я говорю – отдай нам свиток! – уже более громким и приказным тоном повторил Шино. Незнакомец замолчал, но не сделал никаких движений. Вокруг глаз Хинаты начали набухать вены, а Акамару ощетинился, готовясь напасть в любую секунду. - Увы, информации о Амэ вам не видать, зато про Коноху мы с удовольствием послушаем! – шпион резким движением руки метнул три сенбона в Шино, но его атака провалилась. Парень распался кучей жуков, которые тот час полетели обратно в сторону леса. – Клоны! – крик лазутчика Цунаде разнесся по поляне. В эту же секунд со стороны, где находилась граница страны Огня, послышался громкий лай и звук взрыва. Команда номер восемь попала в ловушку. Джирайя внимательно следил за всем этим. Он прибыл сюда за долго до шиноби Амэ, и уж тем более Конохи. Санин Скрытого Листа смотрел, но не вмешивался в бой. Отшельник решил помешать шиноби Ханзо только в том случае, если кому-то из команды восемь будет угрожать опасность смерти. Но он прекрасно понимал, что всех их возьмут как пленников с ценной информацией. Схватка закончилась через несколько минут и на удивление Джирайя без потерь с одной и другой стороны. Всех троих наследников либо оглушили, либо усыпали снотворным, которым были смазаны сенбоны шпиона. Ночной лес вновь погрузился в тишину, принося всем его жителям спокойствие. Трое шиноби быстро неслись по деревьям в сторону родной деревни, неся на себе молодых ниндзя Конохи, а за ними, скрываясь от света луны, направлялся один из великих саннинов. * * * Наруто разлепил глаза и уставился в красный потолок. Узумаки сразу понял, что находится не у себя в квартире. Он опустил веки и глубоко вздохнул, пытаясь вспомнить, что вчера было, но кроме белого дыма и улыбок на лицах больше ничего в голову не лезло. Джинчурики перешел в вертикальное положение и сел на кровати, скидывая с себя мягкое, теплое одеяло. - Какого хрена я голый? – пролепетал парень. Он прикрыл рукой глаза от света, что настойчиво пробивался в окно чужого дома. После тщетных попыток вспомнить вчерашний день, Наруто просто решил повернуться и узнать все у девушки, с которой сегодня провел ночь. Блондин скинул одеяло со второго тела, которое делило с ним кровать, и упал пятой точкой на пол, не веря своим глазам. На месте, где должна была лежать представительница прекрасного пола, находился его новый начальник – Аясе. – Нет, нет, нет. «О, да», - протянул Кьюби. Его громкий смех залил все подсознание, и от этого головная боль стала ещё сильнее. «Почему ты не остановил меня, тупой демон?!» - прошипел Наруто, все ещё пытаясь отрицать реальность. «Зачем останавливать то, чего вы оба хотели? Я лишь выступил в роли посредника твоих горячих чувств». «Нет, этого не может быть! Меня не возбуждают парни!» - закричал Узумаки, схватившись за голову руками. «Зато меня возбуждают», - довольно заурчал Лис. «Ты… ты… ты всего лишь оболочка чакры с разумом! Как тебя может возбудить человек?!» «Ты же знаешь, что мы, биджу, перенимаем некоторые черты своих носителей. Твою мать заводили мужчины. Скажу даже больше, парой не она была с Минато, а я. Так что не обессудь», - хохот Девятихвостого или Девятихвостой, Наруто не знал, за кого теперь считать этого… биджу, вновь принес боль. «Стоп! – парня вдруг осенила гениальная, но от того же страшная мысль. – Прошу, Кьюби, скажи, что это я его, а не он меня», - джинчурики даже покрылся потом, пока ждал ответа. «Это ты его», - Узумаки с облегчение выдохнул, услышав три этих волшебных слова. - Шидо, не стоит так напрягаться. Один раз не… ну ты сам понимаешь, - произнес с улыбкой Аясе, любуясь тем, как его ночной любовник завис. - А? – оторвался от своих мыслей носитель извращенного демона. – Я... просто… - Успокойся, об этом никто не узнает, хотя я был бы не против повторить. Ты был словно дикий зверь, мне понравилось, - Наруто нервно хихикнул, думая о том, что последние слова сына Ханзо были не так далеки от истины.