Заткнись и трахни меня!

Блёклый свет тёмно-серого неба за окном очерчивал фигуру вошедшего в комнату человека. Лёгкий сквозняк сорвал последние листья с увядших цветов и захлопнул дверь. Часы пробили пять утра. Неслышно ступая по мягкому ковру, босс Мильфиоре приблизился к белому дивану. Мельком окинув взглядом спящего невольника, он аккуратно взял синюю прядь. Мягкие тёмные волосы приятно щекотали кожу. Чтобы разбудить иллюзиониста достаточно было малейшей оплошности. Разумеется, она в какой-то момент времени была допущена. Несколько мгновений Бьякуран завороженно смотрел в открытые разноцветные глаза, после приказал: — Вставай и снимай рубашку. Наблюдая как оголяются плечи, ключицы, ребра и впалый живот Рокудо, блондин достал из шкафчика плеть. Внезапно за окном послышался какой-то гул. — Становись лицом к стене. Порку Джессо начал не сразу. Для начала успокоил иллюзиониста лёгким поцелуем в плечо. После начал считать удары. Один. От неожиданности Мукуро вздрогнул. Два. Возникшее напряжение в мышцах отнюдь не облегчало участь парня. Три, четыре, пять. Удары стали чаще. Шесть, семь, восемь, девять. Тишину в комнате стали нарушать помимо щелчков плети ещё и тихие вздохи. — Терпи. Десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать. Покрасневшие полоски покрывали всю спину. Четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать, семнадцать. Бьякуран усилил удары. Восемнадцать, девятнадцать, двадцать. Послышались слабые стоны. — И на этом твоя выдержка заканчивается? Двадцать один, двадцать два, двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять. Заблестели алые капельки крови. Двадцать шесть, двадцать семь. Стоны слышались все более отчётливо. Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать. Тело невольника пробирала сильная дрожь. — Рано тебе ещё сдаваться. Тридцать один, тридцать два, тридцать три, тридцать четыре. Болезненные вскрики становились громче. Одновременно с ними тишину нарушали звуки выстрелов. Тридцать пять, тридцать шесть, тридцать семь, тридцать восемь, тридцать девять, сорок, сорок один. — Не семей молить о помиловании. Сорок два, сорок три, сорок четыре. Экзекуция становилась все более жестокой. Сорок пять, сорок шесть. Иллюзионист уже надорвал голос, однако с помощью плети из него легко извлекли тихие всхлипы. Сорок семь, сорок восемь. Ноги почти не держат пленника. Сорок девять, пятьдесят. Тело синеволосого упало на пол. В этот же миг ударной волной от взрыва выбивает стекла. Блестящие осколки разлетаются по всей комнате, иногда задевая тела или лица двух парней, находящихся в ней. Заботливо подняв на руках ослабевшего пленника, Бьякуран снова положил его на диван. Принеся стакан воды, он снова разбудил Мукуро. — Пей. И отдохни. В то время как иллюзионист пытался сделать несколько глотков, Джессо отошёл к окну. Темное небо начало приобретать светло-фиолетовые оттенки. Черными силуэтами закрывала горизонт эскадрилья Вонголы. Сырой запах прохладного утра сменился запахом топлива, гари, пороха и металла. Справа раздался взрыв. Сумеречное утро окрасилось кровавыми красками огня. Отойдя от окна, блондин приказал: — Раздевайся. Увидев, как джинсы и нижнее бельё были откинуты в сторону, Бьякуран сказал: — Ложись животом на стол. Из того самого шкафчика извлекли вибратор. — Раздвинь ноги и прогнись в пояснице. Вибратор кончиком проник в сфинктер, вызвал приглушённый стон. И только сейчас Джессо заметил, что этот болезненный звук отлично гармонирует с воем сирены. — Не сжимайся. Когда девайс проник полностью, он был включён на среднюю мощность. Этого хватило, чтобы вызвать сбившееся дыхание у парня и характерный румянец на щеках. — Снова хочешь того же? На этот раз вместо плети был использован обычный ремень. Перед очередной экзекуцией вибратор был поставлен на максимальный режим. Зрачки Мукуро на миг сузились то ли от страха, то ли от неприятного предвкушения очередной порции боли. После его взгляд абсолютно расфокусировался. Первый десяток ударов пришелся на ягодицы. Синеволосый сжимал кулаки до побелевших костяшек. Накатывающее возбуждение и тяжесть внизу живота одновременно с неугасающей болью сводили с ума. Рокудо тяжело дышал, за каждый невольный стон получая по два-три удара. Вскоре его ягодицы покраснели так же, как и спина. Последний резкий удар заставил парня вновь сорваться на крик. По окончании порки Бьякуран почти нежно поцеловал синеволосого между лопаток и погладил по исполосованным бедрам. Однако это не уняло дрожь в всем теле. Слышались тихие всхлипы. По щекам пленника текли слёзы. Выключив вибратор, Джессо решил смилостивиться над Мукуро. Однако внезапно услышал: — Стой. Не уходи. — Ты впервые подал голос за это утро. Точнее, впервые озвучил что-то со смысловой нагрузкой. Что же, раз это настолько важно, я выслушаю тебя. — Хватит болтать. Сделай уже то, ради чего приставал ко мне с самого начала. — А может я сюда пришёл лишь чтобы украсить твою кожу шрамами? Что же я, по-твоему, намеревался сделать в действительности, мм? — Заткнись и трахни меня. Лукавый огонёк, мелькнувший в глазах босса Мильфиоре не предвещал ничего хорошего. В буквальном смысле скинув Рокудо на пол, неподвижного и не сопротивляющегося, словно неживой предмет, Бьякуран все таки не удержался от того, чтобы пару раз не ударить его ногой в живот. Выбив таким способом весь воздух из легких парня, блондин тут же жадно впился в его губы. Проникая языком в его рот, светловолосый садист лишил невольника всякой возможности дышать. Параллельно он прижал иллюзиониста к полу, сдавливая до синяков тонкие запястья. Когда самому Джессо стало не хватать воздуха, он прервал поцелуй, дав возможность отдышаться и синеволосому. Потом наклонил его голову ближе к своим бедрам, и сказал: — Ты ведь сам захотел. Так что выполняй. Когда Мукуро одними зубами стянул с блондина штаны и нижнее бельё, второй резко схватил первого за волосы. — Молодец, но дальше — меньше подобной самодеятельности. Переборов отвращение, иллюзионист послушно открыл свой рот. Однако не вынося подобный позор, все же решил закрыть глаза. Вобрав в себя весь член, парень почувствовал лёгкую тошноту. Он начал осторожно водить языком вверх-вниз, особое внимание уделяя головке. В то время как сам изнывал от возбуждения. В эти минуты пленник радовался каждому стону, который он мог выдавить из своего пленителя. Однако сжав руку на затылке Рокудо ещё сильнее, Джессо начал сам задавать темп. Когда же он почувствовал, что разрядка близка, он оторвал невольника от себя. — Ещё большую боль я не хочу тебе причинять. Так что подожди пару секунд. Блондин, так же изнывающий от возбуждения, поднялся и достал лубрикант. Решив хотя бы эту часть тела иллюзиониста оставить неповрежденной, он выдавил почти половину тюбика себе на руку, смазав анал парня. Приятное ощущение холодной смазки внутри себя усиливало возбуждение. После вибратора синеволосый вовсе не требовал растяжки. Бьякуран сел подле Рокудо, не стыдясь вовсе своей наготы. — Насаживайся. Стыдливо прикрыв глаза, синеволосый медленно ввел в себя член блондина, направляя его рукой. Обхватив Небо Мильфиоре ногами, он начал двигать бедрами, подталкивая Джессо к действиям. Второй же, со сбившимся дыханием наслаждаясь движениями иллюзиониста, приобнял его за спину, вызвав недовольное шипение. Потом отстранился, секунду посмотрел в помутневшие разноцветные глаза и, так же быстро прерывая зрительный контакт, жадно впился в губы невольника. Сделав первые несколько толчков, размеренных, глубоких и продолжительных, Джессо услышал недовольный стон. В знак наказания, прикусив нижнюю губу Мукуро до крови, Бьякуран ускорился. Синеволосый громко застонал и задышал чаще. Вскоре ему стало не хватать воздуха. Разорвав поцелуй, блондин решил дополнить ощущения, оставив несколько засосов на тонкой шее худого парня. Второй впился руками в спину главы Мильфиоре, оставляя множество глубоких царапин, что разозлило блондина. Толкнув Рокудо и тем самым уложив его на спину, Бьякуран в буквальном смысле заставил его выть от дикой боли — израненная спина парня пылала от неприятного контакта к ковром. Закинув ноги Мукуро себе на плечи, Джессо начал жестко вколачиваться в тощее тело. Частые стоны и хриплое дыхание обоих наполнило комнату. Блондин впился зубами в одну из ключиц Рокудо, вырвав громкий вскрик. Зализав укус, он отстранился. «На первом этаже главного корпуса возник пожар. Убедительная просьба покинуть помещение через черный ход.» Блондин знал, что огонь вскоре перенесется и на верхние этажи. Они были, как на кончике спички - уничтожающее все на своем пути пламя вот-вот их достигнет. Никогда не испытываешь такого желания жить, как за несколько минут перед смертью. Пульс ускорился. Зрачки сузились. Толчки стали быстрыми и сильными. Прижатый к полу иллюзионист извивался от боли и наслаждения. После очередного толчка Мукуро кончил. Бьякуран излился внутрь синеволосого. Выйдя из него, Джессо оставил на его губах легкий поцелуй. В тот же момент часы пробили шесть утра.

***

05:15. Воздушная эскадрилья приближается к цели. 05:21. По команде навели прицелы. Открыт огонь. 05:29. Окна зданий рассыпаются на мелкие осколки. Снаряды уже разносили стены зданий. 05:32. В северном корпусе вражеского штаба произошел взрыв. Три верхних этажа уничтожены. 05:35. Вой сирены теперь послышался и на соседних базах. Однако сопротивление до сих пор не оказано. 05:40. Поднявшиеся клубы пыли и дыма снижают уровень видимости. Попасть по цели становится затруднительно. 05:46. С земли произвели несколько автоматных очередей. Серьёзных повреждений нет. 05:50. Уничтожены 4 из 5 корпусов вражеской базы. 05:55. Пожар охватил весь первый этаж главного корпуса. 06:01. Последние четыре снаряда уничтожили оставшиеся вражеские силы. База Мильфиоре была успешна занята. Миссия выполнена.