Шёлк

Атмосфера благоприятствовала их уединению: в доме царил полумрак, включены только ночники, откуда-то звучала тихая ненавязчивая музыка, они были немного пьяные, сонные и готовые поделиться сокровенным. Самые честные разговоры заканчиваются к четырем утра, ночь стирает все дозволенные границы и хочется рассказать своему спутнику так много, чтобы информация эта выбила из его головы все, что можно. Ночью доверие становится неопровержимым даже к первому встречному. Ночь укрепляет дружбу. Ночь — хранилище тайн. Ночью можно сделать то, за что будет стыдно утром. Ночь — поистине волшебное время. Особенно прекрасна та ночь, начавшаяся с вечеринки в честь Хэллоуина и перетекшая впоследствии в встречу двух душ. — Нужно было пригласить сюда кого-нибудь из парней, - посетовала Юри, потянувшись на кровати, как кошка. Она смыла грим, но кошачья грациозность никуда не исчезла: это и называют настоящей сексуальностью. - Я слышала, у вас с Бэкхеном напряженка, но ведь всегда есть Сехун, готовый ради тебя на... многое. — А ты сильно нравишься Чонину, - подначила подругу Тэён, приподнялась на локте, с улыбкой смотря на то, как смеялась Юри. Парень-танцор из группы ЕХО действительно проявлял внимание по отношению к «кошечке» — незаметно, играючи и это было довольно мило. Однако Юри любила парней понастойчивее, поотвязнее, а не тех, кто постоянно контролирует себя, совершенствуется и кто становится слишком идеальным в ее глазах из-за этого. - Хотя без парней даже хорошо: они все равно будут выжатыми как лимон. Куда лучше и приятнее утешиться самой! — Но разве они тебе не нравятся? - спросила Юри, зевая. — Нравятся, разумеется, - призналась Тэён. - Но меня привлекают и женщины: разнообразие украшает жизнь, не правда ли? Тэён сладко потянулась, полурасстегнутая рубашка обнажила чуть больше, чем следовало, короткая юбка задралась до самой промежности. Юри захотелось, чтобы это продолжалось вечно: чисто с эстетической точки зрения это было слишком завораживающим. Ей вдруг представилось, как они с Чонином предаются плотским утехам. Стало интересно: а сколько в этом парне выдержки? Сколько знает, сколько умеет?.. Захотелось проверить это в ближайшее время. Похотливое настроение Тэён передалось и ей, в промежности возникло тягостное ощущение пустоты, грудь стала необычайно чувствительной — трение леопардового костюма о кожу ничуть не способствовало снятию напряжения, скорее наоборот. Желая отвлечься, Юри достала из тумбочки стопку глянцевых журналов. Не помогло, так как Тэён на обложке одного из них улыбалась так, что хотелось сорвать девушку с бумаги и делать с ней все, что захочется. Впрочем, вот она, лежит на кровати, и кажется, вовсе не против неприличий... — Кстати, ты обещала рассказать, что такого натворил Бэкхён, - напомнила Юри Тэён. — Да ничего, - небрежно махнула рукой девушка. - Просто разболтал о нас своим дружкам. Выставил меня распутной девицей, развлекающейся со всеми подряд. И они, собравшись вместе, подошли сегодня ко мне... и намекнули на... — О боже, не продолжай, я поняла, - поморщилась Юри, эта картина почти погасила ее возбуждение. - Никогда бы не подумала, что он на такое способен, никогда... Он вроде боготворил тебя. — Мужчины всегда начинают зазнаваться, стоит только снизойти до их уровня и стать благосклонной, - отмахнулась от жалости Тэён, глядя Юри в глаза, - однако они даже не осознают, насколько ошибаются, когда им в голову приходит мысль, что женщины от них зависимы. Да и не так уж он для меня важен, просто репутацию жалко. Я думала, у нас все было серьезно. - Вид у девушки стал безразличным. - Господи, как же жарко, оказывается, у тебя в доме! Юри завороженно наблюдала за тем, как Тэён постепенно избавлялась от одежды. Сначала на пол упала рубашка. За ней — юбка. Журналы выпали из рук Юри, бесшумно приземлившись на пушистый ковер. Несмотря на то, что обнаженными они друг друга видели очень часто — работали в одном коллективе больше восьми лет — сегодняшняя ночь была особенной. Тело Тэён казалось при тусклом свете совершенным. Красивое нижнее белье заостряло внимание на тех частях, которые скрывало. Это подогревало интерес. Юри всегда находила подтянутое женское тело прекрасным — эта увлеченность красотой позволяла ей считать себя бисексуалкой. Мужчины в этом плане ее интересовали меньше, однако ей нравились внимание, чуткость и сильные руки бывших любовников. Что уж говорить о мастерстве! — Дорогая, будь я мужчиной, никогда, никогда бы так с тобой не поступила! - воскликнула Юри и прикоснулась пальцами к нежному запястью Тэён, на автомате поглаживая его. Затем она поднялась выше по предплечью к тонкому плечу, откинула мягкие светлые волосы Тэён назад, провела тыльной стороной ладони по ее щеке, сползла вниз, лаская шею девушки. «Словно шёлк...», такая мысль посетила Юри. Тэён придвинулась ближе. То, что происходило между ними, не требовало объяснений. Это обычно называют притяжением в самом неприличном смысле этого слова. Или похотью без попыток приукрасить. — Я знаю... - выдохнула Тэён, прежде чем поцеловать Юри. «Кошечка» пришла в жутчайшее волнение от сексуального шепота Тэён, от близости и аромата ее тела. Между ног стало горячо и мокро. — Тебе не жарко? Вопрос риторический. Тэён провела руками по груди Юри, нашла застежку и потянула вниз. То же самое проделала и с обтягивающими леопародовыми штанами. Блаженно улыбнувшись, она отметила, что кое-кто не потрудился надеть белья. Голой Юри была похожа на куколку, выполненную умелым мастером для того, чтобы весь мир наслаждался идеальными пропорциями. Красивое лицо, длинная шея, небольшая грудь, будто бы радостно выскочившая из верхней части костюма, осиная талия, сочные широкие бедра упругой кожей, чуть разведенные в стороны ноги танцовщицы — это все было в распоряжении Тэён сегодняшней ночью. — Аппетитная Юри, - восхищенно сказала Тэён, припадая губами к соску подруги, накрывая ладонью свободную грудь. Она измеряла поцелуями тело девушки под собой и с каждой секундой Юри все больше хотелось поскорее достичь удовлетворения. — Тэ... — Ты мне позволишь? - серьезно спросила Тэён, нерешительно задержав пальцы на гладком лобке Юри. — Я никому из женщин еще не позволяла подобного... мне нравятся мужчины... — Уверяю тебя, особой разницы в ощущениях нет, - лукаво сверкнув глазками, заверила ее Тэён. - Если хочешь, попробуем, сама все для себя решишь и, быть может, войдешь во вкус... — Я... — Сейчас очень поздно, темно и все такое, так что все, что произойдет между нами, либо забудется, словно сон, либо запомнится и повторится. Ночники выключились, в окна лился таинственный свет луны, будто обещавший сохранить их тайну. Из-за штор проникал слабый ветерок, приятно холодивший участки с так называемым местным повышением температуры. Юри зажмурилась и полностью отдалась сексуальным эмоциям, накрывающим ее с головой. Она сама притянула к себе Тэён и страстно поцеловала, блуждая руками по ее телу. Нижнее белье познало участь журналов. Тэён тоже не отставала и вскоре комнату заполнили громкие вздохи, стоны и временами вскрики, становившиеся все откровеннее. Широкое ложе просело под тяжестью двух распутниц, атласная простыня скомкалась, однако это не доставляло ни малейшего неудобства девушкам. Их уста трепетали от жарких поцелуев, в воздухе витали ароматы их тел и выделений половых органов, дыхание стало учащенным. Юри инстинктивно широко раздвинула ноги и Тэён, наклонившись над ней, с удовольствием вдохнула приятный запах кожи, через секунду ощутив языком ее шелковистую нежность. Это не входило ни в какое сравнение с тем, что могли дать мужчины, порой норовя повредить что-нибудь женщине. То было чистое наслаждение для обеих. Юри даже забыла, что впервые предается любви с женщиной, настолько ей было хорошо. Она накрыла руками собственную грудь, желая усилить эффект от искусных ласк Тэён. По телу пробежала судорога. Несколько раз дернувшись, Юри застыла, потеряв сознание на несколько секунд. Впервые оргазм ослепил ее в прямом смысле. Веки ее отяжелели, внутри разлилась приятная истома, все мышцы расслабились. Через минуту, успокоившись, она вспомнила о Тэён. Открыла глаза, окинула взглядом подругу, сонно наблюдая, как она, запрокинув голову, водит пальцами туда-сюда меж разведенных ног. Юри поймала себя на мысли, что не в силах отвести взгляд от Тэён. Она выглядела очень... естественно. Будь Юри художником, она бы нарисовала эту эротическую сцену, которая впоследствии стала бы по праву считаться самой соблазнительной. Этой обезоруживающей картиной можно было бы решать конфликты даже между враждующими странами. Тэён громко вскрикнула от неожиданности: Юри пожелала доставить ей такое же удовольствие, какое получила сама. Наградой ей стали мелодичные стоны певицы — значит, первый опыт такого рода стал вполне удачным, вопреки стереотипам! Тэён чувствовала, как нарастал экстаз, первые его искорки прошлись по телу, а перед глазами возникла темнота. Наконец она затряслась, выкрикивая что-то неразборчивое. Поцеловав напоследок внутреннюю сторону бедра подруги, Юри с улыбкой поднялась и переместилась на кровати так, что теперь была на одном уровне с головой Тэён. — Я, кажется, вошла во вкус, - констатировала она. — Тем лучше для тебя, кошечка, - приглушенно ответила Тэён и удовлетворенно прикрыла глаза, обняв Юри.