Собрать осколки

Не решилась. Отложила тетрадь в сторону. Читать дневник кажется чем-то запретным. Спрятала его в просвете между книгами стеллажа, пытаясь заняться чем-то другим, но мысли возвращались к тому, что я могла узнать, прочитав тот блокнот. На улице смеркалось. Одновременно со вспыхнувшими фонарями раздался лязг проворачиваемого внизу замка. Поднялась и побежала вниз по лестнице. - Диана! – обрадовалась я, накинувшись с объятьями. Она осталась стоять, не делая попыток обнять в ответ или оттолкнуть. Я отстранилась, с удивлением и страхом, что мои догадки верны, посмотрела на неё. - Я… - замялась на миг она, но продолжила ровным голосом. – Я всё знаю. Захарра рассказала. Я прикусила внутреннюю часть щеки. Тронула подругу за плечо. - Диан… - Убери, - девушка подняла на меня холодный взгляд. – Зачем ты это сделала? Захарра, нужно отдать ей должное, сказала, что ты спасала Марка, но зачем? – по щекам потекли прозрачные слёзы, но лицо Фрезер оставалось спокойным. - Я не могла. Я не знала, что делать, - Диана сухо улыбается. - И решила сдать Ника. - Он причастен. На нём основная вина. - Разве твой Ляхтич лучше? – взорвалась подруга, почти крича. – Почему не он? Почему Ник? - Диана, - ровно говорю я, подавляя накатившую раздражённость, - ты не понимаешь, о чём говоришь. - Я всё понимаю! – огрызается Фрезер, и я не узнаю в ней той мягкой понимающей девушки, которая всегда поддерживала меня. – Ты эгоистка! Почему ты думаешь только о себе? - Не истери, - не могу скрыть внезапно появившейся в голосе сухости, но меня спасает внезапно завибрировавший в кармане телефон. Я пробегаю взглядом по нескольким буквам и парочке цифр. – Приходи в себя. Мне нужно идти, - холодно говорю я и, хватая ветровку, выхожу из дома, срываясь на бег. Адрес. Не нужно было его искать в интернете, чтобы понять, куда меня звали. Часы показывали, что у меня ещё есть в запасе несколько минут. Клиника встретила меня мрачными проблесками света в окнах на третьем этаже. Ниже спускались сплошные белые стены. Ворота, на удивление, сразу же открыли, и я несмело двинулась к главному входу. Долго бродить не пришлось. Из-за поворота появилсась высокая стойка, напоминающая ресепшн в офисах. За ней сидела невысокая пожилая женщина, явно чем-то недовольная. Я робко приблизилась. - Наконец-то, - буркнула она, оглядываясь на меня. - Вы ведь от Александра Алексеевича? Нет. - Да, - стараясь выглядеть увереннее, говорю я. Женщина фыркает, а затем, в привычной манере для людей постарше, завязывает разговор. - А ты чего тут? Перед праздником-то, - она складывает вещи в сумку. - Перед праздником? – отвлекая её от предыдущего вопроса, спрашиваю я. - Молодёжь, - качает головой женщина, а я стараюсь выглядеть пристыженной. – Пасха завтра! – она берёт сумку, а затем выходит из-за стойки. – Ничего сложного. Что-то не так – зовёшь охрану, но в основном у нас спокойно, - деловито сообщает работница. Я неуверенно киваю. - А Фэш Драгоций… У вас? - Не беспокойся, - улыбается женщина. – Поймали голубчика, теперь он на первом этаже в пятой палате, не выберется, - смеётся она, и я кисло улыбаюсь. – Ну, с праздником, - кивает она и удаляется, не ожидая моего ответа. - До свиданья, - бормочу и усаживаюсь в деревянное кресло с низкой спинкой. Звуки шагов отдаляются. Я прислушиваюсь, но в ушах стоит только звенящая тишина. Осторожно поднимаюсь и открываю ящики в столе. Ключи, ключи, ключи… Все от комнат на третьих-четвёртых этажах, где, насколько я поняла, держат самых спокойных. Разочарованно захлопываю почти все, но останавливаюсь, склонившись над последним, самым большим. Кромка дна немного отходит, и я отодвигаю её. Ключи. Теперь попадаются двузначные и даже однозначные номера. От занятия отвлекают неспешные шаги. Я быстро соображаю и понимаю, что не успею скрыть весь этот беспорядок. Поэтому просто наваливаюсь сверху, подкладывая под голову руки и закрывая глаза. Выравниваю дыхание и уже отчётливо слышу чьи-то шаркающие шаги. Совсем рядом кто-то хмыкает, а затем, постояв некоторое время, уходит, не захотев будить усталого подростка. Охранник удалился, и я выпрямляюсь. Руки нашарили случайный ключ. На нём цифра пять. Когда выхожу из-за стойки, бешено колотится сердце. Пробираюсь к лестнице и спускаюсь вниз. Темно. Очень темно и тихо. По спине пробегает волна мурашек. Я включаю телефон и начинаю разглядывать номера на дверях по обе стороны коридора. Двенадцать, десять, восемь, шесть… Смотрю в противоположную сторону и освещаю цифры на соседней палате. Разжимаю руку и дрожащими пальцами пытаюсь вставить ключ в замочную скважину. Дверь со скрипом проваливается внутрь. Хочется убежать. От волнения, от страха. Но делаю шаг вперёд. - Фэш? – голос дрожит. Слишком громко для царящей вокруг тишины. Чья-то ладонь сжимает рот, другой придерживая за живот. Я пытаюсь вырваться. Воздуха не хватает, дёргаюсь, понимая, что женщина могла ошибиться номером палаты. - Тшш, - шепчут над ухом. Из глаз брызгают слёзы. – Тише, - хрипло бормочет кто-то рядом, и я действительно затихаю. Рука пропадает с лица. – Всё хорошо, - я утираю слёзы и пытаюсь улыбнуться, хоть в темноте ничего и не видно. – Пошли. Я отдаю свою руку, и меня ведут в коридор. Бегу вверх по лестнице, стараясь сосредоточиться на собственном дыхании. Мы миновали два пролёта. Третий этаж отличается от двух других тусклыми проблесками света, исходящими из окон. Фэш ловко выкарабкивается на высокий подоконник, и я замечаю в одной его руке что-то вроде железной палки. - Откуда у тебя это? - Предшественник оставил, - пожимает плечами брюнет и в этот же миг выбивает стекло. Звон стоит в моих ушах, осколки прорезали тишину. Послышались пока ещё глухие, но спешные шаги. Я отчаянно оглянулась на лестницу. Затем посмотрела на парня. Тот протягивает руку. Я хватаюсь за неё, и он затягивает меня наверх. Мы стоим на краю подоконника. Я со страхом смотрю вниз. Разбиться с высоты третьего этажа не так вероятно, как остаться инвалидом на всю жизнь. - Василиса, - я оборачиваюсь и растерянно смотрю на Фэша. В глазах мелькает что-то, похожее на просьбу, но голос твёрд. Ладонь крепче сжимает мою. – Прыгни. Сигналом для прыжка стал резкий оклик. Я оттолкнулась и, не думая, полетела вниз. Быстро приземлилась и больно упала коленями на бетонный выступ. Рядом кто-то чертыхнулся, и меня взяли на руки. Внизу мелькали ступеньки, скоро мы оказались на земле. - Идти можешь? – киваю, и он под руку тащит меня к смутно знакомым кустам у забора. Отворачивает проволоку, а затем движется к машине рядом, усаживая меня на переднем сидении. Быстро захлопывает дверцу и заводит машину. Здание клинки скрывается за домами, а вскоре мы выезжаем на широкое шоссе. Вздыхаю и откидываюсь на сидении. В теле чувствуется усталость, и под мерный шум двигателя я проваливаюсь в сон.