Higher places

Открыв глаза, Тим не сразу понял, где находится и кто он вообще такой. Как только парень смог сфокусировать взгляд, мысли вернулись к нему. - Алекс?... – Тимофей безучастливо смотрел на всё вокруг и трогал руками мокрую тряпку, которая лежала у него на лбу. К счастью, Алекс как раз и находился в его окружении. - Что с тобой произошло? Я только видел, как ты повалился на пол без чувств, – Мальчик в жёлтой толстовке говорил так, будто между ними и не было никакой ссоры. - Кошмары. Их было три. Я появлялся в разных ужасающих местах, и стоило мне умереть в одной галлюцинации, как я тут же появлялся в другой, – наркоман сжимал в ладонях одеяло. Младший парень осёкся. Прошло несколько минут молчания, прежде чем к ним в комнату зашёл Граф. Ребёнок выглядел, по мнению Алекса, необычно, так как у него всегда было стеклянное и безэмоциональное лицо. Сейчас же – мальчик светился и улыбался. Тим не обратил на это никакого внимания, а вот его напарника это напрягало. Начинающему убийце в жёлтой толстовке не терпелось узнать, в чём дело и он спросил: - Граффити, всё в порядке? Граффити, застывший, около кровати с улыбкой на лице, вышел из своего непонятного оцепенения и неожиданно обнял лежачего наркомана. - Я люблю тебя, Маски. Это заявление было немного… Не к месту, так сказать. «Маски» одной рукой обнял мальчика, а другой стал изображать жестами удушение. Алекс точно понимал: сейчас никто шутить не будет, тем более настолько глупо. Если парня это объятие и не душит, то точно доставляет дискомфорт или боль, поэтому жёлтая толстовка спешным движением оттянул Графа. Потом ребёнок рассказал, что благодаря Тиму он избежал наказания. Конечно, это всё очень хорошо. Ну, или было бы хорошо, если бы сам спаситель не лежал обессиленный в постели с болезненно-зелёным лицом. И, к тому же, не попросил помочь ему дойти до ванной комнаты, чтобы проблеваться. Так у Пенбера появились две заботы: Граффити и Тим. Он принял роль няньки, которую с треском провалил. Дотащить больного наркомана до ближайшего места, где он мог бы спокойно опустошить свой желудок, не представлялось возможным. Эти два парня были абсолютно разной комплекции. Здесь играла и разница в возрасте, и просто индивидуальность организма. Собственно, заболевшему неизвестной болезнью мальчику, не оставалось ничего, кроме как опорожнить свой желудок прямо рядом с кроватью. - Я слышу, как ты хихикаешь, Тим. Я знаю, что ты мог бы проползти метра три до ванной, – Ворчал жёлтая толстовка, яростно оттирая блевотину с пола. - Ты делаешь вид, что я тебя и не подставлял, и что ничего не произошло, – со странной, неподдельной радостью сказал наркоман. Тогда измученный парень решил проигнорировать слова Вотройта и странности младшенького психа, вырывающего страницы из книги, которую нашёл в пыльном шкафу. Он даже не сказал шкоднику «нельзя» или «не трогай!». Просто проигнорировал все раздражители и продолжил отмывать пол. Так и прошёл весь день. Тим отходил от недавнего психологического штурма, Алекс то и дело отгонял Граффити от книжного шкафа, в это же время восстанавливая здоровье пострадавшего наркомана. Жёлтая толстовка в буквальном смысле стал наседкой Вотройта. Кормил его, будил, когда тот засыпал (потому что ему снились те самые кошмары) и так далее. К вечеру всё поменялось. Граф слёзно просил поспать в их комнате. - Пожалуйста, пожалуйста, я не хочу больше оставаться один. Мне страшно, Тим. Только ты можешь защитить меня, Тим, – как заевшая пластинка, мальчик без устали повторял его имя, не понимая, в каком сейчас состоянии парень. Безумец, хоть и был в плохом расположении, никак не мог отказать этому ребёнку. Кто знает, когда Граф в последний раз разговаривал с людьми? Одичал совсем. Правда, с дикцией у него проблем нет, но иногда путает слова и говорит в своем странном потустороннем темпе. Как псих. Впрочем, это совсем неудивительно, Слендер Мен точно делал что-нибудь с ним. Прошло какое-то время, прежде чем Пенбер бросил взгляд на пыльные часы. Ровно двенадцать ночи. - Думаю, пора укладываться, – донёсся до слуха Тима голос напарника. «Давно пора. Если бы не этот маленький чертёнок, я сопёл бы давно» - подумал парень, лежащий, уже который час, в кровати. - Худи, сходи со мной. Мне нужно взять пижаму, – ребёнок стал дёргать свою «няньку» за рукав толстовки. - Откуда у тебя здесь сменная одежда? – спросил жёлтая толстовка, ставя ударение на слове «здесь». - Я не знаю, – Гениальный ответ от гениального Граффити. Алекс закатил глаза: - Точно сам сходить не можешь? И, увидев отрицательное мотание головой, парень-наседка пошёл вместе с Графом за пижамой, временно оставив Тима в одиночестве, чему сам Тим был несказанно рад. Спустя минут пять они вернулись и Алекс тянул матрас, потому что был категорически против того, что мальчик будет спать с ним в кровати. А с наркоманом тоже нельзя, у него ведь жар. Вскоре все заснули.

_______________________

06:21 POV Алекс П. Что-то скребётся. Но глаза открывать так не хочется, я в последние дни не высыпаюсь совсем. Мне всё-таки пришлось открыть глаза. Я увидел Тима и Графа, спящими в обнимку. Наверное, мальчик перебрался к Вотройту ночью. Я помахал головой и зажмурился, пытаясь отогнать от своих ушей этот странный звук. Но он не прекратился. Значит это не у меня в голове. Я встал, и предварительно потрогав лоб моего единственного друга, вышел за дверь. Каково было моё удивление, когда я увидел Слендермена, царапающего странные иероглифы пером. Он вообще в курсе, какой сейчас век? - Здравствуйте, – поздоровался я. - Худи, буди своего напарника, – сказал Господин и два его щупальца поднесли к моему лицу две маски: одну я очень хорошо знаю, потому что она моя; а другая выглядела, как обычная театральная маска. Я понимаю, чего он хочет. - Но Тим ещё слаб… - это была моя безнадёжная попытка избежать этого занятия. Безликий наконец оторвался от листка пергамента и его несуществующие глаза злобно посмотрели на меня. Этого взгляда было достаточно. Мне придётся это сделать. Опять. Я без лишних слов затопал обратно к нам в комнату и легко потряс «своего напарника» за оголённое плечо. - Ммм… Что ты хочешь, Алекс? – русоволосый парень начал аккуратно освобождаться от объятий Граффити. - Нам нужно… Идти убивать… - Что? – Тим недоумевающе глянул на меня, потирая глаза. - Одевайся. Он слабо кивнул и принялся натягивать на себя одежду, я сделал то же самое. Когда мы были уже готовы, к нам в комнату зашла невозможно тонкая фигура и, обхватив нас векторами, телепортировалась в неизвестную мне ранее местность. - Маски, как ты себя чувствуешь? – спросил могильный голос. Никто из нас не сказал ни слова. Я, потому что моя кличка звучит по-другому, а Тим просто ничего не понял. Наступило молчание. - Тим, я задал тебе вопрос, – Господин Безликий положил свою костлявую ладонь наркоману на плечо. Он тихо фыркнул, скинул ладонь и заговорил, но уже более яростно и зло: - Ты обратился ко мне по какому-то идиотскому имени! Сразу после этих слов парень получил громкую пощёчину. - Худи, подсчитай, пожалуйста, сколько правил он сейчас нарушил, – приказал мне Тонкий Человек, не отводя взгляда от Тима. О, это уже мне. Сейчас посчитаем. Вотройт обратился к нему на ты, говорил на повышенных тонах, не ответил на заданный вопрос, использовал ненормативную лексику. Всего четыре. - Четыре, Господин, – тихо промямлил я и стыдливо опустил голову вниз, чтобы не видеть выражения лица друга. - Спасибо, Худи. А ты, Маски, можешь легко сейчас отделаться от наказания, если извинишься, – Безликий развёл руками. Русоволосый парень пробурчал какое-то проклятие, и втянув в себя воздух, сказал: - Извините меня, Господин. Если бы у Слендермена был рот, то, наверное, он бы сейчас изогнулся в улыбчивой гримасе. Мы двинулись вперёд, похоже, мы подходили к какой-то деревушке. Мне кажется, что тонкорукое существо совсем не боялось быть замеченным, потому что даже не держалось у деревьев. Безликий отдал нам наши маски и коротко рассказал план того, что мы должны будем сделать. В одном из этих домов живёт психованный дедок, который дважды видел Тонкого Человека и остался жив. Рисовал какие-то странные эскизы безлицего человека и написал книгу с какими-то данными. Конечно, это совсем не опасно для самого существа в костюме, но эти данные всё равно нужно стереть, а старика убить. Ни я, ни мой напарник не сказали ни слова. Я сильно нервничал и поэтому комкал в руках свою тканевую маску. Мне без лишних слов прицепили пояс для оружия и дали в руки большой раскладной нож. Тиму досталось два флик-лезвия. Пояс с оружием мы поспешно скрыли под одеждой и побежали к первым показавшимся домам. Когда я повернулся назад, чтобы уточнить кое-что у своего Господина, то не увидел его. Он исчез, потому что невозможно так скрыться среди нечастых деревьев. - Чего уставился? Пошли искать дом деда, а то не управимся до вечера, – отдёрнул меня друг. Я молча пошёл за ним дальше. Такое ощущение, что это наша рутина и здесь нету ничего необычного. Убивать людей, пф. Наркоман, кажется, уже привык. Что за чёрт? Здесь просто гороженые огромными заборами участки. Будет странно, если мы позвоним каждому в звонок, спрашивая о безумном старике с безликими людьми. Я растерялся. - Тим, и что мы будем делать? – я безучастливо оглянулся вокруг. - Называй меня Маски, хорошо? Никто не должен узнать нас. И я не имею понятия, как мы здесь что-нибудь найдём. - Мы что, такие известные, что нас могут узнать? Не неси чушь! – меня раздражал его лукавый тон. - Тсс, я не думаю, что этот цирк с кличками просто так, – напарник поднёс указательный палец к губам. Вообще да, это логично. Но, возможно, это всего лишь ненужная страховка от Слендера. Вскоре мы встретили женщину с ребёнком на задворках урожайных полей и стали расспрашивать её о больном шизофренией старике. Она странно на нас посмотрела и выдала немного информации. Это было настолько немного, что нам это ничем не поможет. - Не вариант ли прошарить каждый дом? – неожиданно спросил Маски. - Средь бела дня? – скептически ответил я. Напарник покачал головой и мы пошли дальше. Хотелось пить, есть, но никому до этого не было дела. Пока не окончим задание - никуда не уйдём. Весь день мы шныряли по посёлку, в надежде найти хоть что-нибудь для выполнения задания. Мы оговорили с Тимом план пробраться в какой-нибудь дом ночью. Авось, там окажется этот грёбанный шизофреник. Если же нет – то мы просто убьём жильцов и переночуем у них. Всё казалось ужасным. Мы какие-то больные маньяки. Наступал вечер и людей становилось всё меньше, мой друг шёл с понурым лицом, а я всё ещё оглядывался. Какой-то мужчина собирал свои вещи с небольшого дубовобитого стола чуть ли не посередине перехода. Это были кисти, жёлтая бумага, измазанная палитра… Я толкнул Вотройта в бок и указал пальцем на мужчину. Тим остановился и прищурился. - Надень свою маску, – Шепотом сказал наркоман. Я подчинился приказу и после мы стали медленно подходить к человеку. Он с озадаченным лицом повернулся к нам. Да уж, ему явно не меньше шестидесяти. Русоволосый парень сделал резкое движение рукой, отчего пожилой человек стал валиться на землю. Я быстро схватил того под плечи, не давая упасть.

______________________________________

POV Тим В. Я не знаю, что я делаю. Я просто подчиняюсь неясным приказам Безликого, меня мутит от него и его ауры, но я не выбираю. На улице не так уж темно, чтобы нас не заметили, поэтому мы ввалились в чей-то дом, предварительно убив всех жильцов. Точнее не мы, а Я. Алекс с испуганным видом наблюдал всё это время, как я убиваю невинных людей. Немолодого мужчину и его шестилетнего сына. Самое страшное, что эти убийства не вызывают во мне никаких негативных чувств. Это даже не апатия… Это… Удовольствие. То тонкорукое чудовище уже превращает меня в монстра, хотя я тут всего лишь три дня. - Тим… Что мы будем делать с ним? – Худи указал на психованного старика в отключке. Голос моего напарника был слегка приглушён из-за надетой на нём маски. - Нам нельзя его убивать раньше времени, нужно ещё сжечь какие-то бумаги, – Ответил я. Алекс кивнул и начал копаться в кухонной утвари, переступая через мёртвые тела. Спустя минуту он нашёл глубокую миску и с помощью неё стал обливать холодной водой пожилого человека. Сначала дед не реагировал, но после шлепков по щекам он очнулся. - Прислужники сатаны! Сатана! Изыди, изыди, нечисть! Изыди! – старик стал креститься, как только увидел трупов. Мы стали угрожать ему, говорить, что убьём, если он не скажет, где грёбанные записи о дрыщавом ублюдке. Дедок, лишь безостановочно говорил какие-то молитвы и крестился. Просидев над ним полчаса, мы поняли, что он действительно шахнутый. - Убивай его, и уходим, – я встал со стула и направился к двери. Пенбер мешкался. Неуклюже доставал острый нож и осекался то и дело на меня. Я выжидающе прислонился к стене. Значит мне можно руки марать, а ему нет? Из-за «грустной маски» я не видел выражения лица Худи, но он явно боялся чего-то. Парень несколько раз замахивался ножом, но всё время опускал его дрожащими руками. Старик кажется вообще не замечал ничего, что происходило вокруг него. Старый человек находился в неком астрале. Или Алекс не мог убить такого жалкого человека, или действительно был в сильном шоке, но он, спустя несколько безнадёжных попыток убийства, подбежал ко мне и обнял. - Тим, я не могу. Мне страшно. Это уже слишком, пожалуйста, сделай это за меня, – прошептал мой напарник. Я обнял его в ответ. Мы простояли так секунд десять, после чего я отстранился и метнул нож в голову художника. Я не очень меткий, поэтому нож попал ему в шею. Ничего, этого тоже достаточно, чтобы старик умер. Мы, в попытке выйти на улицу, почему-то застыли в холле. Наверное мы не можем сейчас выйти. Два измазанных в крови подростка с масками будут смотреться странно. Бесполезный старик умер, теперь-то мы точно не найдём никаких записей. Я взялся за голову и осел на пол. - Что с тобой? – с недавних пор лучший друг опустился рядом со мной. - Мы не сможем выполнить это задание, – я покачал головой. - Я сейчас как раз думал над этим, – Алекс поудобнее примостился на полу. – Зачем этому существу, которое умеет появляться, где захочет и делать, что захочет, нужны такие слуги, как мы? – стал рассуждать подросток. Я лишь пожал плечами. - Вот именно! Это непонятно. Но у меня есть подозрения насчёт этого, – Худи филосовски размахивал руками. – Слендер Мен мог сам убить любого человека и сжечь всё ненужное. - И что?! Я всё прекрасно понимаю, Алекс! Он просто измывается над нами и умышленно наказал выполнять это дерьмо! Хватит говорить очевидные вещи, строя из себя умного! – я не выдержал и накричал на своего напарника. Школьник молча поднялся на ноги и чеканно сказал: - Записи находятся в церкви.