Дневник.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — спросила ошарашенная девушка. — Я знаю все про тебя. Я знаю все про твою маму. Я знаю абсолютно всё, что было, — проговорил мужчина, все так же улыбаясь. — Отохико, ты хочешь, чтобы она узнала свою историю, но хочет ли этого она? — Да, хочу! — резко сказала девушка. Этот Микагэ её раздражал, делал вид будто её нет. — Кто вы такой? — Какая наглая девушка. Ты человек и не забывай, стоит мне рукой взмахнуть, как все твои косточки переламываются и ты медленно умрешь. Так что побольше уважения, деточка. — Извините её, Микагэ, — сразу же вступился за девушку бог ветра. — Только потому, что ты просишь, Отохико, ведь ты знаешь, как ты мне дорог. Продолжим, я — бог воспоминаний. Могу рассказать прошлое богам, которые его забыли, но ты слишком мало живёшь, чтобы что-то забыть. — Пожалуйста, помогите мне, — Нанами поклонилась. — Я хочу узнать, как можно больше о своей маме, прошу расскажите. — А какой дар ты мне принесла? — богиня подняла удивленно глаза. — Дар? — Ну да, все боги, за воспоминания приносят мне дары. Какой у тебя? — у него загорелись глаза. — Может это новая книга? Нет, у меня их и так куча, никто не угадает, какой у меня нету. Может сувенир? Да их у меня полно в подвале. Может одежда? А этого хлама ещё больше, причём разных эпох, — так бог рассуждал, а брюнетка смотрела на него и понимала, что ей нечего отдать. — Ну и что же это, покажи! — как ребёнок, заканючил бог воспоминаний. — Да, да сейчас, — девушка смотрела на Отохико, но он пожал плечами, как бы говоря, что забыл. Она била себя по карманам и смотрела на свою одежку. — Да, где же он? — бубнила она. Она нащупала на шеи медальон мамы, это было единственная вещь, которая сейчас имелась при ней. Она собрала всю волю в кулак и расстегнула цепочку. — Вот это мой подарок, — она протянула ему самое дорогое, что у неё было, но пора уже узнать правду, а правда дорого стоит.        У Микагэ, как у ребёнока, загорелись глаза при виде медальона. Такого видимо в его коллекции не было. — Я знаю, чей это медальон, — сказал он. — И знаю, что он открывает. — Он что-то открывает? — кдивилась Нанами. — Да. Но это что-то очень опасно, возможно, тебе это не пригодится, — сказал отрешенно бог воспоминаний. — Тогда можно, я в другой раз вам принесу дар? — воскликнула девушка. Раз медальон её матери, значит, и открывает он что-то её. — Нет. Потом мне принесёшь, что-нибудь другое, — опять заканючил мужчина, которому несколько сотен лет. — Так что ты хочешь узнать?       Нанами решила, что пока оставит медальон в покое и подумает о другом. Вопросов было куча, но решила она начать с самого главного. — Кто такая моя мама? — Я так и думал, что ты задашь именно этот вопрос, — Микагэ замолчал. Глубоко вздохнув, он начал рассказ. — Давно, когда люди стали только появляться на свет. Когда они были ещё неуклюжи, когда без нас, Богов, — тряхнув головой, как бы показывая свою величественность, мужчина продолжил, — ничего не могли сделать, когда умирали от просто дуновения ветерка. Тогда Боги поняли, что душам людей некуда деваться и они остаются в умершем теле, не находя вечного покоя. Как ты знаешь, существует два места куда может попасть человек: ад и рай. Чтобы туда добраться, нужен был проводник, забирающий душу и показывающий дорогу, но так же нужен был кто-то, кто будет освобождать души из тела. Так появилась смерть. Она приходила и забирала душу, провожая её или в ад, или в рай. Нечисть, естественно, в чистилище, — Нанами слушала очень внимательно, но никак не понимала, причем здесь её мать. — Тогда была создана твоя мама, Нанами, твоя мама есть — смерть, — девушка смотрела на этого миловидного мужчину с пшеничными волосами и не могла никак понять, что она сейчас услышала. А может он просто издевается? — Вы говорите, что моя мама это смерть? Это как вообще? — брюнетка замолчала. — Что за бред? Я ничего не понимаю… Сколько ей лет? И что это значит? Моя мама смерть? — Ей столько лет, сколько существует мир, — он замолчал снова, раздумывая над чем-то. — Но Томоэ и Акура говорили, что они видели её маленькой девочкой и росли вместе, — Юная богиня пыталась сделать, что угодно только бы опровергнуть услышанное. — Ты так юна еще. Смерть — это та же жизнь, только в другом мире, в лучшем или худшем зависит от тебя, а жизнь среди людей это что-то между, ведь может быть, как плохо, так и хорошо, никакого разделения на крайности. Твоя мама жила среди людей, иногда она печалилась и умирала, чтобы возродиться вновь. Потом появилась ты. — И что с того? — девушку трясло. — Чёрные волосы, тёмно-карие глаза, почти чёрные, бледная кожа, как ты похожа на мать. — говорил он, проводя рукой по волосам девушки. — А почему она пропала, тогда когда появилась ты? Не задумывалась? — Она умерла, так мне сказала, — промямлила девушка. — Теперь управлять смертью предстоит тебе, Нанами, теперь ты богиня смерти, — торжественно произнёс Микагэ. — Но я богиня земли! — воскликнула девушка. — Моя мама тоже была богиней земли и человеком, как я! — Ошибаешься, — Бог помахал указательным пальцем перед её лицом. — И не перебивай. Твоя мать никогда не была человеком, запомни это. Она им просто не была рождена. Да, действительно, Юи была богиней земли, но и богиней смерти, именно поэтому она была самой сильной из нас. Странность в том, что я не чувствую эту силу в тебе в полной мощи. Только отголоски этой мощи. — Где сейчас моя мама? — Нанами была настолько поражена, что просто задала вопрос, который мучил всю жизнь. — О, она в аду, — заявил Микагэ, как будто это было в порядке вещей. — Что? — закричала девушка. — Как вы можете, так спокойно об этом говорить? Что, по-вашему это нормально? И почему, когда появилась я, мама пропала? Кем являются Акура и Томоэ? — богиня наконец-то пришла себя, такое спокойствие этого бога, как холодную воду вылить на голову, помогло прийти в себя. — Человек, ты — человек, так что не смей на меня кричать! — взревел и покраснел бог воспоминаний. — Кстати, почему ты человек, мне не понятно, надо будет подумать, — пробубнил уже спокойно мужчина и радужно улыбнулся. — Ко мне редко приходят гости, боги не хотят вспоминать прошлого, живут только настоящим, трусы. Спасибо, что пришли. Давай все вопросы по порядку, а то я уже забыл половину. Дилемма — помню все про всех, а про себя всегда забываю, — он захихикал. — Даже забываю, кто, что у меня спрашивает, — опять хихиканье. Богиня задумалась насколько сильно этот бог псих. — Почему моя мама в аду? — брюнетка еле сдерживалась, чтобы не налететь на этого психопата и хорошенько его не треснуть. — Смерть, разве не порождение ада? Хотя она и была богиней земли. Интересная ситуация, — Бог задумался. — Честно сказать, я сам не знаю, почему она в аду, а не в чистилище, где ей самое место. Дальше. Кстати у тебя осталось двадцать минут, потому что я должен буду уйти на чаепитие с богиней цветов, — он мечтательно закатил глаза, — богом войны, хотя не важно, продолжим, — его голос стал слишком слащавым. — Почему когда родилась я, она пропала? — её трясло от злости. Наглый, напыщенный бог, делал все так медленно и безмятежно, сволочь! — Теперь ты обладательница её силы. Тебе же есть восемнадцать? — Мигакэ задумчиво потер подбородок. — Через полтора месяца мне восемнадцать. — Вот тогда ты и обретешь полную силу, — он кивнул головой, как бы подтверждая свои слова. — Знаешь, все как в природе молодой заменяет старого, круговорот. Молодой продолжает жизнь, а старик заканчивает её. Так же будет и с твоим ребёнком. — Кто такой Акура? Как он появился? — девушка решила спрашивать поочередно, чтобы этот клоун не сбился. — Демон смерти, да они похожи с твоей матерью. Только он демон — они. Он не помогает душам, а питается смертью, чем больше народу умрёт, тем лучше. А если умирает бог, так ему это совсем в радость, ведь он забирает его силу. Как он появился никто не знает, скорее всего, создан злостью окружающих, — Бог замолчал и поежился. — Сколько же хлопот от него было. Дай предугадаю твой вопрос. Томоэ? Правильно? — брюнетка кивнула. — Томоэ — обычный ёкай. Ну вот благодаря дружбе с твоей мамой и Акурой из него вышел один из сильнейших ёкаев. Такого ёкая, как Томоэ больше нет, так как такой силой как он больше никто не обладает. Как ты знаешь, ёкай — это защитники богов, с ними можно заключить договор, через поцелуй. Но так как ты еще не совершеннолетняя, то можешь заключать только сделки и ничего больше. Но стоит с исполнением восемнадцати заключить договор через поцелуй, то никто тебе отказать не сможет. У Томоэ ещё никогда не было хозяина, он осторожен с этим, — блондин опять захихикал. — А знаешь что? Поцелуй — момент заключения договора, самый интимный момент в жизни. Тогда происходит слияние душ, и ты видишь все сокровенные чувства и желания, всю боль и печаль, все то, что пережито, тем с кем ты заключишь контракт. — Можно мне присесть? — спросила богиня от всего услышанного, у неё закружилась голова. — Ой, да, конечно, — засуетился мужчина. — Вопросы, у тебя десять минут. — Как Томоэ, Акура и моя мама познакомились? — Акура только родился, как и Томоэ — это было очень давно, но не так давно, как родилась твоя мать. Она, тогда как раз перерождалась. Эти двое уже нашли друг друга. Как-то гуляя по берегу озера, она почувствовала запах смерти и душу, только-только после перерождения она ещё не совсем знала, что делать. Тогда она пошла на запах и обнаружила двух ребят, которые кромсали пастуха какими–то ножичками. Как двоим детишкам удалось убить такого сильно мужчину? Уже тогда они были сильны. Сначала девочка смотрела на них совершенно пустым взглядом, а потом один из них, кажется, Томоэ протянул ей ножик и звонко засмеялся. Девочка взяла нож и присоединилась к ним, — Нанами была просто в шоке от услышанного. — Так завязалась крепкая дружба. Сколько всего эта троица натворила, чуть мир не разрушили. Да, были времена, ни одни бог не мог с ним справиться. Они были ужасны и творили страшные вещи. А потом твоя мама встретила мужчину и влюбилась, — богиня встрепенулась. — Что за мужчина? — Так три минуты и я ухожу. Это был твой отец. Твоя мама думала, что он человек, но это совсем не так, он, оказался, демоном. Причем одним из сильнейших, правая рука дьявола. Правая, не левая, а правая, — Микагэ сделал на этом акцент. — Зачем ему нужна твоя мать, я не знаю, потому что он не перерождает и не умирает, но могу узнать про него ничего, скорее всего дьявол его защищает. А зовут его Велиал. Так что ты, девочка моя, самая сильная из нас всех вместе взятых. Твой отец — почти сам дьявол, твоя мать — богиня жизни и смерти. В ночь, когда тебе исполниться восемнадцать будь осторожна. Тогда если кто-нибудь украдет твое сердце, то весь мир погибнет, — он замолчал. — А сейчас мне пора на чаепитие, Флора ждёт меня. — Стойте! Почему мама заключила своих друзей за решетку? — Юи предпочла скрыть это, — и он заулыбался, как полоумный, поклонился и исчез в серой дымке.       Нанами пыталась прийти в себя. Руки её дрожали, сердце бешено билось, дышала она очень глубоко. Голова так сильно кружилась, что хотела схватить её и заставить остановиться. Теперь она знала почти всё.