Дневник.

      Нанами видела всё, как в замедленной съемке. Мама поворачивается на крик, получает удар в спину и медленно падает на землю. Велиал улыбается со страшным оскалом. Девушка не замечает, как начинает кричать, как срывается с места и бежит на демона. Так же богиня не заметила, как её окружило чёрное пламя и белое, пламя смерти и жизни, тот небольшой сгусток, что остался от силы матери. Акура, не раздумываясь, помчался за девушкой.       Парень смотрел на милую девушку во все глаза, только сейчас он увидел настоящую богиню! Вот она та, что прятала свою силу, вот она богиня смерти и жизни. Именно сейчас она покажет, на что способна. Она непобедима! И это так восхищало и возбуждала одновременно. — Акура… — тихий и до боли в груди знакомый голос. — Я знал, что ты придешь за мной…       Демон опустил взгляд. И встретился глазами с забытым, точнее с тем, что очень хотелось забыть. Сам того не желая, он окунулся в мир воспоминаний.       Это было время сражений. Время войн и самураев. Война между разными кланами, война за престол, война за своими права. Каких только поводов для воин не было.       Но эта война была одна из самых страшных и жестоких. Война между демонами и людьми. Каждому понятно, кто должен одержать победу, но всё не так просто. У людей были оружия, против демонов. Демон — существо адское. Их не всегда пугают кресты, храмы и молитвы, а вот кровь невинных сводит с ума. Люди, чтобы победить, убивали младенцев, обмазав их кровью свои мечи, шли в бой. Сколько тогда детей погибло, сколько жизней было отнято, у скольких матерей отняли их детей, просто не сосчитать. И тогда на поле боя встретились смерть и жизнь. Демон смерти и храбрый воин.       Воин был горд и самовлюблен, уже ожидая почестей от победы над предводителем демонов. Но и демон, оказался не так уж и глуп. Он предложил пари человеку. Демон без своей силы, а человек без окровавленного меча.       Наверное, многим интересно, как же влияла кровь невинных на демонов. Во-первых, для них это как наркотик, один только запах их сводит с ума, что приспешники Люцифера забывают зачем пришли. Во-вторых, стоит только такой крови попасть на кожу существа, как ту начинает разъедать, причиняя невыносимую боль. Для проигрыша исчадий ада этого достаточно.       Человек и демон дрались на высоком выступе, балансируя над пропастью. Но не один не упал. Демон, он и есть демон. Обманув своего противника, Акура совершил обманный маневр, заставив человека упасть наземь. С победной улыбкой, он оставил тяжелую рану в области груди и оставил беднягу истекать кровью.       Встреча сблизившая их случилась гораздо позже.       Когда Акура в очередной раз разругавшись с Томоэ и Юи, ушёл крушить всё на своем пути. На его пути попалась деревушка, но через несколько минут она горела адским пламенем. Довольный своей работой, парень отправился к реке. Позади него слышны были крики женщин, детей и даже мужчин, которые были страшно искалечены. Огонь был неестественного происхождения, поэтому так легко потушить его было нельзя. — Скучно, — пробурчал он.       И какова была его радость, когда на пути к реке стоял мужчина. Сразу видно — самурай. Темные волосы, темно-карие, почти чёрные холодные глаза. Черно-красное камисима*, низ которой развивался на ветру, придавая вид героя из сказок, который просто обязан одолеть злодея.       Акура улыбнулся хищной улыбкой, он уже чувствовал, что бой будет интересный…       Медленные шаги на встречу друг другу. Остановка. Рывок. Выпад. Добро и зло сцепились в смертельном танце. — Ты… — в глазах человека промелькнул страх, а затем в его глазах отразилась только ненависть. — Помнишь парня, что ты оставил умирать на горе? Помнишь? — оезкий и мощный удар. — Так это был я. Демон ада, Акура-оу, я вызываю тебя на бой без магии и невинной крови, — глаза красноволосого округлились, а затем приняв правила игры, он улыбнулся вновь, заставляя холодеть кровь в жилах. — Я согласен, — удар. — Убить тебя вновь. — Чтобы убить тебя снова, — в глазах демона было столько боли. — Исаму. — Акура вспомни, как мы дружили! Просто вспомни! — закричал черноволосый парень, а затем хрипло закашлял.        Двое парней сидят напротив друг друга совершенно обессиленные и с мелкими царапинами по всему телу. — Я помню тебя, парень, — вдруг начал демон говорить, периодически замолкая, чтобы отдышаться. — Ты тогда был так самовлюблен, что не видел дальше своего носа. Что же с тобой было потом?       Самурай молчал, думая стоит ли отвечать столь опасному собеседнику. — Я заставил себя подняться. Я заставил себя жить для мести. Убивать таких, как вы, — молчание. — Запомни моё имя, демон, Исаму. Сегодня я убью тебя. — Парень, ты же понимаешь, что убить я себя не дам, — через секунду Акура поднялся и посмотрел на человека сверху вниз. — Я могу тебя пока не убивать, как видишь на мне уже не царапинки, — и в подтверждение демон покрутился, хватаясь за кимоно и крутясь, как в платье. — Вот видишь! А ты весь изранен, — он поднял голову к небу и о чем-то задумался. — Знаешь, ты мне нравишься. Ты храбрый, сильный и живучий, — красноволосый ухмыльнулся. — Давай устроим состязание. Так, сил у тебя не осталось, но пить-то ты можешь. В соседней деревне есть неплохое заведение с прекрасным сакэ. Ну, парень, у тебя выбора нет. Или я убью тебя сейчас или у тебя будет возможность убить меня, — Акура остановился и смотрел за реакцией парня. Исаму подумал с минуту и стал медленно подниматься с хмурым выражением лица. Демон широко улыбнулся и пошел вперед. — Ты поторопись, а то могу и передумать. — Ты за это заплатишь… — прошептал самурай.       Через час парочка оказалась в небольшой деревушки. Акура с довольным видом шагал впереди, а мужчина еле поспевал за ним позади. Заведение представляло из себя старый сарай с прохудившейся крышей и с кучей соломы внутри. — Эй, быстро принесите сакэ мне и ему, — громко крикнул демон. — Живее, — девушка, являющаяся прислугой, быстро сбегала за кувшином сакэ и так же быстро, оставив его незваным гостям, убежала. — Правила моей игры просты, выигрываю я — умираешь ты, выигрываешь ты — я тебя отпускаю.       Исаму посмотрел на него с недоверием и налил себе немного сакэ. — О, да оно прекрасно! — невольно воскликнул он. — Хм, я вижу ты знаток. В этом месте самое лучшие сакэ.       Дело было ближе к полуночи, но никто так и не потерял сознание от огромного количества выпитого алкоголя. Красноволосый парень с белоснежными рожками и в почти полностью раскрытом кимоно сидел и запевал какую-то песню, а рядом с виду гордый самурай не сколько ему в этом не отставал. Вокруг столь странной парочки валялось целая горка кувшином из-под сакэ. Пока «идиллию» не разрушили крики снаружи. — Убить демона и предателя-самурая! — кричало множество голосов с улицы.       Алкоголь подействовал неслабо, потому что эту потасовку Акура помнил на утро совсем плохо. Да и проснулся он на поляне, а в паре метров в окровавленной изодранной одежде спал человек. И им был никто иной, как Исаму. Тогда к этому человеку появилось некое теплое чувство.       А потом куча картинок сменяли друг друга. Куча драк, много выпивки и девушек. Смех, разговоры, драки, выпивки. Как слепилась эта дружба, до сих пор не понятно. Но как она слепилась, так же она и превратилась в бесформенный комок. — Как ты смеешь говорить, что-то о дружбе. Ты предал меня! Ради славы, ради денег! Ради того, чего не добился ранее! — закричал взбешенный Акура-оу.       Огонь. Повсюду огонь. — Как я тут оказался? — думал парень, лежащий в центре огня. Но ему это лишь казалось, на самом деле он был привязан. По рукам и ногам. — Но пошла! — вскричал мужчина.        Что происходит? — думал демон, я был с Исаму, мы пили. А потом в один момент я, кажется, отключился. — Что черт возьми происходит? — Исаму! — вскричал красноволосый. — Здравствуй, мой друг, — знакомый голос был так близко, но голова не поворачивалась. — Я же сказал, что отомщу. — Ты… Я… Тебе верил! — Знаешь, теперь я буду богат и знаменит, а ты наконец-то подохнешь, дьявольское отродье, — молчание. — Пошла!       Адская боль пронзила всё тело. Нет, даже в аду не так больно. Физическая боль ерунда, а вот та душевная боль от предательства сводит с ума. Кости, суставы в руках и ногах стали ломаться, отделяясь от тела. Лошади боялись огня и демона в цепях, старались убежать, как можно быстрее. Красноволосый смотрел на бывшего друга и предателя. И какого было его счастье, когда того с криками «предатель» схватили, легким ударом кинжала пронзили сердце. Именно тогда боль Акуры стала невыносимой. Крик от боли, от душевных мук, это был самый настоящей человеческий крик. Призыв о помощи. Но демон, не человек. Никто не собирался помогать. — Я… Я… Прости меня. — Ха! Ты подохнешь здесь в мучениях, дьявольское отродье. — Ты не можешь меня здесь бросить! Не можешь! Так не должно быть! — кричал бывший друг. — Ошибаешься. Я могу всё. И в том числе бросить тебя. А знаешь… — демон пробил лёд, державший в плену Исаму, и легким движением вытащил его. — Я вытащил тебя, друг мой…       Нанами бежала к матери, что было сил и в голове крутилось «лишь бы успеть!».